– Я, конечно, не Станиславский… – Осторожно начал я.

Но было поздно…

Перед остановкой скрипнули тормозами два микроавтобуса – первый я видел полностью, а второй показался лишь передним бампером из-за края остановки…

Не зря ты напрягся, Витя, ой, не зря!

Микроавтобусы не были черными. С поправкой на некиношную реальность – вполне обыденные светло-серые «мерсы». С сильно тонированными стеклами и (оставалось недоуменно покачать головой) небольшими красными крестами на боках.

Из первого микроавтобуса выпрыгнул улыбчивый усатый мужчина лет так пятидесяти. Молодцеватый, подтянутый, осанистый. Его усы, кстати, идеально смотрелись бы с формой и фуражкой. А форма и фуражка идеально подошли бы к выправке и общему типажу «Слуга царю, отец солдатам».

Но сейчас дядя был в обычной цивильной одежде. Никаких черных пиджаков, да. А вот черные очки были – солнце таки. Серые брюки, свитер в черно-серую широкую горизонтальную полоску, черная короткая кожаная куртка. И улыбка, конечно, обаятельнейшая. Именно так, в моем представлении, должны улыбаться тертые «профи» из наших доблестных спецслужб. В звании «майор» и выше.

Больше из машин никто не выходил.

– Утро доброе…!

Приветливая улыбка выцвела – «майор» удивленно смерил взглядом Марину, неохотно и неторопливо вывернувшуюся из-под моей руки и теперь лениво потягивающуюся.

Ну, кошка, истинная кошка!

– Доброе…

– Марина? – Улыбка «майора» снова проявилась, но стала еще шире, уползая куда-то в спектр ехидства, а брови вопросительно взлетели вверх.

Подвижное лицо и богатая мимика. А может быть это – ее папа? Или дядя? Или родственник. Муж? Нет, для мужа староват… Ну, попросила девочка родственника с машиной подбросить до города, а тут попутчик, остановка, холодно, то-се… Ну, морду лица набьют или словесно пройдутся по аморальности одного женатого остолопа. Конфуз – это ж не смертельно, это всего лишь конфуз.

Ага… и когда бы она вызвала родственника? И зачем родственнику приезжать на двух машинах для перевозки одной девочки и одного рюкзака?

– Сама удивляюсь, товарищ майор! – Со смущенной улыбкой развела девушка руками.

М-да.. Не конфуз. Не дядя. И не папа. И вообще, «врач (красивая и молодая тетя) – оказалась сотрудником каких-то спецслужб. Это хорошо или плохо, малыш?»

И уж с сотрудником спецслужбы после ТАКОГО приключения проблем может быть куда больше, чем с папой… Да я бы даже на супруга согласился бы – уж как-нибудь отбрехался бы… Ну или убежал бы… Или стерпел бы, если б догнали.

А звание я, получается, определил четко! Молодец, Витя!

– А давай-ка в машину, зайка! – Майор кивнул за спину. – Дорога длинная… Еще успеете наобниматься.

Ой-ей-ей! Как мягко мне намекают на необходимость совершить совместное путешествие! Зловеще! Особенно, в свете упоминания звания. И официальных отношений между Мариной и «товарищем майором»…

Кресты на бортах машин давали, правда, какую-то надежду на отсутствие перспектив общения с «ректальными криптоанализаторами»… И надежду на случайность нашей встречи. И с Мариной, и с майором… Но, возможно, для того они и были там нарисованы, чтобы давать таким, как я, хоть какую-то надежду.

А майор протянул руку.

– Майор Колокольцев! Лев Давыдович.

Ну, что ж… По первым признакам, «силовых вариантов», о которых я читал, слышал и смотрел в кино, пока не предусматривается. Представитель… непонятно чей, представитель – приветлив и вежлив.

– Виктор Ткачев, – пожал. Рука сухая, крепкая.

– А по батюшке?

– Кириллович.

– А подброшу-ка я и вас, Виктор-свет-Кириллович, до столицы… – Обрадовано решил майор и наивно так поинтересовался. – Вы ведь не возражаете, да?

Любой «совок» нашей «огромной и необъятной» знает на уровне подкорки, что с представителями властей надо вести себя очень осторожно, как с диким хищником или с пьяным агрессивным приматом (любой степени разумности – неважно). Даже если не в форме. Даже если он представляет непонятно какую военизированную организацию. Не раздражать, не возражать, не спорить, а если спорить, то – мягко и осторожно, как на минном поле. Это – первая заповедь совка-интеллигента при общении с высокопоставленными представителями «органов». А тут – майор! Не лейтенантишка какой…

Кстати, еще один штрих. Попробуйте-ка ответить отрицательно односложно и, самое главное, вежливо на смысловое содержание вопроса «Вы не возражаете, да?» – кивком или мотанием головы… Что получилось? То-то же… Ерунда какая-то получается – что киваешь, что головой мотаешь: «да, не возражаю» или «нет, не возражаю».

И приходится давать более расширенные ответы и ввязываться в дискуссию.

А вступать в дискуссию надо. Хотя бы для того, чтобы обозначить рамки независимости и некоторое понимание изменившихся в последние десятилетия политических и общественных реалий.

– Лев Давыдович, – Изображаю слегка извиняющуюся улыбку. – А удостоверения у вас случайно не завалялось?

– Ах! – Майор картинно шлепает себя ладонью по лбу и лезет во внутренний карман куртки… «нечаянно» «засветив» рукоять пистолета в наплечной кобуре… м-да… – Вот, пожалуйста!

Удостоверение мне не просто демонстрируют (быстрым взмахом перед глазами), а спокойно отдают подержать, полистать и почитать. И даже с интересом ожидают моей реакции…

Красная книжечка с толстыми мягкими «корочками» и золотой надписью «Министерство Обороны Российской Федерации». Внутри: золотая чаша со змеей на зеленом фоне в обрамлении дубовых листьев с двуглавой нашей птицей (вверху) и красным крестом (внизу), надпись «Главное военно-медицинское управление МО РФ», «Колокольцев Лев Давыдович, майор». И фотография серьезного Льва Давыдовича в форме майора (а ведь не так давно получил, если судить по свежести фото)… форма ему, действительно, идет, а вот само фото – неудачное – ну не смотрится Лев Давыдович с серьезно-напряженным лицом в ожидании «вылета птички». Подписи, печати. Какие-то шифры и непонятные сокращения.

Возвращаю удостоверение. Поддельное или нет – все равно ведь не разбираюсь в этом.

– А куда повезете, если не секрет?

– До столицы, – Натурально удивился моей непонятливости майор. – Подкину вас домой. Вы в каком районе живете, кстати?

Можно, конечно, потребовать какой-нибудь документ, сослаться на свои права… И при этом поставить себя в неловкое и глупое положение – меня ведь не арестовывают, не так ли? А очень вежливо приглашают, даже упрашивают, подкинуть. Мои документы, кстати, так и не попросили предъявить. Хотя, этим они и в машине заняться успеют. «Они»…

В машине документы требовать не стали.

Никаких мигалок, никакого значительного превышения скорости или грубого несоблюдения ПДД с выездом на встречку и отжиманием «гражданских» на обочину. Хотя, на нескольких прямых участках до «кольцевой» таки втопили под сто сорок… но – в общем потоке, как все.

Рюкзаки закинули на задние кресла, а сами устроились в середине салона. Майор Колокольцев – справа от прохода, а мы с Мариной – слева. Девушка пробралась к окну и похлопала по сидению второго кресла, требовательно глядя мне в глаза. С кряхтением и недовольным бормотанием повозилась с кроссовками, но все-таки сняла их. После чего забралась в кресло с ногами, свернулась калачиком и, будто мы знакомы уже очень давно и близко, устроила голову у меня на коленях.

Лев Давыдович снова сделал «бровки домиком», но снова промолчал. Несколько минут ехали в тишине.

Правда, молчание тяготило только меня одного: наш водитель – пожилой очкарик – был занят дорогой, Марина изображала пригревшуюся на коленях кошку, а майор что-то обдумывал, поглядывая то на Марину, то на меня, то в окно. А больше в машине никого не было.

– Надеюсь… никаких глупостей по поводу нашей медицинской службы вы себе не понапридумывали? – Внезапно спросил Колокольцев.