II. В основе этого соглашения лежат следующие соображения: поляки и представители народов Востока являются инородными и расово неполноценными людьми, живущими на территории немецких имперских областей. Отсюда для немецкого порядка возникает значительная опасность, приводящая к мысли о том, что для негерманцев необходимо установить иной порядок судопроизводства, чем для немцев. С этой необходимостью до сих пор еще не считались в полной мере. Лишь на присоединенных к рейху восточных территориях {Речь идет о части территории Польши, присоединенной нацистами.} специальным распоряжением от 4.12.1941 г. ("Рейхсгезетцблатт" I, стр. 759) в области судопроизводства по делам поляков и евреев принято особое положение. Но и эти специальные правила не содержат окончательного решения всех тех вопросов, которые вытекают из совместного проживания немцев с инородными элементами. Они лишь устанавливают более строгие меры наказания и вводят в Польше упрощенное судопроизводство.

Однако главный вопрос о том, что с инородными элементами по государственно-политическим соображениям следует обращаться совершенно иначе, чем с людьми немецкой национальности, эти правила обходят, так как они в принципе, несмотря на всю их строгость, ведут к применению в отношении поляков основных черт немецкого судопроизводства.

Следовательно, при рассмотрении дел о поляках применяются в основном те же критерии, что и при рассмотрении дел о немцах, то есть судья принимает во внимание личность преступника и стремится путем всесторонней оценки личных мотивов преступника найти решение, соответствующее интересам всего народа.

Эти соображения могут быть правильными для осуждения уголовного преступления немца, однако для осуждения уголовного преступления представителя инородных элементов они неправильны. В уголовных преступлениях представителями инородных элементов личные мотивы преступника должны полностью исключаться. Мерилом при этом может служить то, насколько его деяние угрожает германскому правопорядку, и отсюда, какие меры должны быть предприняты, чтобы устранить эту угрозу.

Иными словами, преступление негерманца следует рассматривать не под углом зрения соответствующего юридическим нормам искупления вины, а под углом зрения полицейского подавления угрозы.

Из этого вытекает, что уголовное судопроизводство по делам негерманцев следует передать из рук юстиции в руки полиции.

III. Приведенные выше соображения предназначены для личной информации. Однако нет никаких возражений против того, чтобы в случае необходимости сообщить об этом в соответствующей форме гаулейтерам.

Исполняющий обязанности:

Штрекенбах

С подлинным верно:

Кауш, служащий канцелярии

IMT, vol. 38, р. 98 - 100.

СС в действии, с. 539-540.

Документ Р-135

ПИСЬМА ГЕНЕРАЛЬНЫХ КОМИССАРОВ

ОСТЛАНДА И БЕЛОРУССИИ РОЗЕНБЕРГУ О

ЖЕСТОКОМ ОБРАЩЕНИИ С МЕСТНЫМ НАСЕЛЕНИЕМ

---------------------------

Копия Рига, 18.6.1943 г.

Рейхскомиссар Остланда Секретно!

Дневниковый N 3628/43 д.

Господину имперскому министру по делам оккупированных территорий. Берлин.

От генерального комиссара Кубе поступили прилагаемые секретные донесения, заслуживающие совершенно особого внимания.

Вопрос о том, что евреи должны подвергаться особому обращению, дальнейшему обсуждению не подлежит. Но то, что при этом происходят такие вещи, которые доложены в донесениях генерального комиссара, кажется почти неправдоподобным. Что по сравнению с этим Катынь! Стоит лишь представить себе, что такие вещи станут известны противной стороне и будут использованы ею! Вероятно, такая пропаганда будет оставаться неэффективной только потому, что слушатели и читатели просто окажутся не в состоянии поверить этому.

Борьба с бандами тоже принимает в высшей степени вызывающие опасения формы, если только целью нашей политики являются умиротворение и эксплуатация отдельных областей. Так, подозреваемые в принадлежности к бандам убитые, число которых, по донесению от 5.6.43 г. об операции "Коттбус", составляет 5000, по моему разумению, за небольшим исключением были бы пригодны для использования на трудовых работах в рейхе.

При этом не следует упускать из вида, что при трудностях языкового взаимопонимания, как и вообще при таких операциях по чистке, отличить друга от врага очень трудно. Однако все же возможно избегать жестокостей, хоронить ликвидированных. Запирать мужчин, женщин и детей в амбарах и затем поджигать их не кажется мне пригодной мерой для борьбы с бандами даже при желании истребить население. Этот метод недостоен для германского дела и наносит большой ущерб нашему авторитету.

(подпись)

Генеральный комиссар Минск, 1 июня 1943 г.

Белоруссии Секретно

Дневниковый N 414/43 д.

Господину

имперскому министру

по делам оккупированных

восточных территорий

Берлин через господина

рейхскомиссара Остланда

Рига

По вопросу: акции против евреев в Минской тюрьме

Препровождаю для сведения господина имперского министра и господина рейхскомиссара Остланда прилагаемое служебное донесение управляющего тюрьмой в Минске.

Генеральный комиссар Минска

(подпись)

Судебная тюрьма Господину Минск, 31.5.1943 г.

Генеральному комиссару

Белоруссии Минск

По вопросу:

акции против евреев

Основание:

устное донесение

от 31.5.1943 г.

13 апреля 1943 г. через СД (гауптшарфюрер Рюбе) были доставлены в судебную тюрьму бывший зубной врач Эрнст Израель Тихауэр и его жена Элиза Сара Тихауэр, урожденная Розенталь. С данного времени у всех доставленных немецких и русских евреев вытаскивались или выламывались золотые мосты, коронки и пломбы. Это производится каждый раз в течение 1 - 2 часов перед соответствующей акцией.

С 13 апреля 1943 г. покончено с 515 немецкими и русскими евреями. Но, как точно установлено, только при 2 акциях были изъяты золотые, вещи, причем 14.4.43 г. - у 172 и 27.4.43 г. - у 164 евреев. Примерно 50% евреев имели золотые зубы, мосты или пломбы. Гауптшарфюрер Рюбе каждый раз присутствовал при этом лично, а также забирал золотые вещи.