"До января 1941 года около 700 священников были убиты. 3 тысячи были в тюрьме или в концлагерях".
Преследования духовенства начались немедленно после захвата гитлеровцами территории Польши. В докладе Польского правительства по этому поводу сказано:
"На следующий день после захвата Варшавы немцы арестовали 330 священников".
"В Кракове арестованы были ближайшие сотрудники архиепископа и сосланы в Германию...
Каноник Чаплицкий 75 лет и его заместитель были казнены в ноябре 1939 года..."
В докладе польского правительства приведены следующие слова кардинала Глонда:
"Духовенство преследуется самым сильным образом. Те, которым разрешено остаться, подвержены многочисленным унижениям, парализованы в исполнении своих духовных обязанностей и лишены своих приходских доходов и всех своих прав. Они зависят от милости гестапо..."
На территории Советского Союза преследования религии и духовенства проходили в формах кощунственного осквернения храмов, разрушения святынь, связанных с патриотическим движением русского народа, убийств священников.
Разрешите мне сказать несколько слов в заключение моего доклада.
Господа судьи! В ноте от 6 ноября 1942 г. народный комиссар иностранных дел СССР говорил о том, что советское правительство считает своим долгом довести до сведения "всего цивилизованного человечества, всех честных людей во всем мире" о чудовищных преступлениях гитлеровских бандитов.
Миллионы честных людей в боях величайшей в истории человечества войны добились победы над фашистской Германией.
Волею миллионов честных людей был создан этот Международный военный трибунал для суда над главными военными преступниками. И каждый из представителей обвинения чувствовал за собой незримую поддержку миллионов честных людей, от имени которых он обвинял главарей преступного фашистского заговора.
Мне выпала честь завершить представление доказательств советского обвинения.
Я знаю, что в этот момент миллионы граждан моей Родины и вместе с ними миллионы честных людей во всех странах мира ждут скорого и справедливого приговора Суда.
ВЫСТУПЛЕНИЕ ПРЕДСТАВИТЕЛЯ ОБВИНЕНИЯ ОТ ФРАНЦИИ Е. ФОРА
{IMT, vol. 6, p. 427-567; IMT, vol, 7, р. 1-20.}
---------------------------
Стенограмма заседаний
Международного военного трибунала
от 1, 2, 4 и 5 февраля 1946 г.
Господин председатель, господа судьи! Я имею честь представить Трибуналу заключительную часть доказательств французского обвинения, относящуюся к пунктам "I" и "J" раздела III обвинительного заключения "Германизация" и пункту "В" раздела IV - "Преследование по политическим, расовым и религиозным мотивам".
Я хотел бы прежде всего изложить в кратком вступлении основные идеи, которые определяют план представления мною доказательств обвинения.
Понятие "германизация" рассматривалось в выступлении господина де Ментона. В основном оно заключалось в том, что жителям оккупированных территорий старались навязать такие условия социальной и политической жизни, которые соответствовали бы доктрине фашистов и их интересам. Совокупность всех действий, направленных к осуществлению целей германизации и являющихся незаконными, расценивается нами как преступление против человечности. Процесс германизации осуществлялся на территориях, которые нацисты собирались присоединить к Германии. Немцы намеревались еще до окончания войны включить эти территории в состав своей империи. На западе территориями, подлежавшими аннексии и германизации, были Люксембург, бельгийские районы: Эйпен, Мальмеди и Морене и три французских департамента: департаменты Верхнего Рейна, Нижнего Рейна и Мозеля. Эти территории по сравнению с теми землями, которые были оккупированы Германией, относительно невелики, но это никоим образом не умаляет преступного характера захвата их. Кроме того, я хочу отметить еще два положения:
1. Немцы составили план и подготовили проведение аннексий в более широких размерах, чем те, которые были осуществлены официально. За то время, которое оказалось в их распоряжении, немцы не успели приступить к намечавшейся аннексии.
2. Аннексии не были единственным и обязательным приемом германизации. Нацисты поняли, что они могут использовать различные средства для того, чтобы достичь своей цели - мирового господства. Такое варьирование средств в зависимости от обстоятельств для достижения определенных целей характеризует коварство нацистов и именуется "нацистским макиавеллизмом". Их концепция более гибкая, более хитрая и опасная по сравнению с классической доктриной территориальных захватов. В этом смысле самый жестокий завоеватель имеет перед ними то преимущество, что он по крайней мере откровенен.
Фашисты вначале рассчитывали произвести аннексии более обширных территорий. На это указывают многочисленные свидетельства. В этой связи я хочу огласить лишь два документа. Первый из них еще не был представлен Трибуналу. Это документ ПС-1155, РФ-601, датированный 20 июня 1940 г. На нем имеется надпись: "Секретный документ штаба". Он озаглавлен: "Запись беседы, состоявшейся 19 июня 1940 г. в ставке генерал-фельдмаршала Геринга". Таким образом, запись, приведенная в документе, отражает позиции руководства, и отнюдь не является толкованием отдельных лиц. Цитирую:
"Общий план политического развития.
Люксембург должен быть присоединен к рейху. Норвегия должна стать немецкой, Эльзас и Лотарингия снова возвращены империи, должно быть создано автономное государство Бретань; составляются некоторые проекты в отношении Бельгии и особого положения фламандцев, проживающих в этой стране, а также создания Бургундского государства".
Вторая цитата, которую я хотел бы привести по этому поводу Трибуналу, взята из документа, который я представляю под номером РФ-602. Это протокол допроса доктора Глобке, бывшего помощника статс-секретаря министерства внутренних дел доктора Штуккарта. Допрос датирован 25 сентября 1945 года. Оглашаю выдержку из этого документа:
"Вопрос: Знали ли вы о планах, которые предусматривали присоединение других французских территорий после заключения мира между Германией и Францией (Бельфор, Нанси, Бассен де Брие, Шарбоннаж дю Нор, Зон Руж), а также территорий, которые принадлежали Бельгии?