Необходимо, по-моему, также указать, что в целях германизации проводилась депортация населения, о чем Трибуналу должно быть известно из свидетельских показаний господина Рейтера. Систематически вывозились представители интеллигенции страны, духовенства и лица, ранее служившие в армии. Это обстоятельство подчеркивает стремление нацистов лишить эту страну ее моральной, социальной и интеллектуальной опоры.
К докладу люксембургского правительства прилагается список депортированных лиц, в число которых входят офицеры, судьи-магистраты, люди занимавшиеся в Великом Герцогстве политикой, писатели, руководители экономики. В частности - я приведу лишь одну поражающую цифру - немцы выдворили из страны или депортировали 75 священников. Эта цифра, с учетом столь немногочисленного населения Люксембурга, ясно указывает на умысел совершенно упразднить право на отправление религиозных обрядов. В официальном докладе также имеются сведения о том, что имущество религиозных орденов было конфисковано, места, где совершались религиозные службы, были либо преданы уничтожению, либо осквернены.
Хочу кратко остановиться на сельскохозяйственной колонизации. Организации под названием "За расселение этнических немцев" была поручена ликвидация имущества депортированных люксембуржцев в пользу лиц из южного Тироля, которых расселяли в Великом Герцогстве. Кроме того, производилась промышленная и экономическая колонизация: здесь мы сталкиваемся с теми же методами, с тем же разграблением, и я не буду вновь останавливаться на этой теме. Трибуналу уже известно, какими способами осуществлялась такая колонизация.
Мне хотелось бы, однако, в связи с Люксембургом привести один пример, по той причине, что общие положения всегда лучше подкреплять документальными примерами. Кроме того, документ, на который я собираюсь сослаться, по моему мнению, позволит сделать, важные выводы с точки зрения обвинения.
Имело место много случаев, когда германские власти принуждали частных граждан и частные фирмы передавать немцам свое имущество и контроль над своими предприятиями. Это называлось колонизацией и заключалось в том, что немецких граждан включали в предприятия, имевшие крупные средства и активную экономическую деятельность. Эти незаконные методы были разработаны самим имперским министром экономики, таким способом ставилась задача ограбления частных граждан и германизации экономики страны. Документ, который я собираюсь зачитать Трибуналу, имеет номер РФ-813 и представляется как документ люксембургского правительства. Документ является оригиналом, он исполнен на бланке "имперский министр экономики" в Берлине 5 января 1942 года. Документ имеет гриф "секретно" и подписан: "По поручению: доктор Заагер". Речь идет о подчиненном министру чиновнике, который регулярно исполнял административные функции по его приказу. В письме идет речь о предприятии "Аккумуляторы Тюдор", оно адресовано на фабрику, находившуюся в руках фон Хольтцендорфа в Берлине. Напоминаю Трибуналу, что министр экономики пишет немецкой фирме, которая должна получить выгоду в результате давления, оказываемого на люксембургскую фирму,
"Со ссылкой на наши неоднократные разговоры подтверждаю, что в интересах рейха было бы весьма желательно, чтобы ваша компания получила участие в акционерном капитале предприятия Тюдор. Интересы рейха в немалой степени основываются на экономических потребностях, связанных с национальной обороной. Чтобы получить контроль над акционерным капиталом, следует в первую очередь обратиться к капиталу, принадлежащему господину Леону Лавалю, ранее находившемуся в Люксембурге, а ныне пребывающему в Бад-Мергентейм. Речь идет не только об акциях, которыми Лаваль владеет лично, но и о 3000 акциях, вложенных в Согеко.
Перехожу теперь к очень важному абзацу:
"Поэтому я прошу приступить к необходимым переговорам незамедлительно. Хочу указать, что вам прежде всего следует обратиться в гестапо за разрешением начать переговоры с господином Лавалем, а затем добиться разрешения гестапо на передачу указанных акций в вашу компанию в случае, если господин Лаваль согласится уступить их.
Я уже проинформировал гестапо по этому вопросу. Если в результате ваших переговоров в этом возникнет необходимость, я готов вновь указать гестапо на то, насколько безотлагательна ваша миссия".
Теперь я хотел бы зачитать Трибуналу документ, из которого видно, как развивались события дальше. Это документ РФ-814, свидетельствующий о следующем этапе того маневра, с помощью которого имперский министр экономики, действуя заодно с гестапо, принимал меры к тому, чтобы ограбить частного гражданина. Документ представляет собой письмо, адресованное частному лицу инженеру Леону Лавалю, которого стремились принудить продать свои акции, посмотрим, кто ему пишет. Цитирую текст этого письма, отправленного из Люксембурга 14 января 1942 года. "Эйнзатцкоманда полиции безопасности и СД в Люксембурге":
"19 января 1942 года и в последующие дни Вам надлежит быть дома и находиться в распоряжении представителя фабрики аккумуляторов, директора фон Хольцен-дорфа".
Трибунал узнает фамилию Хольцендорфа, которому было адресовано письмо имперского министра экономики (предыдущий документ). Продолжаю цитату:
"Господин фон Хольцендорф, обладающий особыми полномочиями от РСХА, обсудит с вами деловые вопросы. Хайль Гитлер!
Подпись - Хартман".
Трибуналу, вне сомнения, ясно, что, если я огласил эти два документа, то сделал это не по той причине, что считаю очень важным в масштабах настоящего процесса тот факт, что фирма Тюдор, выпускавшая аккумуляторные батареи, была разграблена, что по отношению к этой фирме был совершен противоправный акт, причинивший ей ущерб. Я хочу особо обратить внимание - и буду делать это каждый раз, когда содержание представляемых документов будет предоставлять мне такую возможность, - на координацию, существовавшую между различными германскими службами, руководителями которых были сидящие перед нами подсудимые. Некоторые люди склонны полагать, что все немецкие преступления следует отнести за счет гестапо. Действительно, гестапо было характерной преступной организацией, однако, гестапо не действовало в одиночестве. Гестапо действовало по приказу и в связи с гражданскими администрациями и военным командованием. В связи с архиепископским облачением Страсбургского собора, а также в связи со Страсбургским университетом нам стало известно о программе, дававшей возможность гражданскому министру или его представителю обращаться к агентам полиции для приведения в исполнение своих приказов. На этот же факт указывают нам и только что зачитанные документы, касающиеся экономических вопросов.