Он хмурится.

— Ты так вот просто собираешься сбежать от меня?

— Угу. Давай встретимся после свадьбы. Они разрежут торт в 5.30, и тогда я могу исчезнуть, как только Шарлотта переоденется, чтобы отправится в свадебное путешествие, это будет около 6.30. Не будет ли это слегка романтично, если мы встретимся в том милом итальянском ресторанчике на той же улице, что и Le Coq? Мне кажется, он называется Basilico.

Он качает головой.

— Basilico не на той улице, что и Le Coq.

— Правда?

— Ага.

— О, хорошо, я видела Costa на той улице. Встретимся там в 7 вечера, а потом вместе пойдем в ресторан. Там и поговорим.

— Звучать великолепно. Тогда иди, — говорит он и шлепает меня по заднице.

Я вылезаю из постели и голышом несусь в ванную. Его смех следует за мной, и я стараюсь не хлопнуть дверью, потому что очень нервничаю. Черт, я размазала тушь по всему лицу. Ну, и вид у меня. Много мыла и горячей воды в течение пяти минут, и я выбегаю в спальню, завернутая в полотенце. Он встал с кровати и поджидает меня держа мои туфли. Он по-прежнему голый и это очень отвлекает. В утреннем свете его член кажется просто огромным.

— Вот, пожалуйста. — Он улыбается, но тут же убирает туфли, как только я тянусь за ними.

— Что? — Спрашиваю я.

— Твое лицо.

— Что с ним? — Я дотрагиваюсь до чистого лица. — Я знаю, что выгляжу ужасно. Тебе не стоит напоминать мне об этом.

Он отрицательно качает головой.

— Ты выглядишь еще лучше без макияжа.

— Ты такой лжец, — хихикая обвиняю я его, выхватываю у него свои туфли. — Ты уже уложил меня в постель, Тайсон, поэтому тебе совершенно не нужно заигрывать со мной.

— Я на полном серьезе. Эй. — Он хватает меня за запястье и притягивает к себе, у меня аж дух перехватывает, когда наши тела сталкиваются друг с другом. — Я сказал то, что на самом деле, думаю. Ты выглядишь прекрасной без макияжа и прически.

— Ну... спасибо, — бормочу я, чувствуя себя самой большой задницей в мире за то, что не поверила ему.

— Чем ты планируешь заняться сегодня? — спрашиваю я его.

Его теплая улыбка заставляет трепетать мое сердце.

— Я должен был вылететь прошлой ночью, но я встретил милую блондинку, которая вскружила мне голову, поэтому я застрял в Париже, и мне нечем заняться. — Он усмехается. — Но у меня есть друг, у которого есть конюшня в двух часах езды отсюда. Я проведу день у него. Тем более, что у него есть кобыла, которую я хочу купить.

— Отлично. Значит я увижу тебя сегодня вечером.

— Эй, прежде чем ты уйдешь…

— Что?

— Покажи мне свою задницу.

Я моргаю, скорее всего я ослышалась.

— Повтори?

Он смеется таким глубоким и добрым смехом.

— Я бы с удовольствием, но мне казалось, что ты торопишься.

У меня начинают гореть щеки.

— Очень смешно.

— Я сказал, — мягко говорит он, и его глаза напряженно смотрят на меня. — Покажи мне свою задницу.

Медленно, я разворачиваюсь.

— Подними платье и наклонись.

Я подчиняюсь, а когда поворачиваюсь к нему лицом, вижу насколько увеличилась у него эрекция.

Он вознаграждает меня сладким, затяжным поцелуем (я рада, что несколько минут назад почистила зубы), потом отпускает.

— Черт, мне действительно нужно бежать. — Я спешу к двери, хватаю по пути сумочку, которую бросила при входе.

— Вбей мой номер телефона, — говорит он.

Он диктует, и я вбиваю его в телефон и разворачиваюсь к двери.

— Позвони мне, чтобы у меня высветился твой номер, — говорит он с улыбкой. Я разворачиваюсь и смотрю ему в глаза. В эту минуту мне даже не приходит в голову, что мы не будем вместе. Я думала тогда само собой разумеющееся, что мы встретимся и вместе отправимся в Англию. Как мы могли не быть вместе? Мы настолько подходили, настолько идеально подходили. Тогда я была настолько наивной дурочкой, что совсем забыла, что он не относится к Мистеру Обязательства. Что он предпочитает трахаться с девушками, о которых тут же забывает.

Что он дает обещания, но не выполняет их.

Я вожу бритвой по щеке и не могу перестать улыбаться своему собственному отражению. Я чувствую себя котом, который съел все сливки, как только вспоминаю, как хорошо мне было с ней, я прекрасно ее ощущал, находясь внутри, пока она жаждала меня. Несмотря на то, что она была девственницей, она была чертовски фантастической в постели. Секс был буквально умопомрачительным, а я не привык давать сексу подобный термин. Никогда ранее. Раньше такого не было. Я даже не мог себе представить, что такое вообще может быть. Это было потрясающе. Черт, мне никогда не было так хорошо ни с кем.

Да, она та еще штучка.

Красивая, веселая, умная, великолепная танцовщица, и в довершение всего — ее сердце из чистого золота. Я был знаком со многими женщинами, которые хотели взять меня за яйца, потому что я хотел их трахнуть. Как только потом они приземлялись на свою задницу за моей входной дверью, они тут же понимали — никто не может посадить меня на короткий поводок.

Одно я знал точно — она первая женщина, которую я хотел бы оставить утром в своей кровати и не только в кровати. Я проснулся задолго до нее. Я знал, что должен ее разбудить, чтобы она смогла вовремя успеть на свадьбу, но я не смог этого сделать. Почему? Она была такой милой, как ангелочек в моих руках, с довольной улыбкой, тихо посапывала.

Ее сопение было настолько очаровательным, хотя внутри она явно имела стержень из стали, если учесть сколько лет она противостояла всем тем мужчинам, которые подкатывали к ней, плюс давление со стороны социума, но она все равно оставалась девственницей, хранила себя. Может это и привлекало к ней больше всего. Необычное сочетание силы воли и такая уязвимость. Я помню, как она залилась румянцем, когда я назвал ее красивой. Как будто она не верила мне. Возможно ли такое, что она не видит насколько прекрасна? Большинство женщин, хотя бы отдаленно похожих на нее, начинают расхаживать с видом королев утром, днем и ночью. Она же глоток свежего воздуха, она совсем не такая, как все.

Я ловлю себя, что начитаю напевать, заходя в душ. С каких это пор я стал напевать? Но я никогда не был так чертовски счастлив. А я, действительно, чертовски счастлив, что мне хочется прыгать вверх-вниз на софе Опры[4]. Со стороны абсурдно звучит? Я опять улыбаюсь во все тридцать два зуба, мне не хотеется смывать ее запах. Я хочу, чтобы он был на мне столько, сколько возможно, но жизнь требует другого. Эта странная мысль заставляет меня опять засмеяться над собой.

Я выхожу из ванной и смотрю в свой телефон. Пропущенного звонка от нее пока нет. Сушу волосы одной рукой, открываю фотографию, которую сделал в клубе, когда она не видела, что я ее фотографию. Она смотрит на стол, прядь волос убрана за ухо, и я не мог устоять перед ней, перед ее уникальной аурой уязвимости и невинности.

Теперь я знаю, почему она выглядела такой невинной и хрупкой, но тогда это меня сильно заинтриговало. Даже сейчас, глядя на ее фотографию, внутри меня что-то просыпается — желание защитить ее. Защитить ее от этого большого плохого мира.

— Что с тобой, чувак? — спрашиваю я сам себя вслух, качая головой. Я никогда раньше так не западал на цыпочек. Я открываю свою почту. Пришло одно письмо от Ральфа, главы моей конюшни, с вопросом, почему я не появился вчера вечером. Я быстро отвечаю, уверяя его, что вернусь через пару дней.

Пока я одеваюсь, хаос мыслей проносится в голове. Взгляд ненароком падает на меню обслуживания номеров, и я ухмыляюсь про себя, вспоминая, как она засмеялась над моим промахом по поводу обслуживанию номеров. Однако восприняла все хорошо. И она так мило смеется. Сексуально.

Я звоню Луису и договариваюсь встретиться за ланчем. Потом выглядываю из окна. Сегодня прекрасный день. Вместо того, чтобы завтракать в отеле, я решил пройтись в кондитерскую за углом.