Вместо этого он отстранился.

— Я провожу тебя домой, — мягко сказал он.

Кира не знала почему, но она не хотела его расспрашивать. Не сейчас. Ей было все равно. Главное, что они были вместе. Однажды она начнет задавать вопросы, а у нее их миллион. Откуда он? Он тоже чувствовал это притяжение между ними? У него была когда-нибудь девушка? И хотел бы он начать встречаться с кем-то?

Купер молчал всю дорогу, и замер когда они дошли до ее квартала.

«Я сказала что-то не то? Он злится на меня? Что случилось?» — задавалась вопросами Кира.

Все между ними казалось таким естественным и предопределенным, как будто было спланировано тысячи лет назад. Но он вел себя странно.

Она хотела пригласить его войти. Она знала, что это безумие, и что ее отец будет в шоке, но все равно ей очень этого хотелось.

— Ок, — сказал он. — Вот мы и пришли. Спокойной ночи. — Сказал он, как отрезал.

— Спокойной ночи? — удивилась Кира.

— Спокойно ночи, — безжизненно повторил он. На лице никаких чувств. Пусто.

— Но… — Кира взглянула на него. Он сжал челюсти и просто смотрел прямо перед собой.

— Хочешь, дам тебе свой номер? — спросила она.

— У меня нет мобильника, — сказал он.

— Что? — спросила она. — Это бред! Как такое возможно?

Он только пожал плечами. Она хотела бы узнать, не соврал ли он.

— Я сказала что-то, что расстроило тебя? — спросила она.

Он не ответил, просто продолжал стоять со странным выражением лица.

Обидевшись, Кира ответила надменным тоном:

— Окей, как хочешь.

«В какую игру он со мной играет?»

Чем бы это ни было, Кире это не нравилось. Очевидно же, что она обидела его. Но он мог хотя бы сказать — чем. Кира не позволила противному чувству завладеть ей. «Да кто он такой, в конце концов?»

Почему это ее так задело? Даже она сама не знала ответа. Они виделись всего пару раз и были почти незнакомы. Все, что она к нему чувствовала, было всего лишь ее воображением. Обескураженная, обиженная и злая Кира отвернулась и бойко зашагала к дому.

Когда она зашла в дом, отец мерил шагами прихожую, ожидая ее. В ту минуту как она вошла, он остановился и посмотрел на нее.

— Куда ты ходила? — он требовал ответа.

Кира молчала.

— Что за парень шел с тобой?

И снова ей было нечего ответить.

— В разгар нашего несчастья и горя ты поступаешь так?

Кира прикусила губу. Как она поступает? Она просто вышла прогуляться.

— Я даже представить себе не могу, как мы можем простить тебя! — отец был непреклонен.

Желудок Киры скрутило и она покачала головой, стараясь собрать все свои силы, чтобы воспринять то, к чему он клонит.

— Ты не простишь меня? — с вызовом ответила она. — За что? — ее тон должно быть потряс отца, потому что его голос стал грубым, таким она его еще никогда не слышала.

— Твоя мать не хочет видеть тебя потому что…

Он хотел ударить ее, но она почувствовала это. Кира подняла руки и остановила его.

— Хватит. Я знаю, что маму тошнит от того, какие мы разные. Если уж случилось что-то плохое, то почему с Амандой, а не со мной?

— Верно!

— И ты тоже так думаешь? — сказала она.

— Я не соглашался с этим! До сегодняшнего вечера!

Снова вены и сердце Киры запылали, стало трудно дышать. Атмосфера вокруг них потяжелела, как если бы их окружили густые облака.

— Все изменилось с тех пор, как мы переехали сюда.

— Ты винишь во всем Эверсток? Это из-за Эверстока ты поехала по той опасной дороге? И ты ведешь себя так отвратительно сегодня вечером тоже из-за Эверстока? Это город во всем виноват?

В тот момент Кира окончательно поняла, что она никогда не знала своего отца, но все это больше не заботило ее. В водовороте боли весь ее мир начал растворяться.

И словно из ниоткуда, на подоконнике она поймала глазами вспышку. Это был мягкий синий свет, который она начала видеть после аварии. Он полностью завладел ее вниманием. Он вошел в ее разум и захватил его. Время шло, а она все смотрела и смотрела.

— Ты слышишь меня? Ты меня слышишь? — звал ее отец, и его голос был полон испуга. Она не могла понять, почему он так переживает. — На что ты уставилась? Да что с тобой не так?

— Я вижу тебя, — сказала она свету.

— Да ты свихнулась, — выплюнул отец. — Ты, должно быть, повредилась рассудком после аварии. Медики должны проверить тебя.

Кира почувствовала, как скрипят ее зубы. Не было ничего в мире, что могло бы заставить ее пройти обследование. Все было в порядке. Возможно, мозг и сдвинулся немного, но это не было так уж плохо.

Она всего лишь видит и слышит теперь больше, а еще понимает то, чего никто не способен был понять. Чего отец хотел от нее? Чтобы они успокоили ее? Превратили в зомби? Она никогда не позволит такому произойти. И она была уверена, что у нее получится.

— Я — НОРМАЛЬНАЯ, — закричала она в ответ, сжимая руки в кулаки и настаивая на своем.

Ее отец подошел, чтобы взять ее за плечи и увести ее куда-то, но как только он прикоснулся к ней, Кира ощутила, как энергия проходит сквозь нее. Это было похоже на жар, текущий в ее венах. Она чувствовала, как ее гнев растет и растет, и поняла, что она стала сильнее.

Она вытянула руки вперед, оттолкнув его на несколько футов. Она издала крик ярости, и прозрачная рамка для фотографий слетела с пианино и разбилась о стену.

Ее отец посмотрел на остатки рамки, затем медленно оглянулся на Киру. Он смотрел на нее глазами полными смятения и страха так, как будто видел ее впервые.

Бактериальная эпидемия поразила Эверсток. Следующие несколько дней пресса была полна историй о возникновении болезни. Возникшая в Эверстоке неизвестная бактериальная инфекция стала считаться эпидемией.

Очень устойчивая к лекарствам, болезнь жила своей собственной жизнью. Случаи быстро умножались. Персонал больницы работал сверхурочно. Дополнительная медицинская поддержка была вызвана из соседних городов. Количество жертв выросло на этой неделе до 5 человек, в большинстве случаев среди пожилых и очень маленьких. Все рьяно пытались найти эти смертоносные бактерии. Но нужно было время. А пока настоящая причина была неизвестна.

Новости об эпидемии были везде. Даже ребята в школе обсуждали это. Член школьного совета тоже был в больнице. Кира волновалась на счет Аманды, ведь в коме она может быть более уязвима.

Конечно, она не могла поговорить об этом со своим отцом. Кира вообще думала, что она никогда не сможет с ним снова говорить, но утром за завтраком казалось, что он переживал из-за того, что случилось прошлой ночью. Он ушел немного позже обычного, ждал, чтобы поесть вместе с Кирой, и даже упомянул, что мама скоро придет домой не надолго, просто чтобы отдохнуть. Состояние сестры было стабильным. Ее жизнь была вне опасности.

Кира вела себя словно все было замечательно, и пожелала ему хорошего дня на работе. Казалось, он был ей за это благодарен. Кира поняла, все, с чем он имел дело и в больнице, и в семье, должно быть дня него ночным кошмаром. Хотя для нее это не было ночным кошмаром, и это ее поражало. Откуда взялась эта странная сила?

В этот учебный день она решила не идти обедать в столовую. Она не хотела снова встретить Купера, а он мог оказаться там. Он очень обидел ее вчера, оказавшись таким холодным и отстраненным. Это было совсем не мило, и кроме того, это было нечестно.

Когда Нора упомянула о том, что они увидятся во время обеда, Кира сразу покачала головой. Норе было любопытно.

— Что случилось? — сказала она.

— Я просто не голодна, — сказала Кира.

Нора не купилась на такое объяснение.

— Это связано с Купером, так ведь?

Нора была очень умной, снова подметила для себя Кира. И не только умной, она всегда была в курсе происходящего вокруг.

— Скажи мне, — повторила Нора. — Что-то между вами произошло?

— Не совсем, — сказала Кира.

— Это как? Ты снова его видела?? Вы разговаривали?