— Ты не можешь этого сделать, — запротестовала я.

— Я могу и сделаю это.

— Балтик? — Спросила я, повернувшись к нему, внезапно забеспокоившись. — Что будет с тобой и Бромом? Я не хочу в Акашу.

— Ты не попадешь, chérie. Я никогда этого не позволю. Этот волшебник не более чем дуновение горячего воздуха.

Доктор Костич взглянул на свое запястье.

— Вопрос станет спорным меньше чем через час, когда прибудет стража, чтобы забрать Талли.

— Прикоснись к ней — и ты умрешь, — просто сказал Балтик.

Костич ткнул в него вилкой.

— Именно такое отношение веками держало драконов и L’au-dela в ссоре. Даже ваш посол был высокомерен, с ним невозможно было иметь дело.

— Посол? — Спросила Эшлинг Дрейка. — У нас есть посол в L’au-dela?

— Фиат, — ответил он, глядя на нас блестящими глазами.

— Это бывший посол. Мы получили уведомление, что он отлучен от церкви (или что вы там делаете, драконы?) и отстранен от должности. Мы ожидаем назначения нового посла, которому я, безусловно, направлю подробные жалобы на мое общение с этим чудовищем.

— Архимаг или не архимаг, — процедила я сквозь стиснутые зубы, — Забудь про любое упоминания о том, что Балтик большой. Только его драконья форма большая.

— Знаете, — медленно проговорила Май, выглядя растерянной, — мне кое-что пришло в голову. У послов есть дипломатическая неприкосновенность, не так ли? — В этот момент во многих головах, казалось, погасли лампочки. Я задумчиво посмотрела на Май.

— Да-а-а, — протянула Эшлинг. — Какая хорошая мысль. Вейром нужен посол, а Ясолд нуждается в защите от доктора Костича. — Тот сердито посмотрел на нее через стол и налил себе еще шампанского.

— Если Ясолд будет послом, он не сможет прикоснуться к ней, и ву-аля! Решены сразу две проблемы. Какое идеальное решение.

— Нет, — сказал Костя, поглощая гору еды, наваленной у него на тарелке.

— Ох, перестань упрямиться, — сказала Эшлин. — Мы знаем, что ты не любишь Балтика, но Ясолд не сделала ничего плохого. Нет причин, по которым она не могла бы стать послом Вейров. Она, конечно, справится с этим лучше, чем Фиат.

— Она не из вейр, — заметил Костя.

— Я не вейр? — Спросила я, чувствуя себя немного потерянной, как в разговоре, так и в эмоциях. — Я думала, что я Серебряный дракон.

— Ты была серебряным, потом черным, но теперь ты ни то ни другое, и как таковой ты не член Вейра, — согласился Дрейк с братом.

— Есть простое решение, — сказала Май.

Все повернулись к ней.

— Клану Балтика придется присоединиться к вейрам.

— Этого никогда не случится. — Костя фыркнул. — Вейр не потерпит упадочных²¹ драконов.

— Светлых, — прорычал Балтик, направляясь к нему. — Мы светлые драконы. Вы, упадочные.

Костя вскочил, сжав кулаки.

— О боже, они снова, — прокомментировала Эшлинг, наклоняясь к столу. — А я думала, что с Костей и Габриэлем плохо. Ты должна подготовить свои бананы, Ясолд.

— Нет, — сказала я.

— Нет? — Спросила Май, наблюдая, как Балтик и Костя удивленно уставились на меня.

— Нет. Если они так одержимы подраться, они могут подраться. — Костя улыбнулся. Балтик принял форму дракона.

— Определенно избыточный вес, — сказал Костич, поедая завернутый в бекон гребешок.

— Но в человеческом обличье, — сказала я драконам. — И без оружия. Только кулаки.

Из Балтика вырвалось облачко дыма, но, подумав, он снова принял человеческий облик, не сводя глаз с Кости.

— Кулачный бой, да? Прошло несколько столетий с тех пор, как я имел такое удовольствие.

— Мне будет очень приятно, Балтик. — Костя сбросил пиджак и закатал рукава.

— Там, а не здесь, — сказала я, указывая на другую сторону пастбища, которая была в основном грязной. — Я не хочу больше разбивать этот кристалл. У вас есть пять минут, чтобы выбить друг из друга все живое, а после этого вы должны вести себя вежливо и прилично. Вы оба согласны с условиями?

— Победит достойный. — Костя бегал глазами.

— Больше не вскакивайте от каждой мелочи, которую воспринимаете как оскорбление. Я устала от того, что вы двое готовы вцепиться друг другу в глотки, и думаю, все остальные тоже устали от этого. — Женщины кивнули. Мужчины избегали смотреть мне в глаза.

— Ты ведь не будешь возражать, если их клан окажется в вейре? — Спросила Эшлинг Дрейка, когда Балтик и Костя отошли футов на шестьдесят, Бастиан и Цзян последовали за ними, то ли для того, чтобы поддержать Костю, то ли для того, чтобы судить.

— Все не так просто, — сказал Дрейк. — Есть правила приемов кланов. Я даже не уверен, что у Балтика вообще есть клан.

— Но если он у него есть, они могли бы присоединиться, тогда Ясолд могла бы стать послом, а доктор Костич мог бы… — Эшлин оборвала фразу, когда маг посмотрел на нее.

Балтик с воплем бросился на Костю, который в ответ отскочил в сторону и нанес ему сильный удар ногой в бедро.

— Мог бы что? — спросил Костич, его бледные глаза были напряжены.

— Оставить их в покое? — сладко спросила она.

Пыль поднималась с поля, где двое мужчин теперь кружили вокруг друг друга, периодически нанося удары руками и ногами.

Костич издал насмешливый звук.

— Я никогда не хотел от драконов ничего, кроме меча, который по праву принадлежит магам, и тебе это должно быть хорошо известно, Страж.

— В вейре нет места для клана, который убивает членов другого в мирное время, — сказал Габриэль, с интересом наблюдая, как Костя бодается головой с Балтиком, который ревел от ярости. Двое мужчин упали в облако пыли.

— Балтик не убивал синих драконов.

— Это ты так говоришь. — Серебристый взгляд Габриэля переключился на меня. — Но у нас есть только твое слово. Вейру едва ли достаточно этого, чтобы снять обвинения.

— Если вы собираетесь снова спорить, я пойду и понаблюдаю за сражающимися. Я полагаю, что небольшое заклинание, увеличивающее скорость черного дракона, в случае… — доктор Костич встал из-за стола, бросил салфетку и зашагал к месту боя.

Я вздернула подбородок и обратилась к Габриэлю:

— Теперь я понимаю, почему Балтик так противился встрече с вами. Ваше решение уже принято.

Наступила тишина… тишина, смешанная с хрюканьем и приглушенными криками двух мужчин, которые снова были на ногах, грязные, потные, с красными пятнами.

— Он, должно быть, это сделал. Он работал с Фиатом, — сказал Габриэль, как будто пытался убедить себя.

— Как и ты, судя по тому, что рассказал мне Джим, — возразила я, начиная злиться.

— Я не сговаривался с Фиатом! — Габриэль выглядел удивленным.

— Не сейчас, но ты это делал. Или Джим солгал, когда сказал, что ты помог Фиату отравить Эшлинг и взять ему ее в жены?

Снова наступила тишина.

— Чертов ублюдок! У меня только что был он сломан! — Заорал Балтик возмущенным голосом, хватая Костю за горло и отбрасывая его на несколько ярдов. — Вот именно! Если у меня будет кривой нос, то и у тебя будет!

Оба снова исчезли в мягко кружащемся облаке пыли.

— О боже, надеюсь, что нет. Мне нравится нос Кости таким, какой он есть, — сказала Кирена, даже не глядя на дерущихся.

— Ну? — Спросила я Габриэля, который выглядел очень смущенным.

— Знаешь, она права, — сказала Эшлин. — Тогда ты работал с Фиатом.

— Я пытался остановить его, чтобы он не сделал еще хуже, чем сделал!

— Я просто хочу сказать, что, возможно, Балтик помог Фиату достичь одной цели, но так чтобы это не полностью соответствовал его планам. Что он и сделал.

— Все сводится к доказательствам, — медленно произнес Дрейк. — У тебя нет доказательств его невиновности, а у нас есть свидетели, которые утверждают, что он был с Фиатом во Франции во время убийства.

Я посмотрела на них, сидящих вокруг стола, настолько расстроенная всем этим, что мне хотелось закричать. Как они могли не видеть, что Балтик не виновен? Как они могли поверить, что он безжалостно убил столько драконов?

— Позволь спросить тебя, Дрейк: ты когда-нибудь видел, чтобы Балтик хладнокровно убивал драконов?

— Он убил много драконов из всех кланов, — уклончиво ответил Дрейк.

— Это пустая трата времени, — сказал я с отвращением. Тогда я поняла, что мы никогда не заставим вивернов понять, что Балтик невиновен.

— Боюсь, что дальнейшие споры окажутся бесплодными, — сказал Дрейк.

Несколько мгновений я смотрела на свои руки, сжав пальцы так крепко, что они побелели.

— Балтик не позволит себя мучить и я тоже.

— Ты не оставляешь нам выбора, — предупредил Габриэль.

— Ты должна понять, что если Балтик откажется отвечать за выдвинутые против него обвинения, между нами возникнет состояние войны, — сказал Дрейк.

— Нет, — сказала Эшлин, ее лицо исказилось. — Неужели еще одна война?

Война. Слово эхом отдалось в моем сердце, отрывая от него маленькие кусочки. Снова война. С войной приходили смерть, разрушения и страдания, которым не будет конца.

— Только не это, — прошептала я.

— Какая война? — Смущенно спросила Кирена.

Мне хотелось разорваться на миллион осколков и улететь по ветру. Мне хотелось заснуть и не просыпаться. Я хотела спрятаться в прекрасном доме Балтика, который заставлял мою душу петь и никогда не покидать его.

Я хотела Балтика.

— Война между кланом Балтика и вейрами, — печально сказала Май.

— Объявляем войну?

— Вы объявили нам ее, — ответила я.

— Тебе не обязательно идти этой дорогой, — сказал Дрейк, его глаза потемнели.

— Вы не оставляете нам выбора.

— Война не может быть легкой, — сказал он, беря Эшлинг за руку. — Это касается всех в клане. Когда кланы находится в состоянии войны, все считаются жизнеспособными целями для нападения.

Холод пронзил меня, омыв страхом, какого я никогда не испытывала.

— Бром, — прошептала я, представив себе, как его используют в качестве заложника. Или еще хуже.

— Мы не нападаем на детей, — сухо сказал Дрейк, в его глазах вспыхнул гнев. — А вот пара — совсем другое дело.

— Ничего не изменилось, — тихо сказала я, отчаяние наполнило меня при мысли о том, что ждет впереди. — Тогда была война, будет и теперь. Тогда были смерть, гордость и отказ признать проигранное дело, все это повторяется. Я знаю, чем это закончится, я не позволю этого, не снова.