— Да, всё именно так, речь шла о камне бессмертия, — Максим продолжал наблюдать за действиями рогатого существа, который поочерёдно открывал и закрывал глаза священнику. Юноша поинтересовался. — Что он делает?

— Мысли приводит в порядок, а может мух прогоняет. Всегда есть объяснение действиям чертей, они не являются к тем, кто их к себе не подпускает. Вы, люди, сами взмахиваете рукой и говорите: 'Чёрт с тобой!', - а как же без него, без чёрта, совсем человек пропадёт.

— А что вы вообще за существа?

— Мы, — оглянувшись на приятеля, который продолжал глумиться над уснувшим батюшкой, оттопыривая ему уши и разбрасываясь слюной во все стороны, — мы безобидные существа: смеёмся над пьяницами, мерещась им в видениях; подстрекаем забияк на драки; пугаем священников адом за ложь, льющуюся из их уст; играем и танцуем. Мы не воинственные существа, не ангелы войны, мы любим веселье и разгулье. Давно мы попали в это измерение, ещё до существования Правил, вот так здесь и остались, спрятавшись в логовах, попавших под защиту богов.

— А много вас на земле?

— Много, в каждом монастыре, в каждой церкви, даже в часовне, — и черт протянул юноше серебряную монету с изображением черепа. — Бери, вам ведь не василиск нужен, а Кощей. Так ведь?

— Да, Кощей. А что это за монета и откуда она у тебя?

— Эта монета из сундука Кощея, он сам найдёт вас. Когда-то Кощей проиграл состояние в трактире, теперь возвращает свои богатства.

— Спасибо, — поблагодарив чёрта, юноша положил монету в карман.

— Ладно, пойду, потешусь над заблудившимся человеком, — сказал чёрт и пошёл к священнику.

Максим продолжал смотреть в сторону веселящихся существ. Где один из чертей поднял обе руки батюшки над головой и хлопал ими в ладоши. А второй, забравшись копытами на колени и присев на корточки, эмитировал пение, открывая рот и растягивая губы во все стороны. Всё происходящее было похоже на театральное представление, с которого хотелось хохотать, и валяться, схватившись за живот.

Покинув состояния абсолютного нуля, человек и существо снова почувствовали пошатывание вагона и стук колёс о стыки рельсов.

— Смешные чудики? — сказал Максим.

— Да, уж, я даже не знала, что такие существа обладают таким юмором, — ответила Вокла.

— Похоже, нам следует вернуться. Монета в кармане, значит, ждём в гости Кощея! А проехали мы не больше десятка километров, выйдем на следующей станции и подождём встречную электричку.

— Макс, давай только священника разбудим, жалко ведь человека, совсем "голова отпадёт" пока до монастыря доедет.

Вокла подошла к батюшке и начала тормошить его за плечо. Церковный служитель что-то ворчал, отмахиваясь левой рукой, после чего проснулся и в растерянности начал невпопад говорить.

— Что нужно? Билет? Так я не успел купить, вот сейчас. Подожди, сейчас…

— Нет-нет, билет подождёт. Я подумала, не проспите ли вы свою остановку? — спросило существо.

— А? Что? Остановку? Нет, не просплю, мне ехать и ехать, — ответил батюшка и посмотрел по сторонам.

— Ну, тогда всё хорошо, — сказала Вокла и хотела вернуться к Максиму, как священник схватил её за руку.

— Сон приснился странный, присаживайся, расскажу.

— Интересно, что сниться церковным людям, произнесла Вокла и присела рядом на скамейку.

— Сниться, значит, сон мне. Нахожусь я среди чистого звездного неба. Стою на месте и не знаю куда идти. Вижу, в мою сторону движется О-образное облако, а за ним идут в рясах семь семинаристов, подходят ближе, гляжу — черти. А они смотрят на меня и говорят: 'Не бойся, мы тоже священники', - и проходят мимо. Продолжаю стоять, вижу, снова О-образное облако движется, а за ним идёт босоногий прихожанин в грязных одеждах, лицо как у Иисуса, но не Иисус, и просит исповеди. Выслушал его, очистил душу бродяге, а он говорит: 'Слава о твоём очищении разлетится по всему небу', - и уходит, откланявшись. Продолжаю стоять. Чувствую, вера в мою молитву растёт. Справа и слева от меня, начал собираться народ. Вспоминаю слова бродяги и осознаю себя спасителем. Спрашиваю: 'Сколько вас, дети мои?' А они отвечают: 'Справа тысяча и слева без тридцати человек тысяча. Исцели нас!' А я им в ответ говорю: 'Подождём ещё тридцать человек и начнём исцеление'. А потом ты разбудила меня. Вот видишь что произошло? Исцеление не состоялось… — после чего священник почесал лоб и добавил. — Уходи прочь! Лазят тут всякие.

— Видать хорошо тебе черти по лбу настучали, — произнесла Вокла и прямиком направилась на выход в тамбур вагона.

Максим ещё немного понаблюдал за священником и тоже вышел в тамбур. Закрыв за собой входную дверь в пассажирский салон, существо и человек начали смеяться, пока электричка не остановилась, и не открылись двери. Юноша и существо вышли на перрон деревенской станции.

Ознакомившись с расписанием электричек, путешественники решили немного прогуляться вокруг станции. Они перешли на противоположную сторону железнодорожного перрона, а затем, пошли в сторону виднеющейся берёзовой рощи.

— Максим, я часто задумываюсь о существующих Правилах, на которые всё время ссылается вектор времени. Смущает тот факт, что они появились из-за воинов Ключей Времени проявивших ревность к человеку.

— Ангелы всегда испытывали ревность к людям. Сомневаюсь, что эти самолюбивые воинствующие существа, когда-либо кого-нибудь любили. Ведь именно от них пошла гордыня.

— О чём ты?

— Это в основе религии заложено, в книге, которую священники всегда носят с собой.

— Ладно, проехали, почитаю обязательно, — удивлённо ответила Вокла.

— Вероятно, никто не верил в прогрессе материи, считая её грубой и не способной на больше, чем просто быть на краю Седьмым Пространственном Времени. Материя начала прогрессировать и человек стал первым продуктом этого прогресса. Но благодаря чему? Может, кто-то внёс поправку и помог материи получить разумных существ?

— Помог? Зачем?

— Хотя бы для того, чтобы от себя отвлечь внимание, и сосредоточить внимание на искусственно созданном враге. А ангелы всему этому способствовали, проявив ревность к человеку. Где они сейчас, эти ангелы?

— Не знаю, — пожав плечами, ответило существо.

— Они безжалостные и воинственные, наверняка, не согласились с Правилами. А значит, многие из них восстали, устроив бойню на границе времени за право остаться здесь.

— Возможно. Но из-за кого? Из-за человека?

— Из-за собственной гордости. Они были наравне с вектором времени, плечом к плечу воевали с ним против тёмной материи, а здесь их попросили вернуться в свои пространственные миры.

— Макс, смотри, если всё ангелы воевали с тёмной материей, тогда они не могут в ней прятаться. Скорее, тот, кто не пожелал вернуться и проявил гордость, оставшись здесь, был убит или вынужден был спрятаться в альфа-логово.

— На тот момент альфа-логово ещё не существовало.

— Тогда они погибли…

— Вот ты тему раскачала. Пришли, падай на траву, роща, — подытожив разговор, Максим лег спиной на траву, Вокла последовала его примеру.

Пролежав около получаса, существо и человек поднялись, отряхнулись и пошли к железнодорожной станции. Назад дорога показалась короче. Перрон был безлюден, кассы для приобретения билета на платформе не было. Существо и человек ждали прибытие электропоезда.

На перрон станции перед прибытием электрички подошла пожилая женщина, которая разговаривала сама с собой и улыбалась. Такое поведение привлекло внимание Максима. Он взял за руку Воклу и погрузился с ней в режим абсолютного нуля.

Рядом с женщиной находилось дымчатое существо, внешне напоминающее пожилого человека. Возможно, таким способом, сущность выдавала себя этой женщине за близкого ей умершего родственника, высасывая, необходимое для жизни время. Особь почувствовала присутствие воина. Дымчатое, полупрозрачное тело, переместилось на несколько метров в сторону железнодорожного полотна. В руках юноши проявился меч правосудия. Заметив меч, существо повернуло голову. Глаза призрака были словно человеческие, немного нагоняющие ужас, но больше завораживающие. Существо растеряно смотрело, не понимая, что ему дальше делать.