Женщины слегка пудрят лицо, затем стирают пудру и после этого чуть-чуть румянятся. И румяна, и пудра приходит из Китая и Торэцкой (Турции).

По всей стране летом ложатся спать в ицуцудоки (ицуцудоки — время от 8 до 10 часов вечера), а встают в муцудоки(летом время от 3 часов 30 мин. до 5 часов 30 мин. утра), зимой ложатся спать в ёцудоки (зимой время от 9 до 11 часов вечера), а встают в яцудоки (зимой время от 12 часов до 2 часов 40 мин дня); это объясняется тем, что день в это время очень короткий, а ночь очень длинная.

В Москве и Петербурге, да и не только там, а по всей стране старым русским языком не пользуются, /122/ а часто перемешивают [его] с французским и немецким языками. Этикет полностью основывается на французских правилах.

И мужчины и женщины ездят на лошадях, но женщины, садясь в седло, одну ногу сгибают и кладут поверх седла, а другую свешивают. Однако женщины низшего сословия ездят так же, как мужчины, садясь верхом.

Во время месячных женщины надевают нечто вроде фундоси[337]. Во время беременности набрюшник не носят. При родах садятся на стул, а как только плод выйдет, сейчас же укладываются [в постель] на высокую подушку. Ребенка на руки берут только когда кормят грудью. Обычно младенец лежит в подвешенном ящике, где постлан суконный тюфяк, набитый птичьим пухом. Когда ребенок плачет, [ящик] качают.

До тех пор, пока [ребенок] не начнет ползать, его всего, от плеч до ног, завертывают в ткань. Когда же младенец начинает ползать, для [него] делается рама высотой до подмышек. Сверху к ней прибивают доску с отверстием в середине. Края отверстия обиваются кожей или материей, набитой ватой, а в нижней части по четырем углам делают приспособление, чтобы [это сооружение] могло поворачиваться вправо и /123/ влево, вперед и назад, куда захочет идти ребенок, [затем] ребенка вставляют через то отверстие в раму, чтобы [он] мог стоять в раме, поддерживаемый [ею] под мышками. Когда ребенок внутри [рамы] передвигает ногами, приспособление катится, [и он] поневоле начинает ходить. Говорят, что благодаря этому [дети] очень быстро приучались ходить. Кроме того, [это приспособление] предохраняет [ребенка] от падений, когда [он] учится ходить в доме с каменным или кирпичным полом.

На детей надевают рубашку в полный рост, а на голову — шапочку из белой материи. А когда [ребенок] научится ходить, [на него] надевают штаны, в которых делается большой вырез, чтобы удобно было отправлять естественные надобности. С двенадцатилетнего возраста и мальчики, и девочки одеваются, как взрослые.

Когда муж идет вместе с женой, [они] обязательно берутся под руку; [верно], люди низшего сословия так не делают. Если идешь в чужой дом, хозяин выходит встречать [гостя]; вместе [с ним] навстречу выходит и жена. Когда гостя приглашают к столу, жена хозяина берет за руку главного гостя и ведет к столу, а второго и третьего гостей берут за руки невестка, дочь и т. д. За столом на главном месте сидит хозяйка. Войдя в дом, гость прежде всего молится будде и после этого здоровается с хозяином. Перед уходом также сначала молятся будде, а потом прощаются с хозяином. Молятся так: складывают щепоткой большой, указательный и средний пальцы и, говоря осподи помилуй, прижимают их колбу, к груди, [затем] к правому плечу и [потом] к левому. Англичане прижимают пальцы ко лбу, груди, к левому плечу, [а потом] к правому.

В России, в отличие от нашей страны и Китая, сначала называют имя, а потом фамилию. Отца Адама Лаксмана, который ныне привез потерпевших кораблекрушение, зовут Кирилл Лаксман, [а] старшего брата — Густав Лаксман. Лаксман — это фамилия, а Адам, Кирилл и Густав — имена, Лаксман из поколения в поколение не меняется. Фамилия одинакова только у родственников, а одинаковых имен очень много. Бывает и так, что у отца и сына одинаковое имя, отличают их по обращению: при обращении ко всем людям между именем и фамилией вставляется имя отца, это правило вежливости и почтения при обращении к человеку. Например, отца Адама зовут Кирилл, поэтому, обращаясь к Адаму, говорят: "Адам Кириллович Лаксман".

Особого слова, которое соответствовало бы нашему сама, доно[339] для выражения почтения при обращении к человеку [там] нет. Хотя, обращаясь к особо благородному человеку, говорят осуподзин такой-то.

Прапорщика и выше именуют по их чину. Говорят, что в письмах употребляется много различных обращений, но какие [они], точно неизвестно. При обычном обращении прибавляют лишь имя отца.

[когда обращаются] к мужчинам, к имени отца прибавляют слово "вич", а к женщинам — "уна". Сына нынешнего наследного царевича Павла зовут Александр Павлович, а дочь — /125/ Александрина Павлоуна. В этом заключается различие при обращении к мужчинам и женщинам.

Обычные мужские имена такие: Петр [пэтору], Павло [пауро], Иван, Василий [васирэй], Фёдор [хёдоро], Влас [урасу], Егор [эгоро], Степан [сутэппано], Густав [гусутау], Григорий [гиригорэ], Алексей [арэкисэй], Александр [арэкисандору], Константин [консутантин], Никита, Борисенков [борисёнко][340], Яков [якофу], Данило, Микано [михайло?], а женские: Мария, Анна, Катерина, Елена [эрэна], София [сохия], Елизавета [эрисоуэто], Александрина [арэкисандэрина]. Умерших называют только по фамилии, имена не называют.

Браки разрешаются для мужчин с 18-19 лет, для женщин — с 14 лет... Между лицами, состоящими даже в самом незначительном кровном родстве, [браки] не допускаются.