Глава 25

Гвендолин

— Так ты говоришь, до границы недалеко? — Я посмотрела на мрачное серое небо и буран перед нами.

— Недалеко. — Лаиш успел прийти в себя. Утром он приготовил блинчики с беконом, а потом по моей просьбе наколдовал теплую одежду. Мы её сменим, как только пересечем барьер и войдем в город Дис.

Не то чтобы я хотела расстаться с великолепной шубой, которую он мне подарил. Да, знаю, мех — это убийство, но Лаиш заверил меня, что шуба не сделана из животного мира смертных. Хотя понятия не имела, какое существо в аду могло обладать столь великолепным мягким мехом.

Шубка доходила до колен и была ослепительно белого цвета с серебряной окантовкой у воротника и рукавов. Я нежно погладила мех, наслаждаясь его невероятной мягкостью. Эрин (так я назвала лили-мотылька) почти сливалась с её белизной.

— Вижу, тебе, наконец-то, пришелся мой подарок по вкусу, — заметил Лаиш с легкой улыбкой, когда мы вышли из хижины.

— Он прекрасен, — призналась я, следуя за ним к Кюрексу, который заканчивал лакомиться горячим овсом от Лаиша. — Мне жаль расставаться с шубой, когда мы пересечем границу.

— Не навсегда, — заметил он, гладя лошадь по носу. — Я могу отправить её тебе на дом в царство смертных.

— И где мне её носить? — спросила я. — Я живу во Флориде, забыл? У нас только два прохладных месяца в году, в остальное время плюс тридцать градусов тепла и влажность.

— А жаль, — сказал он, проверяя подпругу — так вроде называется ремень, удерживающий седло на лошади. — Ты прекрасно выглядишь в ней.

— Любой бы пошла эта прекрасная шуба, — заверила я. — Но почему ты снова выбрал белый цвет?

— Прошу прощения? — Он приподнял бровь, помогая мне взобраться на Кюрекса, который фыркал и топтал снег.

— Почему ты выбрал белую шубу? Как и шкуру, на которой мы спали. Почему ты всегда выбираешь белый цвет? Или здесь пушистые звери исключительно альбиносы?

Он усадил меня на лошадь, поднял голову и медленно улыбнулся.

— Мне нравится контраст белого и твоей прекрасной смуглой кожи. Не могу не вспоминать, насколько красиво ты выглядела голой на белых мехах прошлой ночью.

— Лаиш… — возразила я, чувствуя, как горят щеки, несмотря на холодный ветер.

— В чем дело, mon ange? — спросил он, взобравшись позади и взяв поводья Кюрекса. — Хочешь забыть о прошлой ночи? Притвориться, что ничего не произошло?

— Я… Не знаю… — призналась я, когда Лаиш вывел большого коня на тропу, которую мог видеть только он и Кюрекс. — Думаю, что должна.

— Но нет, — интимно сказал он на ушко тихим голосом. — Ты не забудешь то удовольствие, что мы разделили той ночью. Не так ли?

— Наверно, — прошептала я. Знала, что ошиблась. Знала, что не должна думать о прошлой ночи. В конце концов, мы просто заплатили налог на грех.

«Сначала так и было, — прошептал язвительный голосок в голове. — Но в этот раз у тебя нет оправдания. Ты позволила ему прикоснуться к себе и достигла оргазма исключительно для себя, ради удовольствия».

Попыталась отбросить чувство вины. Голос тревожно напоминал бабушку, и я прекрасно знала, что она сказала бы о моем выборе прошлой ночью.

Я буду осторожна, с трудом пообещала себе. Я не зайду далеко, и точка.

Надеюсь, что смогу сдержать данное обещание.

Мы тихо ехали около часа, пока не достигли входа в длинный темный туннель. Как ни странно, он стоял сам по себе и не был высечен в склоне горы, как Ревнивое Сердце. Перед нами оказался просто большой цилиндр из какого-то сероватого материала цвета слоновой кости. Я подметила, что вход был идеально круглым, а в самом туннеле виднелись небольшие ребристые выпуклости с толстыми круглыми опорами того же цвета. Туннель мне напоминал длинные складные трубы на детских игровых площадках, которые можно купить в «Икее». Только эта труба была достаточно большой, чтобы мы могли проехать через нее на Кюрексе. Не то чтобы я сильно горела желанием.

— О нет! — Я вцепилась в гриву Кюрекса, едва завидев туннель. — Пожалуйста, скажи, что мы можем поехать в объезд.

— Увы, нам придется пройти через туннель. Другого пути нет, — спокойно сказал Лаиш.

— Но по обе стороны от него ничего нет, почему бы нам просто не обойти?

— Потому что Туннель Вздохов — единственный проход в город Дис, и именно в нем находится барьер между четвертым и пятым кругом, другого пути нет.

— Ну хотя бы скажи, что там нет паукодемонов или кого похуже.

— Тебе нечего бояться, — заверил Лаиш. — Там нет паукодемонов, только привидения.

— Что? — Я развернулась в седле, чтобы на него посмотреть. — Что ты имеешь в виду под привидениями?

Он ехидно улыбнулся, испытывая мое терпение.

— Ну, не совсем приведения, а всего лишь их голоса, — сказал он. — Некоторые слышат голоса мертвых, близких или других из прошлого, проходя через туннель. Должен предупредить тебя, Гвендолин, порой эти голоса сильно пугают.

— Не удивлена, — пробубнила я. — И ты утверждаешь, что обходного пути нет?

— Боюсь, что так.

— И внутри нет мутировавших пауков?

— Абсолютно.

— Ну тогда… — я вздохнула. — Давай поскорее пройдем через туннель.

— Как пожелаешь. И помни, что бы ни говорили тебе голоса, они не могут навредить. — Он покрепче обхватил меня за талию и пришпорил Кюрекса. — Что ж, вперед.

— Вперед, — повторила я, готовясь к худшему.

Я вцепилась в его руку, когда Кюрекс пересек почти симметричный вход в туннель. Оказавшись внутри, стук его копыт отдавался глухим эхом вместо цоканья или клацанья. Дум-дум-дум… Какой необычный звук.

Вскоре я различила и другие звуки — в туннеле завывал сквозняк, растрепав волосы вокруг лица. И он принес с собой голоса…

— Гвендолин, дитя, что ты творишь со своей жизнью? — прошептал кто-то знакомый мне на ухо. — Почему ты отдаешься демону, когда знаешь, что должна оставаться нетронутой? В невинности твоя сила… В невинности твоя защита…

— Я пытаюсь, бабуля, — прошептала я, почувствовав некомфортный жар под шубой. — Клянусь, я пытаюсь.

Затем ветер подул в другую сторону.

— Гвенди, — прошептал голос, который я не слышала уже много лет. — Гвенди, меня похитили! Он не отпускает меня! Я не хочу быть с мужчинами, которых он приводит ко мне. Если откажусь, то он убьет меня, Гвенди! Я ничего не могу поделать, Гвендолин, мне так жаль…

— Кейша! — Знала, что туннель играет со мной, но не могла не обернуться в поисках мягкого, грустного голоса. — Она здесь? Моя младшая сестра в аду?

— Они не настоящие, — прошептал Лаиш. — Всё обман, что бы ты ни услышала.

— Да, верно. — Я кивнула и попыталась сдержать наворачивающиеся слезы. Богиня, как же я скучаю по сестренке! Даже услышав её поддельный голос, мне захотелось обнять и прижать её к себе, чтобы спасти и утешить.

Ветер снова сменил направление, и я услышала глубокий мужской голос.

— Лаиш, — тихо прозвучал он. — Лаиш, брат мой, все горюют по тебе на небесах. Почему ты покинул нас? Почему отказался от всего ради гордости?

Я повернулась, чтобы посмотреть на Лаиша и понять его мысли, но он отстранился за непроницаемой маской. Я не могла сказать, тронул его голос или нет.

— Не обращай внимание, Гвендолин, — сказал он, смотря прямо вперед. — Мы почти у выхода.

Наверное, он слышал одно и то же каждый раз, когда входил в город Дис, и привык к голосам за тысячелетия жизни в аду. Я уже стала догадываться, что произошло, но не хотела допрашивать. Возможно, скоро мы поговорим об этом.

— Гвендолин, услышь меня. Пожалуйста, друг мой!

Я нахмурилась. Новый голос звучал как-то иначе, менее глухо и отстранено. Он был почти реальным, как будто кто-то шептал мне в ухо. И все же я старалась не обращать на него внимания, как и сказал Лаиш. Ничего хорошего не выйдет, если снова сорвусь на помощь. Но тихий голосок не сдавался.

— Мне так трудно докричаться до тебя, но здесь, в туннеле, это возможно, только если ты прислушаешься, — продолжал он. — Я здесь в ловушке — он похитил меня и так долго держал под замком в ужасном месте. Пожалуйста, помогите мне! Пожалуйста!

Кто бы это мог быть? Я не узнала ни один голос из прошлого, но он казался знакомым. Возможно, я однажды слышала его во сне.

— Если бы ты могла придумать заклинание… Найти способ освободить меня… Просто позволь мне сбежать из ада. Я так боюсь, что он снова поймает и вернет меня обратно! Но я не смогу это пережить. Пожалуйста!

Я не могла оставаться бесстрастной.

— Кто ты? — спросила я.

— Я… — начал голосок, но только когда мы добрались до конца туннеля. Кюрекс вышел на вымощенную дорогу, его копыта громко застучали по мостовой, и тихий голос пропал.

— С кем ты говорила? — спросил Лаиш. — Я же говорил, что все голоса — лишь плод нашего воображения.

— Да, но тот звучал по-другому, — сказала я. — Я уже слышала его, но не смогла узнать. Как странно…

— Я никого не слышал, после того, что предназначался мне, — напряженно произнес он, явно хмурясь.

— Ты ничего не слышал? Странно…

Я покачала головой, мои волосы коснулись воротника шубы. Должно быть, это движение спугнуло Эрин, моего маленького мотылька, потому что она вспорхнула с моего плеча и пролетела перед моим лицом, её маленькие крылышки бились в диком волнении.

— Прости, малышка, — сказала я, пытаясь звучать спокойно. — Не хотела потревожить тебя. Возвращайся ко мне на плечо, на нем ты в безопасности.

— Так же в безопасности, как и ты на любом круге Адского царства, — заметил Лаиш, когда мотылек неохотно вернулся на место. — В конце концов, здесь мои владения. Но Гвендолин, твой охотник неумолим. Даже здесь мы должны быть настороже.

Я задрожала, когда он упомянул порождение зла.

— Хорошо, я выполню любые указания, чтобы обезопасить себя. — В последнее время я постоянно попадала в опасные ситуации, поэтому поклялась, что последую советам Лаиша.

— До чего же хорошо, когда ты слушаешься, — сухо заметил он.

— Просто не хочу оказаться мертвой или потерять душу, прежде закрою эту чертову дверь и вернусь домой.

Мы сделали небольшую остановку, чтобы сменить одежду — в зимних вещах здесь слишком жарко. Вокруг никого не было, но я всё равно в спешке сменила шубу на более легкую одежду, которая напоминала сарафан с короткими рукавами. Он был темно-фиолетового цвета и хорошо сочетался с моей кожей.