ГЛАВА ВОСЬМИДЕСЯТАЯ

Райан

Тот момент, когда Дженис из IT отдела и разнорабочий Джефф уставились на нас, был самым ужасным и до смерти неловким. Их взгляды без остановки метались между мной и Поппи. Их глаза были огромными, как блюдца, и когда Дженис медленно опустила свой взгляд на пуговицу в своей руке, а потом обратно на Поппи, стало понятно – мы попались.

Время словно замерло, а они все оказались в какой-то сумеречной зоне без всякого намека на людей. Будто они безмолвно сидели в приемной, ничего особенного не ожидая. Райан не видел выхода из этой ситуации, серьезно, и любая мысль о последствиях заставляла скручиваться его желудок. Эта история разлетится по всему зданию, о них будут шептаться на ланчах и в лифтах. Моя репутация, как начальника и как человека, будет полностью разрушена. Я уже не говорю о совете директоров – они меня сместят, ведь служебный роман приравнивается к преступлению. Секс на работе с Поппи имеет настолько далеко идущие последствия, что я не мог поверить, что допустил подобное...

И вдруг он повернулся к Поппи, когда она разрыдалась. Громко и с надрывом. Все посмотрели на нее.

— Не могу поверить, что из-за этого Вы меня увольняете! — громко завопила она.

Райан в шоке уставился на Поппи. Что, черт возьми, происходит?

— Ничего такого в том, что я пришла сюда сделать личные фотки своей груди...

— Что? — практически закричал Райан.

Джефф и Дженис ахнули.

— Понимаете, я застала своего... Своего любимого, переписывающимся с соседкой, отсылающим все эти милые смайлики с поцелуйчиками. Я просто знала, что он готов мне изменить с ней, — сказала Поппи, а потом еще громче заплакала.

Что, черт возьми, она делает?

А потом Поппи повернулась к Дженис.

— Я в этом уверена потому, что последнее время была не в настроении. Из-за стресса, вы понимаете? Я уставала после работы, а дома надо было еще приготовить ужин для него и детей.

Он посмотрел на Дженис, она кивала каждому ее слову.

Поппи продолжила:

— И вот я подумала, что если отправлю ему фотографию... Ну, знаете, что-то дерзкое, то может быть могла бы... — она от стыда закрыла лицо руками, продолжая всхлипывать.

Черт, а она хороша, как актриса.

— Я думала, что это сможет разжечь искру, может он перестанет флиртовать с соседкой, — она немного покачнулась, словно ее настолько переполняли эмоции, что она не может стоять. А потом девушка подняла свой взгляд на Дженис, Поппи выглядела такой расстроенной и обеспокоенной. — Я просто пытаюсь сохранить свои отношения!

Дженис кивнула.

— Все хорошо, милая, у всех бывают взлеты и падения.

Райан посмотрел на Поппи. Она его спасает единственным возможным способом. Девушка многозначительно посмотрела на него, призывая подыграть ей. Это был единственный выход.

— Знаете что, сохраняйте свои отношения не в рабочее время, мисс Грэнджер, — прочистив горло, произнес он. — Это совершенно не допустимо, — добавил он.

— Ей всего лишь двадцать... Моей соседке. Вы можете поверить? Она же еще ребенок. Раньше она нянчила наших детей, когда они были маленькими, — Поппи сказала Дженис. — Нашей дочери, Скай, она кажется такой красивой. Дочка сказала, что когда вырастет... — громко протянула девушка, — когда она вырастет, то хочет быть похожей на нее.

Дженис неодобрительно покачала головой.

— Отвратительно.

О'кей, стоп! Она немного увлеклась. Райан пытался привлечь ее внимание, но Поппи казалась такой погруженной в игру, что мужчина понял – ему ее не остановить.

Джефф тоже кивнул.

— Моя жена бросила меня ради более молодого. Я знаю, каково это. Его звали Брэкстон. Что вообще за имя такое, Брэкстон?

Дженис с Поппи покачали головой. Словно какая-то группа поддержки в комнате архива. Анонимный клуб разбитых сердец. Поппи опять громко простонала.

— Я не хочу, чтобы он меня бросил, — она прижала руку к груди, словно у нее болит сердце.

Ее игра зашла слишком далеко.

Дженис поспешила к ней и обняла за плечи.

— Я уверена, что он тебя не бросит, — успокаивающе произнесла она. — Почему бы тебе не присесть? — Она отвела ее к столу, к тому, на котором они только что занимались крышесносным сексом.

Райан прочистил горло и поправил свой галстук.

— Я прошу освободить свой стол и покинуть здание, мисс Грэнджер.

Дженис неодобрительно посмотрела на него и покачала головой.

Значит, теперь он злодей?

Поппи вскочила из-за стола и уставилась на него.

— Хорошо! — прокричала она. — Отлично! Как пожелаете! — С негодованием бросив на него взгляд, она вышла из архива.

Они все последовали за ней, и когда они вышли в общий зал, взгляды всех сотрудников были приклеены к ним. Поппи на всех посмотрела, а потом драматично развернулась и уставилась на Райана. У нее теперь появилась внимательная публика. Он начал ее бояться.

— Вы слышали? — гневно кинула она. — Меня уволили. Он уволил меня! — Она указала на него пальцем. — Хорошо. Но мы встретимся в суде, — выплюнула она и отправилась мимо столов, сжимая одной рукой свою блузку, чтобы та не распахнулась.

Все уставились, переводя свои взгляды с него и обратно на нее.

«К счастью, эта сцена закончена», — так он подумал, но ошибся. Сильно ошибся.

— Но знаете, что? — Поппи остановилась и опять развернулась к нему, словно героиня спектакля, выходящая на сцену со своим главным монологом.

Внимание всех сотрудников было устремлено на нее. Они все прильнули ближе, словно следили за ужасной автокатастрофой на дороге.

— О, Боже, — про себя пробормотал девушка и закатила глаза. Хотел бы он, чтобы она сейчас остановилась. — Я знала, что у Вас аллергия на стиральный порошок, когда стирала им Вашу рубашку, — зловещим голосом прошипела она.

— Знала? — спросил он. У него скрутило желудок.

— И я все это время знала, что Вы не едите майонез, — продолжила она.

Вокруг послышались приглушенные шокированные вздохи.

— И знаете, что? — ее голос с каждой секундой становился все громче и драматичнее. — Тогда была ложная пожарная тревога. Это я ее включила потому, что больше ни секунды не могла находиться в этом здании.

Как только Райан услышал тихие аплодисменты, он сразу попытался увидеть, кто этот смельчак.

— И голубь... — продолжила она. — Я специально впустила его в зал совета директоров. И я рада, что он нагадил на столе. Надеюсь, там остались следы.

А вот теперь вздохи никто не сдерживал.

Поппи развернулась и направилась на выход. Он с облегчением вздохнул. Но потом девушка опять остановилась.

— И еще кое-что... — произнесла она.

Райан опустил голову и покачал ею.

— Что? — равнодушно спросил он. Может если он подыграет, то это быстрее закончится.

— Вы наносите слишком много одеколона после бритья.

Раздались несколько смешков, Райан попытался принюхаться к себе. Правда много?

— Да, слишком много! — Поппи развернулась, бросив через плечо, — Adios, hombre (прим. переводчика: прощай, парень), — и скрылась за углом.

Все провожали ее шокированными взглядами