Глава 71

2000, северная Флорида, За три дня до казни Гризза После прогулки по тюремному двору они вернулись в комнату, которая возможно прослушивалась. На случай, если это так Гризз объяснил, о чем нужно говорить. Он полагал, что они с Томми тоже должны дать какую-то информацию NNG.

— Почему ты вообще стал возиться со мной? — спросил Томми, когда они вошли в комнату. — Почему забрал меня от Карен той ночью? Почему в течение многих лет позволял думать, что я брат Блу? Я бы все еще не знал, что Кэнди моя мать. Я провел небольшое расследование после суда над тобой. Ведь она моя мать?

— Да, Кэнди твоя мать, Грант. Она забеременела и бросила тебя на мать и сестру.

— Это я знаю. Но как ты узнал обо мне?

— Когда тебе было лет семь Карен принесла фотографию в «Красный краб».

Школьное фото. Ты, должно быть, воспитывался в приемной семье, когда был сделан снимок, потому что выглядел хорошо. Был ухоженным.

— Да, возможно. Я мотался из одной приемной семьи в другую. Одни хорошие, другие не очень, но меня кормили.

— Так или иначе, она настаивала, что ты от меня. Карен сказала, что мать сбежала, а у нее нет денег, чтобы заботиться о тебе. Кэнди ушла еще раньше. Карен заявила, что, если я не дам денег, она соберет шмотки. И однажды ты вернешься из школы, а ее нет.

— Ты дал ей денег на основании фото? Если моя мать была проституткой, я мог оказаться чьим угодно ребенком.

— Верно. Но кое-что заставило меня поверить. Во-первых, я посчитал, что ты похож на меня в этом возрасте. Во-вторых, об этом говорила дата твоего рождения.

Зачатие совпадало со временем, когда Кэнди ушла с улицы и осталась в квартире над гаражом. Рэд пытался отучить ее от наркотиков. И сбросил ее на меня и Энтони. Сделал ее заключенной. Мы должны были меняться, не выпуская ее из поля зрения. Когда мы отсутствовали, Рэд оставался с ней. Она определенно не встречалась ни с кем. Аксель несколько месяцев находился в колонии для несовершеннолетних, так что его не было рядом. В любом случае, он не спал бы с ней, — Гризз понимающе ухмыльнулся. — Но мы с Энтони спали с ней каждый раз, когда представлялась возможность. Она соглашалась.

Пыталась таким образом убедить нас позволить ей вернуться на улицу. Мы были молодыми и озабоченными маленькими засранцами. Рэд позволил ей уйти, думая, что она чиста. — Он пожал плечами. — Я никогда больше не видел ее. Только той ночью, когда она приехала в поисках тебя в мотель.

Томми просто смотрел. И ничего не говорил.

— Ты, черт возьми, уж точно не наполовину индеец, — выпалил Гризз. Затем покачал головой и добавил: — Черт, возможно, ты не мой ребенок. Может, я ошибался все эти годы.

Томми нахмурился.

— Ты не ошибался, — тихо сказал он. — Раньше я думал, что, возможно, ты, а не Блу, мой старший брат. Но я не подозревал, что ты мой отец, пока на суде не услышал показания о Кэнди. Тогда я начал копать дальше, но ничего не добился. Потребовалось время, чтобы убедиться. Только около года назад, когда нашли Мо, я подумал, что можно сделать несколько тестов, — он сделал паузу. — У нас с Мими одинаковые ДНК.

Гризз просто кивнул. Показалось, что Томми увидел мелькнувшую на его лице вспышку удовлетворения.

— Тогда почему ты убил ее, когда она пришла в мотель той ночью? — Продолжал Томми. — Все, что нужно было сделать, это приказать, чтобы она солгала. Сказала бы, что кто-то другой мой отец, а Блу — ее брат или что-то в этом роде. Почему ты убил ее?

— Не хотел, чтобы она ворошила дерьмо. И чтобы кто-то знал, что ты мой сын.

Томми рассмеялся.

— Да ладно. Кому какое дело, твой я ребенок или нет?

Гризз серьезно посмотрел на него.

— У меня были веские основания убить ее. Ты не знаешь, сколько врагов я приобрел за все эти годы, они не стали бы думать дважды, начиная охоту на тебя, чтобы добраться до меня. Я спасал твою жизнь, когда убил ее.

— Да, без сомнений.

Теперь он подыгрывал, как и велел ему Гризз. На случай, если они подслушивают.

Мужчина во время прогулки объяснил, что протрезвев, Кэнди начала копаться в смерти отца. Она вспомнила некоторые слова Рэда. Они пронюхали об этом, сказав Гриззу, что, если она когда-нибудь появится, ее нужно устранить. Немедленно. Она представляла угрозу. Гризз выполнял приказ. Он был честен с Томми, признавшись, что, убивая ее, не чувствовал угрызений совести. Это просто часть работы.

Сейчас в комнате Гризз хлопнул рукой по столу.

— Черт возьми, Грант, послушай. Я знаю, что ты долгое время ждал, чтобы быть с Кит. Ты хочешь это разрушить? Ты хочешь разворошить все мерзкое дерьмо, в которое я раньше был вовлечен? Блу помешает Лесли написать в ее гребаной статье, что ты мой сын, — он провел рукой по волосам и пробормотал: — Я все еще не могу поверить, что позволил тебе уговорить меня на это. Блядь! Ты сказал, что Кит говорила о том, что необходимо поставить точку, и я хотел, чтобы у нее было это. Я знал, что глупая сука не работает на серьезный журнал, как утверждает. Я полагал, что все просто сойдет на нет. Я практически ничего не делал, пока Кит не позвонила мне.

Это последнее заявление привлекло внимание Томми. Он отошел от сценария.

— Джинни звонила тебе?

— Да, я уже поговорил с тобой, и все еще размышлял над этим, когда получил известие от нее. Я едва не уронил гребаный телефон, когда услышал ее голос. Она сказала, что действительно нуждается в этом интервью. Чувствует, что не полностью исцелилась от всех этих лет в банде, от того, что видела и знала, что они делали. Это важно для нее, но репортеру нужно больше. Необходимо поговорить и со мной тоже, чтобы увидеть, что в интервью она говорит правду. Кит сухо сказала, что я должен ей.

— Гризз, Джинни не звонила тебе.

— Не говори, что она мне не звонила, — прорычал он. — Я, блядь, говорил с ней.

— Когда до этого ты в последний раз разговаривал с Джинни?

— Она позвонила, чтобы сказать, что вы назвали сына в честь меня. Когда он родился? Десять лет назад? Мы тогда говорили меньше минуты.

Томми покачал головой.

— Не могу поверить. Не могу, блядь, в это поверить.

— Во что ты не можешь поверить?

— Это не твоя вина. Я тоже их путаю по телефону.

— О чем, черт возьми, ты говоришь?

— Это была Мими, — сказал Томми. — Тебя обманула Мими.

Гризз откинулся назад и тяжело посмотрел на него.

— Ты, блядь, издеваешься надо мной? Откуда ты это знаешь? Зачем ей это делать?

— Я не уверен, но узнаю. Она обрабатывала и Джинни. После того, как появилась Лесли, Мими очень заинтересовалась. Сказала матери, что, возможно, это помогло бы ей забыть все. Дать интервью как способ закрыть дверь в прошлое, ее жизнь в банде. Мими отдалилась от нас в последние несколько лет. Типичные подростковые проблемы я полагаю, но знаю, Джинни рассматривала статью как способ сблизиться снова.

Гризз стал очень серьезным.

— Мне это не нравится. Мне это совершенно не нравится. Ты выяснишь, что это за херня и исправишь все. Я доверил тебе своего ребенка. Держался в стороне в течение пятнадцати лет, полагая, что у тебя все под контролем. И теперь ты говоришь, что Лесли получила интервью со мной и Кит, благодаря Мими? Мое время почти истекло. Ты исправишь это, Грант. Ты слышишь меня?

— Да, я слышу тебя. Может и ничего страшного, но я уверен, что докопаюсь до причины.

Единственное, что Гризз не рассказал Томми, это то, что когда родился Джейсон, он прекратил вести наблюдение за Мими. У него была возможность по фото наблюдать как она взрослеет, но он остановился, когда Кит продолжила жить своей жизнью и родила еще одного ребенка. Боль была невыносимой.

— Хорошо. И ты должен обещать мне кое-что еще, — теперь Гризз возвращался к сценарию, который они обсудили во дворе. — Ты просил меня поверить, что это не ты меня подставил. Я поверил. Ты просил меня понять обман, когда в молодости ты хотел быть с Кит. Я понял. Прощаю тебе это. Но говорю, что иду на смерть, давая тебе свободу двигаться дальше с женщиной, которую я люблю. Единственной женщиной, которую я когда-либо любил. Теперь ты должен обещать мне кое-что. Просто позаботься о ней и моей дочери, — он сделал паузу, внимательно глядя на Томми, — и о моем внуке.

Позаботься обо всех них. Ты сможешь сделать это?

— Да, Гризз. Я смогу сделать это.

— И еще одно, — добавил он быстро. — Скажи Кит, Джинни, что я сожалею.

Хорошо? Скажи ей, что я сожалею о многом, но не о том, что любил ее. Я никогда не пожалею об этом. И она не ответственна за то, что я оказался здесь. Она, вероятно, думает, что это из-за Джен, нашедшей ее кошелек, но это не так. Я здесь из-за того, что сделал. Не из-за нее.

Сейчас в их постели Джинни глубоко вздохнула. Томми тряхнул головой, избавляясь от воспоминаний, и притянул ее ближе. Ее аромат опьянял. Он держал жену в объятьях, вдыхая и вспоминая, как полюбил ее с самого первого взгляда. Вплоть до недавнего времени она думала, что это произошло, когда ее привезли в мотель. Затем, когда он рассказал, что приезжал с Гриззом несколько раз проверять ее, она подумала, что это случилось, когда она вылила лимонад на голову Кертиса Армстронга. Он улыбнулся воспоминаниям.

Он осторожно выпустил ее из рук и тихо спустился в свой кабинет. Щелкнул выключателем и подошел к столу. Он выдвинул ящик и открыл потайное отделение.

Затем очень тихо достал маленькую коробку.

Та самая коробка, которая лежала в комоде в ночь, когда Гризз пришел за ним. Та самая коробка, которую он хранил на протяжении прошедших тридцати двух лет.

*** — Эй, новенький? Правда, что у тебя нет настоящих родителей? И тебя дали взаймы какой-то семье лузеров, которая побрила тебя налысо, потому что было полно вшей?

Послышался смех. Томми просто смотрел в книгу из библиотеки, делая вид, что не слышит. Шел тысяча девятьсот шестьдесят седьмой год. Ему было восемь.

— Наверное, у него и в ушах жучки, и он нас не слышит, — подхватил другой.

Томми продолжил читать книгу и не стал смотреть. Во время утренней перемены он сидел на земле, прислонившись спиной к дереву. В этой школе он сегодня первый день. Он не думал, что его приемные родители лузеры. Они хорошие люди, и он не винил их за бритье головы. На самом деле он испытывал облегчение.