Глава 56

2000 Джинни бросала косые взгляды на мужа, когда он вез ее на ужин.

— Так почему я никогда не слышала о нем и не встречала твоего так называемого «хорошего друга»? — наконец спросила она надменно.

Джинни отказывалась позволять себе сожалеть из-за комментария, который она бросила об Аллене.

Не глядя на нее, Томми пробормотал: — Из-за ВИЧ, ослабившего иммунную систему, он умер от пневмонии.

Джинни мгновенно устыдилась и уткнулась взглядом в свои колени.

— Я... я сожалею, Томми. Я не знала, и ты никогда не упоминал о нем, — теперь она посмотрела на мужа. — Но почему, Томми? Почему не рассказывал, что у тебя был близкий друг, который умер? Ты должен был скорбеть. Как возможно, что ты никогда о нем не говорил?

— Я не знаю, Джин. Наверное, не хотел, чтобы наше время, наша новая жизнь были омрачены печалью, смертью и потерей. Этого было слишком много в первой части моей жизни, — он пожал плечами. — Я пережил это.

Ее разум все еще пытался переварить истории, которые она услышала еще в шестьдесят девятом году. Томми казался удивительно спокойным для человека, который долгое время хранил страшные тайны. У Джинни были свои причины для расстройства, но Томми жил с этим изо дня в день. Он знал о реальном детстве Гризза. Знал о том, что тот на самом деле сделал с Дэррилом и Уиллоу. Даже частично был свидетелем. Он, в конечном счете, узнал, что Гризз убил его мать, Кэнди. И... Джинни не могла забыть, что он даже играл роль гомосексуалиста лишь бы быть с нею, затем из-за этого спектакля пережил избиение, после которого провалялся в больнице в течение многих недель. И теперь он говорит, что потерял близкого друга, не сказав ей об этом.

Она решила, что Томми или самый заботливый и щедрый человек в мире, или холодный, как камень сумасшедший.

Джинни вздрогнула и посмотрела в окно. Муж оказался прав, сказав, что она в течение многих лет прятала голову в песок. Это был ее защитный механизм. Она играла роль наивной жены для двух мужчин. Она не глупа. И сейчас злилась за то, что позволила себе верить, что была такой. Джинни никогда не рассматривала это как избегание правды.

Она действительно была из тех, у кого «стакан наполовину полон». Сколько себя помнила, она пыталась оставаться уверенной и оптимистичной независимо от того, что приготовила ей судьба.

Однако теперь она осознала, что всю жизнь только и занималась тем, что пыталась справиться с неурядицами, которые все время судьба подкидывала ей.

Джинни стала жертвой похищения и даже не пыталась сбежать, убедив себя, что защищает Винса и Делию. Конечно, она могла с гордостью сказать, что справляется с любыми трудностями, брошенными в нее судьбой, но тайком ругала себя, не раз подумывая о том, чтобы бросить что-нибудь взамен.

Они молчали, двигаясь в плотном потоке машин. Джинни задавалась вопросом, о чем думает Томми. Вспоминает своего друга Аллена? Или думает о том, что собирается заказать на ужин? Думает ли, что их брак разрушен? Вот какие вопросы возникали у нее.

Сколько в личности Томми на самом деле от Гризза? Джинни моргнула. Ее нынешний муж приходится сыном ее первого мужа. С какой стороны ни посмотри, звучит странно. Но есть ли что-нибудь в нем, что хотя бы отдаленно намекало на это?

Женщина позволила себе вернуться назад к тому времени, когда была замужем за Гриззом, но иногда проводила время с Грантом. Они ездили куда-то, она не могла вспомнить, куда, но то, что случилось потом, помнила, будто это произошло вчера.

— Гризз сказал, что встретит нас в «Разоре», — сказал Грант ей в машине.

— «Разор»? — Кит наморщила нос. — Разве мы не можем встретиться с ним в другом месте? Я ненавижу ходить в его бары. Все женщины топлесс, и мне становится неловко. Не говоря уже о клиентах. Все они — преступники.

— У Гризза там дела, Кит, и ему легче встретиться с нами там. У меня нет времени, чтобы отвезти тебя домой. Кроме того, еще рано, поэтому не думаю, что там будет много народа. Плюс, Вандерлайн наверняка работает.

Кит улыбнулась. Ей нравилась Вандерлайн. Она была одной из немногих женщин, работавших на Гризза, которыми на самом деле восхищалась Кит. Того же возраста, что и Кит и работает топлесс в баре только ради того, чтобы заработать на колледж. Она сразу предупреждала клиентов, что не проститутка и не будет подавать ничего из того, чего нет в меню. У нее было жесткое, сугубо деловое отношение, и клиенты любили ее.

Они подошли к «Разору», и Кит с радостью убедилась, что на парковке всего несколько байков. Грант был прав. Народу действительно мало. Она не увидела ни машины Гризза, ни одного из его байков. Возможно, припарковался с другой стороны.

Она не была уверена, на чем, но надеялась, что он скоро доберется. Хотелось бы надеяться, что Гризз на автомобиле. У нее нет с собой шлема.

После того, как глаза привыкли к полумраку внутри, они нашли место рядом с музыкальным автоматом. На другой стороне бара несколько парней играли в бильярд.

Вандерлайн, с пышной грудью и обнаженная до талии, направилась к ним.

Кит и Грант стояли, когда она приблизилась.

— Привет, вы двое, давно не виделись, — сказала Вэндерлайн, обнимая их. Она улыбнулась, заметив, что Кит покраснела.

— Привет, Ви. Мы просто ждем Гризза, — сказал ей Грант. — Он сказал, что у него тут дела и нам легче встретиться здесь, чтобы он забрал Кит.

— Да, он звонил за несколько минут до вашего появления. Сказал, опоздает, но у него что-то в офисе, и он хочет, чтобы ты взглянул на это. Вы голодны? Я знаю, что рановато, но, уверена, мы сможем организовать ланч, если вы хотите.

— Я не голоден, но возьму чай со льдом, — сказал Грант, затем повернулся к Кит и указал на офис. — Я скоро вернусь. Гризз хочет, чтобы я увидел это, позволь мне пойти взглянуть.

Кит сказала Вандерлайн: — Мне тоже чай со льдом, и...

— Много льда и лимона. Я помню, — девушка тепло улыбнулась Кит, прежде чем направиться к бару.

Наблюдая за тем, как официантка идет к бару, она вспомнила, когда увидела Вандерлайн в первый раз. Гризз привез Кит к «Разору», чтобы взять что-то. Она сидела в углу и наблюдала за официантками в действии. Вандерлайн привлекла внимание Кит, потому что была единственной темнокожей девочкой. Позже она спросила Гризза о ней.

Он рассказал, что Вандерлайн, которую постоянные клиенты звали мисс Ви, одного возраста с Кит. У нее красивая экзотическая внешность и тело, от которого мужчины, казалось, не могут отвести взгляд. С очень большой, полной грудью и соответствующей задницей, она имеет татуировки на обоих запястьях и одну маленькую чуть выше левой груди. Вандерлайн мулатка. Когда спрашивали, она гордо заявляла, что у нее были темнокожий отец и мать-испанка. Она потеряла обоих родителей, будучи очень молодой.

Мать умерла от рака. А отец, который никогда в жизни не употреблял наркотиков, от горя обратился к ним. Он умер от передозировки спустя шесть месяцев. Вандерлайн передавали от родственника к родственнику, пока она в шестнадцать лет, наконец, не отправилась на вольные хлеба.

После того, как Гризз сказал, что девушка работает, чтобы поступить в колледж, и отказывается зарабатывать деньги проституцией, Кит настояла на знакомстве. Они нашли общий язык, и Вандерлайн произвела на Кит такое сильное впечатление, что та стала просить Гризза о повышении девочке жалованья.

— Она приводит много постоянных клиентов. Если я дам ей повышение, то она окончит школу и уйдет оттуда, — сказал Гризз после того, как она упомянула об этом в первый раз.

Кит уставилась на него.

— Ты просто спросил меня, что я хочу на Рождество. Я хочу, чтобы Вандерлайн зарабатывала больше денег. Гораздо больше денег.

— Котенок, ты убиваешь меня.

Однако Кит знала, что Вандерлайн получила повышение зарплаты, и вскоре сможет уйти из «Разора».

Пока искала мелочь в сумочке, Кит улыбнулась воспоминаниям. Что недавно сказал Грант? Вандерлайн окончит школу через несколько месяцев. Кит подошла к музыкальному автомату. Она изучала выбор музыки, когда дверь открылась.

Оглянувшись, посмотреть Гризз ли это, увидела двоих мужчин. Девушка вернулась к просматриванию подборки музыкального автомата. Хм, нет ни «Boston»,ни «ELO». Нужно сказать об этом мужу.

Она слышала, как новые клиенты устроились за столиком рядом с ней. Кит вставила монету и сделала выбор. Ничего. Сломался? Она услышала, что Вандерлайн поставила два напитка на стол позади нее и обратилась к мужчинам.

— Что я могу предложить вам, парни? — спросила она.

— Что у тебя есть выпить?

— К черту это, — сказал другой парень. — Я хочу немного коричневого сахара, дорогуша. Слышал, в этом баре есть хорошие кусочки. Не знал, что у них есть шоколадная версия.

Кит все слышала, но не обернулась. Она вздрогнула, но расслабилась, когда прозвучал ответ официантки.

— Единственным коричневым, что ты можешь получить, будет мой кулак в твою глотку, если не уберешь руку от моей задницы прямо сейчас.

— Тихо-тихо, это ничего не значило! Прости!

— Так что я могу принести вам? — Вандерлайн и раньше приходилось общаться с такими придурками. Ее это не беспокоило вообще.

— Что бы ты ни принесла, будет прекрасно.

Кит слышала, что девушка отошла и краем глаза увидела, как та подошла к барной стойке.

— Так-так-так, что у нас здесь? — спросил один из парней. — Эй, сладенькая.

Почему ты носишь рубашку? Слишком хороша, чтобы показать нам свои сиськи?

Кит напряглась. Он обращается к ней? Она обернулась и встретила пристальный взгляд. Мужчины, похоже, байкеры. Тот, что повыше, улыбнулся ей, показав, что у него не хватает двух передних зубов. Привык драться. У второго, что поменьше, сигарета свисала изо рта, сальные волосы собраны в конский хвост, а бейсболка была так грязна, что Кит даже не могла разобрать эмблему.

Она проигнорировала их и вернула внимание упрямому музыкальному автомату, нажав K13. «Hash» «Deep Purple». Ничего.