– Рады приветствовать вас, дети, – заговорил жрец в красном. – Прошу, войдите под своды храма и вознесите ваши мольбы к богам.

Кислая физиономия Лира меня смешила. Мальчик попытался отстать от родителей и идти с нами, но Изалия шикнула на него, и Лир посеменил рядом с матерью. Внутри храма было темно и прохладно. Тусклые свечи слабо озаряли пространство. Я видела только большой алтарь, застеленный тканью трех цветов, и ряды скамеек вдоль стен. Их величества заняли одну из скамей. Мы с Кианом сели рядом с ними, и жрецы вдруг разом запели. Я даже вздрогнула. Мрачно. Слишком мрачно. Хотелось бежать как можно дальше. А со стен смотрели чужие боги. Готова поклясться, что с осуждением.

Я отодвинулась от Киана. Надо срочно подышать воздухом. Голова шла кругом.

– Пойдем со мной, дочь моя, – возникла рядом женская фигура.

Я взглянула на Киана, он кивнул. Другая жрица увела Изалию. Мы миновали длинный коридор и очутились в большой светлой комнате. Наконец-то свет! После темных сводов храма он казался ослепительным.

– Вот, выпей, – жрица протянула мне чашку с водой.

Я залпом выпила воду. Стало немного легче, только голова стала кружиться сильнее. Захотелось спать. Ничего ведь не будет, если я немного полежу? Отыскала взглядом скамейку, присела. Попыталась открыть глаза – не получилось. Раздался заунывный голос жрицы, и по руке заструилось что-то теплое. Часть ритуала? Голос разума кричал, что нет. Но я не могла сопротивляться. Отдохнуть. Совсем немного. Пару минут…

Мамочки! Вот это поспала! Надо же, как утомила меня дорога, если я отключилась в храме. Оставалось надеяться, что никому не доставила неудобств. А то будет очень стыдно перед Кианом, а особенно – перед его родителями. Я приподняла голову – и сердце замерло от ужаса. Это был не храм. А если и он, то точно какой- то подвал. Я лежала в центре начерченного круга. По сторонам горели свечи. Ноги и руки были прикованы к крюкам в полу. Надо мной стояли фигуры в темных балахонах. Одна из них читала заунывное заклинание, повторяя одну и ту же фразу.

Что происходит? Где я? Кто эти люди? Кажется, я кричала, но не слышала собственного крика. Зажмурилась, чтобы не видеть происходящего. Нет, не хочу! Не хочу так умирать! Впервые с попадания в новый мир мне было так страшно.

И вдруг легкий порыв ветра коснулся щеки. Сквозняк? Дверь не закрыли? Открыла глаза – и увидела над собой высокое звездное небо. Не поняла. Как? Где я вообще нахожусь?

– Ищите, где хотите! – послышался чей-то крик. – Она не должна уйти живой!

Тело среагировало раньше, чем голова. Я подскочила на ноги и помчалась прочь. Потом разберусь, что это за город, и какого черта меня сюда занесло. Сейчас – бежать. Так быстро и далеко, как только смогу. Главное – надо двигаться в сторону, противоположную голосам.

Но чем больше я удалялась от них, тем яснее понимала – мне знакомо это место. Голова всё еще отказывалась работать, зато ноги находили путь. Я свернула за угол – и чуть не оглохла от рева автомобилей. Дома! Я дома! Это мой город! И, судя по одежде, тело тоже мое. Узнала старые джинсы, которые спрятала с глаз подальше. И курточку, купленную во время сезонных скидок. Земля! Родная!

Автобусная остановка! Запрыгнула в автобус и обернулась. Мои преследователи как раз показались из проулка между гаражами. Три лба в кожаных куртках. Как в старых боевиках. Они оглядывались по сторонам. Упустили! Знай наших!

От пережитого ужаса начинало трясти, но я запрещала себе поддаваться панике. Ничего, справлюсь. Обязательно справлюсь, иначе и быть не может. Сейчас вернусь домой… Домой… По щекам покатились слёзы.

– Девушка, вам плохо? – склонилась надо мной кондуктор.

– Да. То есть, нет. Сейчас, – порылась по карманам и нашла завалявшуюся мелочь.

– Вот, за проезд.

Женщина забрала деньги и вернулась на место, но то и дело поглядывала на меня. А я не знала, то ли плакать, то ли смеяться. А, может, то и другое одновременно? Не знаю, как, но я снова на Земле. Так и не нашла Макса. И Киан…

Взглянула на руку. Надо же! Брачная печать на месте! Неужели Киан говорил правду, и мы связаны даже в других мирах? Ох, Кианэл! Нет, не верю, что мы больше не увидимся.

Автобус остановился, и я вышла на знакомую остановку. Отсюда до дома – всего пару шагов. Надо только пройти через дворик. А если… Если меня там ждут? У похитителей мог быть автомобиль. Они могут дежурить у дома.

– Анечка!

– Тетя Маша! – обернулась я на голос.

– Ой! – соседка прижала ладони к щекам. – Аня, случилось что? Напали? Ограбили? Что, моя девочка?

– Нет, нет, всё в порядке, – затараторила я, выдумывая хоть немного правдоподобную версию. – Возвращалась домой, а тут какие-то отморозки. Я бежать. Слава богу, не догнали.

– Ужас какой, – запричитала тетя Маша. – Сколько детям говорю – без меня со двора ни ногой! Идем, я провожу тебя, солнышко. Может, ко мне? Валерьянки накапаю.

– Нет, я домой, – покачала головой. – Только ключи, кажется, выронила. Возьму у вас запасные.

Мне померещилось, или в кустах мелькнула тень? Как бы там ни было, но при постороннем человеке нападать не решились. А, может, мне просто показалось, и никого не было. Мы с тетей Машей вошли в подъезд. Я забрала у неё ключи, и соседка стояла со мной на лестничной площадке, пока открывала дверь.

– Спасибо, – сказала ей.

– Если что, приходи. Переночуешь у нас, – ответила тетя Маша.

– Нет, я домой.

Больше всего на свете хотела очутиться в своей квартире! Переступила порог, тщательно заперла дверь – и съехала вниз по стенке, потому что ноги отказывались держать. Слезы катились градом. Моя квартирка. Коврик в прихожей, туфли в обувном шкафу. Ветровка Макса на вешалке. И моя вторая куртка. Как я сюда хотела! И как хотела отсюда, в объятия того, кого теперь никогда не увижу.

– Риания! Ты вернулась! – выскочил в коридор Макс.

– Максим? – удивленно спросила я, не веря своим глазам.

– Ты не Риания, – лицо брата исказилось так, что я его почти не узнавала.

– А ты, я так понимаю, не Максим, – поднялась на ноги. Не хватало еще реветь перед незнакомым парнем, который невесть как оказался в моей квартире в теле Макса. – Кто ты такой?

– Риа! – а вот Диму я узнала сразу. Весь взъерошенный, какой-то помятый. И усталый, словно весь день по городу пробегал.

– Нет, я Аня, – ответила ему. – А вот что вы двое делаете в моей квартире, причем один из вас – в теле брата, еще надо выяснить.

Парни смотрели на меня и молчали. Я повесила куртку на крючок, разулась и пошла в свою комнату. И так знала, что они последуют за мной. За спиной послышались шаги. А я не хотела оборачиваться. Не хотела видеть Диму, который отправил меня в Санарию, пусть и благодаря моей глупости. И этого парня, который расхаживает в теле брата, пока Макс где-то там, в другом мире. Позвонить бы маме, вот только говорить спокойно не смогу, начну плакать. Нельзя её тревожить. Не сейчас. Потом, когда успокоюсь.

– Аня, как у тебя получилось вернуться? – Дима первым рискнул подойти ближе.

– Понятия не имею, – ответила я, роясь в шкафу в поисках домашней одежды. И куда Риания всё подевала? – Кто-то вернул. Провел обратный ритуал.

– Но мы его тоже проводили, и ничего. А потом Рианию похитили, и появилась ты.

Дима выглядел растерянным. Он не знал, что говорить или делать. Я тоже не знала, но хотела, чтобы меня оставили в покое. Хотя бы на минуту. Пока не уляжется пережитый ужас, и я не смогу рассуждать здраво.

– Ты можешь толком объяснить, что произошло? – голос брата, но с совершенно чужими интонациями. Таким тоном можно командовать армией, но не разговаривать с сестрой.

Бросила попытки отыскать любимую футболку и обернулась к Максу.

– Кто ты такой? – спросила прямо.

– Ань, это Фирел, брат Риании, – вместо него ответил Дима. – Мы столкнулись около недели назад. Он сбежал от тех людей, которые перемещают души между мирами.