От внимания Джонни эта заминка не ускользнула.

– Что?

– Ничего, – мне совсем не хотелось думать о том, сколько шикарных красоток с плоскими животами, маленькими задницами, но пышной грудью прошло через постель Джонни. Лучше не рассказывать ему об этой мысли.

Его руки застыли, джинсы сползли ниже бёдер.

– Эмм, поговори со мной.

Я снова провела руками по своему обнажённому телу.

– Продолжай.

Он стянул джинсы. Я хотела, чтобы он навалился и овладел мною, или ласкал меня между ног, или наоборот, я его. Вместо этого Джонни вытянулся рядом со мной, упираясь членом мне в бедро. Он положил руку мне на живот, но довольно далеко от клитора, и посмотрел мне в глаза.

– Тебе говорили, какая ты сногсшибательная? – тихо поинтересовался Джонни.

Мне хотелось ему намекнуть, что мужчина, который слишком высоко задирает нос и не имеет понятия о жизни, таких вопросов не задаёт. Но, может быть, за прошедшие годы он изменился и повзрослел. Такое происходило с каждым. Со мной, вероятно, тоже.

– Радует, что ты это заметил, – я чуть повернула голову, чтобы видеть его лицо. – Тебе тоже в великолепии не откажешь.

Рука Джонни скользнула немного ниже, погладила по краю аккуратно постриженного лобка, но не двигалась туда, где я мечтала почувствовать его прикосновения.

– Это правда, Эмм. И речь не только о твоём лице или теле. Я не хочу, чтобы ты думала, что дело только в них.

– Даже так? – я наморщила лоб. – Ты хочешь сказать, что речь идёт о внутренней красоте? Примерно то же самое, если бы ты сказал, что я – редкая индивидуальность.

Он издал приглушённый смешок и поцеловал меня, медленными, поглаживающими движениями провёл по животу, подразнивая, приближался к клитору.

– Это означает, что я трахаюсь с тобой не только из-за классных сисек или потому что у тебя потрясная задница.

Я засмеялась. Ну, не могла я по-другому. Мне бы понервничать или даже оскорбиться. Другие женщины так бы себя и повели, выскажи им такое, что услышала я в данный момент.

– Да, ну и что тогда?

Джонни улыбнулся. Его рука, наконец-то, скользнула глубже и нашла ту сладкую точку, которая так тосковала по его прикосновениям.

– Тебе нужен список?

– Да, – выдохнула я. – Хорошая идея.

Его палец двигался в правильном ритме и темпе. Мы вместе не так уж давно, но он уже хорошо изучил моё тело. Знал, когда надо попробовать нажим, а когда сделать паузу. Где у меня эрогенные зоны и как их возбуждать.

Я закрыла глаза и поплыла под звуки его голоса и сладкими нажатиями кончиков пальцев на мою кожу.

Руками он очень медленно доводил меня до оргазма. Подгонял голосом. Я слушала его и забывала обо всём на свете.

Джонни говорил очень тихо, не так, чтобы меня развлекать, но достаточно громко, чтобы усилить моё возбуждение.

– Тебя не останавливают препятствия, если ты что-то хочешь сделать. Ты, в некотором смысле, упрямая, и меня это восхищает, Эмм. Ты добрая в отношении своих друзей. Семьи. Мне импонирует, что ты до сих пор любишь родителей.

Я, запыхавшись, рассмеялась.

– Только, давай, сейчас не будем о моих родителях.

Джонни сдавленно хмыкнул, его палец замедлил темп, потом ускорил. Он сводил меня с ума.

– Мне нравится, мне нравится твоя причёска.

– Хорошо.

– Мне нравится, как кривится твой рот, когда ты усиленно о чём-то думаешь, но не знаешь, что нужно сказать.

Я вздохнула и немного изогнула спину.

– Мне нравится, как ты однажды плакала в моём кабинете, потому что думала, что произошло что-то постыдное.

Я уже так приблизилась к оргазму, что не могла больше сдерживаться.

– О, как сексуально! Раз мы откровенно говорим о сексе…

Даже если бы мы в этот момент разговаривали о динамике цен на рынке чая Китая, кульминация всё равно бы наступила. Но Джонни ничего не произнёс, а просто нагнулся и поцеловал меня.

В унисон с движением пальца он посасывал мой язык, эти ощущения медленно сводили меня с ума. Я хотела поднять бёдра выше, чтобы направить его палец к моему клитору, но сдержалась.

– Я обожаю, как твердеют твои соски, когда ты перед душем стаскиваешь футболку через голову. Ну, как?

– Намного лучше…

– Я тащусь от твоего вкуса, когда ощущаю его на своём языке. Когда я об этом думаю, мой член твердеет так, что боюсь, он взорвётся.

Я бормотала его имя. Не могла двигаться, не могла говорить. Могла лишь слушать. И чувствовать.

– В первый раз, когда я увидел тебя в кофейне, – шептал Джонни мне на ухо, а рука его в это время приближала меня к экстазу, – я уже знал тебя, Эммелин. Я проглотил язык и собирался пройти мимо, потому что не мог тебе сказать, что знал тебя уже тогда. Я знал, что произойдёт дальше. Здесь. Вместе. У меня не было выбора, и это меня чертовски раздражало.

Я разлепила глаза, казалось, моё тело вот-вот взорвётся.

– Это… правда?

Палец Джонни скользнул глубоко во влагалище, он двигался медленно, точно так, как до этого гладил. Эти невероятные ощущения меня сдерживали и одновременно возбуждали.

– Да. Это так. Почему ты считаешь, что я в отличие от тебя большой мудак?

Я задыхалась и надеялась, что вот-вот наступит оргазм. Но он не наступал.

– О, детка, ты чертовски страстно выглядишь, так сексуально…

Я любила эти слова. Так же как любила и его. Любила в нём всё, даже тот факт, что в первую нашу встречу мы действовали друг другу на нервы, хотя не произнесли ни слова.

– Ты такая горячая, такая мокрая. Я чувствую, ты уже готова. Я хочу видеть твой оргазм, Эмм.

– Да.

Он покусывал меня за ухо, пощипывал нежную кожу шеи и оглядывал вожделенным взглядом. Сейчас не время для разговоров, по крайней мере, для меня. Я в экстазе двигалась под его прикосновениями. Меня накрывала волна. Ничто не могло меня удержать, но ничего меня и не удерживало.

– Когда я тебя там увидел, у меня было ощущение, будто я перевернулся в грузовике на огромной скорости, – шептал Джонни. – Я прошёл мимо тебя так, будто ты – пустое место, но думал только о тебе, что даже запутался в собственных ногах. Ты была такой в тот день, когда я увидел тебя в первый раз. И так посмотрела на меня.

Каким-то образом у меня нашлись слова и дыхание, чтобы их произнести. Каким-то образом прорезался и голос.

– Я на тебя смотрела. Я тебя не знала, но чувствовала… я чувствовала… О, Боже, Джонни продолжай, быстрее.

Многого не требовалось. Лишь совсем чуть-чуть. Я одновременно падала и парила.

– Ты тоже меня одурачил, – произнесла я, удивляясь, откуда взялись эти слова и каков их смысл. Это говорило моё сердце, ум же молчал. – Мы столкнулись, да? Прямо тут. Ты и я, мы приблизились друг к другу… в нужное время…

– В конце концов, сейчас самое подходящее время, – бормотал Джонни, зарывшись лицом в мои волосы.

Я чувствовала, что твёрдый член упирался в мои бёдра, хотя к нему не прикасалась.

Меня сотряс оргазм. Я слышала, как Джонни стонал мне в ухо, чувствовала, как его член пульсировал на мне и подрагивал. Я чувствовала его жар, когда он изливался. Я чувствовала его запах, меня так затрясло, что я застонала.

Потом я снова воспарила в невесомости, молча клевала носом, а его рука всё ещё лежала на мне. Мы прямо-таки приклеились друг к другу, я даже подумала, что надо встать и принять душ. Но не встала. Хотелось лежать здесь, рядом с ним и не двигаться.

– Мы не столкнулись, – прошептал он спустя минуту сонным голосом.

– Нет? – я перевернулась и уткнулась в него носом. Наши ноги и руки безбожно переплелись.

– Нет. Как называется, когда два объекта находятся в движении… чёрт, – пробормотал он. – Тебе для машины нужна специальная страховка.

Хорошо, что я могла следовать за его мыслью, хотя он, по-видимому, опьянел от наших любовных игр и, похоже, уже засыпал. Я тихонько рассмеялась и уткнулась в прохладную кожу его шеи. И подумала об уроке физики в школе.

– Два объекта, находящиеся в движении, сталкиваются, Джонни.

– Да, что с нами и произошло, – прошептал он. – Мы столкнулись.