Глава 16

— Ты такая горячая, — рычит Ребел, яростно входя в меня, его бедра задают безжалостный ритм, из-за которого мне будет трудно ходить еще несколько дней.

Не в состоянии дождаться машины, мы сумели отыскать уединенное место в закрытой части здания, подальше от бального зала. Как только Ребел закончил свою речь, он поднял меня из-за стола и потащил через лабиринт коридоров, по пути перелезая через столбики с красными бархатными веревками, которые послужили плохим барьером, когда дело касалось Ребела.

Он — решительный любовник и способен пойти на все, чтобы заполучить желаемое. Мне это в нем очень нравится. Иногда меня даже удивляет сила его желания. Мужчина готов взять меня прямо здесь, на виду у каждого, кто отважится настолько отдалиться от основной вечеринки. Он рискнет своей репутацией и работой только ради того, чтобы заполучить меня, и это заставляет мой пульс резко ускориться. Ничего не возбуждает сильнее мужчины, который всегда добивается желаемого, невзирая на последствия.

— Сильнее, Ребел. Трахни меня сильнее, — задыхаясь, шепчу я.

Я впиваюсь ногтями ему в волосы и крепче обхватываю ногами за бедра. Каблуки впиваются в его задницу, несмотря на все мои усилия изменить угол наклона. Но это словно и не беспокоит его, а наоборот, подхлестывает. Может быть, он скрытый мазохист. Не подумайте, я не жалуюсь. Все, что может настолько разгорячить и отвлечь Ребела, немедленно будет добавлено в мой личный список.

Мужчина хватает меня за ягодицы достаточно сильно, чтобы остались синяки, а затем чуть раздвигает их своими длинными пальцами. Он играет с обеими дырочками, размазывая по ним мои соки. Его член погружается все глубже, яростно толкаясь в мое лоно, одновременно Ребел проводит пальцем по моему заднему проходу. Дрожь пробегает по всему позвоночнику, а я толкаюсь бедрами назад и вниз, пытаясь увеличить давление.

Нас словно прознает разряд тока, ощущения становятся все интенсивнее, чем дольше и сильнее он вколачивается в меня. Я впиваюсь зубами в его нижнюю губу, пока Ребел играет пальцем с моей напрягшееся дырочкой, с каждым грубым толчком заставляя мою спину врезаться в бетонную стену.

Ему нравится моя агрессивность. Мучительный стон превращается в раскатистое удовлетворенное рычание, и я чувствую, как его член твердеет внутри меня. Это подстегивает мое собственное возбуждение. Без какой-либо преграды между нами, я могу чувствовать каждую шероховатость его органа. Я представляю себе, как его длинный и крупный ствол заполняет мое естество до предела, и у меня перехватывает дыхание.

— Я хочу кончить тебе в глотку, — грубо произносит Ребел, прижимаясь горячими и влажными губами к моей шее. Я яростно трясу головой. Я желаю отнюдь не этого. — Но твоя киска сжимает меня, словно кулак. Я сейчас кончу, детка. Скажи мне, где ты хочешь, чтобы это произошло.

— Внутри меня, — выдыхаю я с дрожью в голосе. Моя голова откидывается назад, когда он скользит зубами по моему подбородку.

— Я собираюсь наполнить тебя, — обещает он. — Я собираюсь излиться до последней капли в твою сладкую киску, пока сперма не потечет по твоим прекрасным бедрам, — Я стону от представленной картины. Обожаю, когда он начинает говорить непристойно. — Ты готова к этому, котенок? Готова стать наполненной?

Я киваю с крепко зажмуренными глазами. Мое тело жаждет освобождения. Я уже близко, но, если не потороплюсь, могу упустить свой шанс. Это же просто сумасшедшая гонка. Мое сердце бьется настолько быстро, что оно вот-вот выпрыгнет из груди, а дыхание становится тяжелым и прерывистым, отчего у меня пересыхает во рту.

Ребел рычит и ускоряется, впиваясь пальцами в мою задницу. Он напрягается, уткнувшись лицом в мою шею. Затем его движения становятся все медленнее, мужчина напоследок жестко врезается в меня и бурно кончает, наполняя лоно горячим семенем. Его тело охватывает дрожь, и он тяжело выдыхает.

Ребел ласкает меня изнутри, продолжая лениво двигать бедрами. Его семя заполняет меня до предела и просачивается наружу, на бедра. Когда он наконец выходит и ставит меня на ноги, я чувствую себя ошеломленной. Это лучший секс, который у меня был за всю жизнь. Не считая той ночи в отеле. Меня даже не волнует то, что я не кончила. В этот раз наша связь имела гораздо большее значение.

— Черт, — громко ругается Ребел. Я отрываю взгляд от своей одежды и замечаю, как он яростно трет ширинку.

— Что случилось? Перекрутились яички? — спрашиваю с дразнящей улыбкой.

Уголки его рта чуть приподнимаются, и мужчина расслабляется.

— Вся передняя часть штанов испачкана спермой.

Я смотрю вниз и невольно смеюсь, когда замечаю белоснежные остатки нашей бурной страсти.

— О черт! Похоже, пришло время сделать нужный звонок.

— Рад, что ты находишь это настолько забавным. И что же мне теперь делать, черт возьми?

— Отскрести их?

— И выглядеть так, словно обмочился в штаны? Нет, спасибо, — Ребел снова пытается почистить все своей ладонью. Когда ничего не выходит, он вскидывает руки в воздух. — Черт.

— Я почти уверена, что это именно он поставил тебя в такое затруднительное положение, — говорю я с ухмылкой.

Ребел пристально смотрит на меня, но в его взгляде нет злости. Да, он раздражен, но это, скорее, вызвано ситуацией, а не чем-либо еще.

— Посмотри на это с другой стороны. Это не твои бедра покрыты семенем. Если я вернусь туда, все сразу ощутят этот резкий запах, стоит мне переступить порог.

— Ты преувеличиваешь, — заключает Ребел.

Осознав безнадежность своих попыток, он тянется ко мне и обнимает за талию, притягивая к своей широкой груди. Я все еще чувствую, как его сердце учащенно бьется рядом с моим. Запустив пальцы в мои волосы и обхватив ладонями затылок, он смотрит мне прямо в глаза.

— Возможно, это делает меня бессердечным ублюдком, но мне нравится думать, что ты пахнешь мной. Я хочу, чтобы каждый мужчина в этом здании понял, что ты принадлежишь мне.

— Настоящий дикарь, — смеюсь я и приподнимаюсь на цыпочки, чтобы чмокнуть его в подбородок.

— Это все твоя вина.

Я перестаю смеяться и пристально смотрю на этого человека, который продолжает выводить меня из равновесия.

— Каждый раз, когда мне кажется, что я разгадала тебя… — Я качаю головой. — Я не могу понять тебя, Ребел. Иногда ты бываешь таким ублюдком, а затем… — Затем он внезапно становится таким, каким был сегодня вечером.

— Я рад, что все еще могу держать тебя в напряжении, — говорит Ребел, сверкая своими идеальными белоснежными зубами. — Что скажешь, если мы свалим отсюда? Я все еще хочу выполнить свое обещание.

Я вспоминаю, как он поклялся еще в машине, что отвезет меня домой и оттрахает до потери пульса. Мне вдруг очень захотелось узнать, как это будет. В любом случае, кому вообще нужен пульс?

— Тебе разве не нужно попрощаться? — уточняю я.

— Этого требует вежливость, но я лучше попрошу свою ассистентку разослать всем письма утром. Сразу после того, как она закажет дополнительное место в самолете, — Он приподнимает брови, снова подначивая меня заспорить.

К счастью для него, Ребел поймал самый удачный момент. Я хихикаю, не в силах поверить, что он таки уломал меня.

— Ладно, как скажешь. Оставляю это на тебя.

— Я знал, что ты передумаешь. Немного секса всегда делает тебя разговорчивей.

— Ты такой грубый, — укоряю я, протягивая руку к телефону. Наверное, это означает, что я должна позвонить Кота и сообщить ему о своем отъезде. Но моя рука хватает лишь пустоту, я резко опускаю голову, чтобы обнаружить пропажу своей сумки. — Черт побери, я где-то потеряла свою сумочку.

Ребел хмурится.

— Где ты видела ее в последний раз?

Я начинаю вспоминать.

— Не знаю. Наверное, в туалете. Или на столе. Я могла оставить ее на своем месте, — Он увел меня сразу после своей речи, поэтому я могла думать лишь о своих бушующих гормонах.

— Идем, — Он хватает меня за руку и тянет за собой. Мужчина движется настолько стремительно, что мне приходится почти бежать, чтобы не отставать.

— А как же твои штаны? — интересуюсь я, затаив дыхание.

— Ты прикроешь меня.

— Хорошо.

По крайней мере, он посылает меня туда не одну. Когда мы добираемся до главного коридора, Ребел отступает назад, позволяя мне взять инициативу на себя. Когда мы возвращаемся, охранники в дверях подозрительно косятся на нас. По крайней мере, мне так кажется. Может, это все моя нечистая совесть, но, клянусь, они чувствуют запах секса на мне. Натянуто улыбаясь, я спешу в бальный зал, Ребел следует за мной по пятам.

— Скотт, — зовет его Джек, когда мы подходим к столу. — Вы как раз успели к десерту.

Заметив знакомую сумочку на столе, я облегченно вздыхаю. Ребел встает позади меня и мягко кладет руку на бедро, пока я наклоняюсь, чтобы поднять желанный предмет.

— Прости, Джек. Нам придется пропустить десерт. Джозефин плохо себя чувствует, поэтому мы уйдем пораньше.

Услышав его оправдание, я резко выпрямляюсь и бросаю на мужчину недоуменный взгляд. Выражение его лица жесткое и непреклонное, он молча предлагает мне подыграть. Прочистив горло, я пытаюсь поддержать его ложь.

Чета Доннелли смотрят на меня одинаково озабоченными взглядами.

— Что случилось, дорогая? Надеюсь, дело не в еде.

— О нет, — поспешно заверяю я их. — Думаю, это лишь простуда или что-то в этом роде. Ничего такого, что не пройдет после небольшого отдыха, — Пренебрежительно машу рукой в воздухе, пытаясь дать понять, что в этом нет ничего страшного.

— Ты действительно немного покраснела, — соглашается миссис Доннелли. — Ну, я надеюсь, что скоро тебе станет получше.

— Позаботься о ней, Скотт, — сурово наставляет Джек Доннелли, поднимаясь со своего места и протягивая руку Ребелу. — Я надеюсь увидеть вас обоих завтра в Мэне. Холли запланировала замечательный ужин и эксклюзивное шоу. Билеты уже заказаны и возврату не подлежат, — В его голосе отчетливо слышится предостережение.