— Фигней страдала. Просто слонялась без дела по квартире, — ответила она.

— Больше никаких бейсболистов? — спросил он с ухмылкой. Тейт рассмеялась.

— Нет. Правду хочешь? Он ничего не стоит в сравнении с тобой, — ее голос был низким и хриплым. Она пришла поиграть.

Я для нее игра?

— Приятно слышать. Вопрос в том, верю ли я тебе? — сказал парень. Она снова засмеялась.

— Меня не волнует, веришь ли ты мне. Если не хочешь, чтобы я спала с другими, просто скажи, — ответила ему Тейт. Он сделал паузу.

— Он хоть был хорош? — спросил он.

— Да.

— Насколько?

— Не так хорош, как ты. Не так хорош, как Эндж. Но довольно хорош. Я не против повторить, — ответила девушка.

— Ты кончила?

— Дважды.

— Где ты с ним трахалась?

— В баре.

— В баре? Ого, Тейт.

— Знаю. И в подсобке бара, и на бильярдном столе.

— Горячо.

— По-моему, я немного его напугала, но ему это понравилось.

— Знакомое чувство, — засмеялся Джеймсон. Ее рука покоилась на его ноге.

— Мне тебя никогда не напугать, — прошептала Тейт.

— Ты пугаешь меня прямо сейчас, — ответил он.

Внезапно она поползла по его телу. Колени опустились с обеих сторон от его бедер, и Джеймсон положил на них руки. Ее ладони были плотно прижаты к его груди, пока она удерживала себя вертикально.

— Не будь смешным, тебе не идет. Он оказался не тем парнем, который берет на себя управление, мне пришлось подсказывать, — продолжала Тейт свою историю.

— Похож на бабу, — со смехом заметил Джеймсон. Она пожала плечами.

— Всего лишь другой. Иногда забавно побыть во главе, — сказала она ему. Он перестал смеяться.

— Ты хочешь говорить мне, что делать? Взять на себя инициативу здесь? — спросил он. Смешок Тейт прозвучал порочно, и она внезапно наклонилась, приблизившись зубами к его шее.

— Нет. Ты в этом слишком хорош, — выдохнула она. Джеймсон сжал пальцы, впившись ими в ее бедра.

— Так не очень интересно. Жалкий человечишка, так испугался большого плохого волка, что тебе пришлось держать его за руку, дабы помочь тебе кончить. Лучше давай придерживаться моих историй, — насмехался Джеймсон.

— Хмммм, возможно, это было по-другому, но в этом была новизна. Кто-то относился ко мне хорошо, как к милой, нормальной девочке, — попыталась она объяснить.

— Милые, нормальные девочки не трахаются с бейсболистами в подсобках бара, — отметил он.

— Может, и не трахаются. Он считал, что кое-кто трахается, — прошептала она.

Ну, это ново.

— Если это то, чего ты хочешь, тогда звони своему бейсболисту. Мне не нужна милая, нормальная девочка. Я хочу девочку, которая любит сбивать с толку и слоняется под рукой. Девочка, которая хочет, чтобы ее шлепали и называли шлюхой. Я хочу девочку, которая позволит мне трахать других девочек, а затем так возбудится от этого факта, что отсосет мне, пока мы едем по 75-ому шоссе, — огрызнулся Джеймсон.

История из жизни.

— Звучит, словно она весьма горячая девочка, — прокомментировала она.

— Самая горячая девочка, которую я знаю.

Внезапно Тейт поцеловала его, скользнув языком между его губ. Джеймсон схватил ее за голову и наклонился вперед, возвращая поцелуй. Казалось, прошло много времени с тех пор, как он пробовал ее рот. Он соскучился по нему. Тейт ахнула на нем, и ее пальцы метнулись к его рубашке. Справилась почти с половиной его пуговиц, а затем попросту разорвала ее, прежде чем переместиться к пряжке ремня.

Три дня — слишком долгий срок.

— Трахала кого-нибудь еще за это время? Инженеров? Работников быстрого питания? Врачей? — спросил он, пока она стягивала его штаны по ногам.

— Не то чтобы я могла вспомнить, но знаешь, спроси позже, что-то может вернуться в памяти, когда ты прижмешь меня к матрасу, — бросила она небрежно. Джеймсон схватил ее за волосы и потянул назад.

— Лучше тебе не думать ни о ком, кроме меня, — прорычал он. Парень мог практически почувствовать, как она закатывает глаза.

— Заткнись и трахни меня.

Джеймсон подумал, может, она захочет сделать это медленно. Не то чтобы Тейт когда-либо была маленькой девочкой, но в последний раз, когда он видел ее, она была очень расстроена. Они не занимались сексом четыре дня. Три дня назад он сказал ей, что никогда не захочет, чтобы она была чем-то большим, чем партнером по сексу. Она не разговаривала с ним до сегодняшнего дня, и даже сегодня провела большую часть вечера с Сандерсом.

Но если ее действия можно было как-то описать, то «воспламенялась» и «была готова сорваться даже больше, чем обычно» подходят как нельзя лучше. Она либо собиралась наверстать время, либо наказывала себя. Или его. Кому-то будет больно.

Она сдернула всю одежду, ногтями царапая чувствительную кожу. Тейт набросилась на него, не сдерживаясь, тут же глубоко поглотив его член. Джеймсон думал, что она заставит его кончить вот так, но потом она снова начала двигаться. Поползла наверх по нему, потянула его вверх, обняла ногами его талию. Они двигались вместе, бедра толкались друг к другу, и она становилась все громче, прижимаясь лбом к его лбу, впиваясь ногтями в его затылок.

— Я хочу, чтобы ты это сделал, — задыхалась Тейт. Он так сильно сжимал ее за бедра, что она знала, там останутся синяки.

— Кажется, я и так это делаю — усмехнулся Джеймсон.

— Ударь меня, — выдохнула она. Парень посмотрел на нее.

— Нет, — отрезал он. Тейт рассмеялась.

— Ты мне отказываешь? — спросила она.

— Потому что не думаю, что ты действительно этого хочешь.

— О, я хочу этого.

— Ты наказываешь себя. Я не хочу причинять тебе боль, — сказал он ей. Девушка покачала головой.

— Ты не можешь причинить мне боль. Я хочу быть наказанной. Пожалуйста, — попросила она.

— Ты злишься на меня. Я не сделаю ничего, чем позже ты сможешь плюнуть мне в лицо, — огрызнулся он.

— Я не она.

Джеймсон внезапно рассердился.

— Не надо, бл*дь, говорить о ней, — выругался он, останавливаясь и удерживая ее на своей длине.

— О, это тебя разозлило? Ты рассказываешь о любой другой девушке, которую трахаешь. Почему же не говоришь о ней? Должно быть, она была для тебя особенной, Кейн, — сказала она злым голосом, вращая бедрами на нем. — Весьма особенной. Ты сказал, что тебе нравилось, как она трахалась. Она была такой же узкой, как я? Такой же влажной, как и я?

— Закрой свой гребаный рот, Тейт, — предупредил он.

— Два года. Она должна быть весьма потрясающей. Ты хочешь лить на меня горячий воск? Отхлестать меня? Ударить паддлом? — спросила Тейт, откинув голову назад.

Боже, эта женщина. Если мой член затвердеет еще больше, он убьет кого-нибудь из нас.

— Я хочу оставить на тебе шрамы, — простонал он.

— Ударь меня.

— Нет.

— Это то, что я хочу, Джеймсон. Хочу, чтобы ты делал все, что хочешь. Хочу делать все, что хочу я. Я не она. Просто отпусти себя, — настаивала Тейт.

— Не могу, — прошептал он. Она ухмыльнулась ему, замедляя движения бедрами.

— Хорошо. Если ты этого не сделаешь, я найду того, кто сделает, — отрезала она. Он снова посмотрел на нее.

— Следи за своим сраным ртом, — предупредил Джеймсон. Она покачала головой.

— Заставь меня. Эндж любит поиграть, и я ему доверяю. Может быть, он это сделает, — сказала она.

— Тупая сука, сейчас тебе лучше заткнуться, — прорычал Джеймсон.

— Уверена, что есть много парней, которые сделают это ради меня. Какой-то случайный парень, где-то в гостиничном номере. Я буду притворяться такой милой, нормальной девочкой. Пусть какой-то парень подумает, что получил милую девочку, а потом я позволю ему трахнуть меня. Трахнуть жестко, жестче, чем сейчас, жестче, чем трахаешь ты, — сказала она ему.

Он отвесил ей пощечину, и ответ был мгновенным. Тейт вскрикнула, и ее киска так сильно сжала его член, что Джеймсон кончил чуть ли не мгновенно. Святое дерьмо. Он двигался быстро, прижал ее к матрасу, а затем встал на колени, подняв ее бедра вверх, пока вколачивался в нее.