— Что? — спросил Мак.

А в это время мою грудь переполняли такая радость с восторгом, что, когда Мак повернулся ко мне, было ужасно трудно это скрыть. Все равно что прятать солнце. Однако я постаралась на славу. Нахмурилась и даже сощурилась, чтобы якобы лучше видеть:

— Я тоже ничего не вижу. Но я же просто человек.

***

Второй раз поцеловав на ночь Мака, я закрыла дверь своей спальни, развернулась и наткнулась прямо на Джареда. От неожиданности я резко вдохнула, и в этот момент он накрыл ладонью мой рот, указательный палец свободной руки прижал к своим губам и кивнул на дверь, за которой был Мак.

Подождав минуту, чтобы папин отец спустился по лестнице, я убрала теплую ладонь с губ и засмотрелась на красивого парня, стоявшего передо мной. Да, он так иногда делает — появляется, словно из ниоткуда. И мне в нем это очень нравится.

Джаред улыбнулся и пропустил мой локон между пальцами.

— Ты странный, — тихонько проговорила я. — Такой… даже не знаю… спокойный.

Он пощекотал себе губы прядью моих волос.

— За последние недели я узнал, каково это — жить без тебя. Этот урок мне не хотелось бы проходить заново.

— Мне тоже, уж поверь, но это вовсе не объясняет, почему тебя вдруг перестало беспокоить происходящее.

— Люди непредсказуемы, — отозвался Джаред и попятился к моей кровати, увлекая за собой и меня.

— Это я тебе и сама могла сказать.

— Все это время я переживал о том, как нам справиться, что станет с миром, как нам победить…

— И я о том же думала. Даже не раз.

— А потом я понял, что мне не нужно ни о чем переживать. Люди непредсказуемы, в отличие от пророчеств. Даже если ты всем сердцем веришь, что не справишься, все же неудача… — Он задумчиво глянул в потолок. — Как там в кино говорят? — Секунду спустя он уже весело мне улыбнулся: — Неудача не вариант.

— Много фильмов, значит, пересмотрел?

Сейчас Джаред сидел на моей кровати и в прямом смысле слова вынудил меня сесть на него сверху. Рассмеявшись, я обняла его за широкие плечи. Клянусь, я была на седьмом небе от счастья. Джаред очень напоминал обычного парня, только с суперсилами. И со способностью убивать одним только прикосновением.

— Почему это неудача не вариант? — спросила я, примостившись поудобнее. — Видишь ли, сейчас мне этот вариант кажется самым возможным.

— Так написано. — Джаред прижал меня к себе и уткнулся носом мне в шею.

По коже побежали мурашки, и мне резко стало не по себе из-за присутствующих.

— Все спят, — добавил он.

Ну, ему лучше знать. Я расслабилась и с головой отдалась ощущению близости. Я так давно об этом мечтала, что с трудом верила, что все на самом деле.

— Спасибо, что навещала меня, — пробормотал Джаред мне в шею, обдав теплым дыханием ключицу.

— Когда я тебя навещала?

— М-мм, в тот день, когда я пришел за Эллиотом Дэвисом.

То есть Джаред имел в виду все те разы, когда я ныряла в фотку, сделанную в семидесятых.

И тут меня осенило так мощно, что я отстранилась и уставилась на него.

— Ты знал, что я уеду из Райли-Свитч. Знал ведь, да? Я лишь недавно ныряла в ту фотку, но для тебя, должно быть, прошло сорок с лишним лет.

— Верно, и да, я знал. — Тут он задумчиво нахмурился. — Странно происходят события. На первый взгляд, мы знакомы микросекунду и в то же время целую вечность. — Он посмотрел мне прямо в глаза. — Я знаю тебя очень давно. Дольше, чем ты думаешь.

— Это ты имел в виду, когда сказал Маку, что мы были вместе не одно столетие?

— И это тоже.

Я поджала губы.

— Не понимаю.

Однако ответа не дождалась. У Джареда внезапно развился несказанный интерес к моему запястью. Это же надо! Из всего, на что он мог бы обратить внимание, он выбрал запястье! Взяв меня за руку, он поднес ее к губам и провел по запястью зубами. Мой пульс тут же подскочил.

— Они не шутили, говоря, что ты станешь самым могущественным пророком из всех.

Я пыталась не терять нить разговора, но губы Джареда, прижимаясь к внутренней стороне моего запястья, творили нечто такое, что…

— Минуточку. Кто говорил? Кто такие «они»?

— Пророки, жившие до тебя. Даже дочь Арабет, Лара Бет, чьим прямым потомком ты являешься, предрекала, что ты, последний пророк, будешь самой сильной. И она была права. Чем больше ты учишься, тем сильнее меняется прошлое.

— Какое прошлое? — Я выпрямилась. — Наше?

— Да. — Джаред проложил дорожку из легких поцелуев по моей руке до сгиба локтя, вызвав череду крошечных землетрясений вдоль позвоночника. — Именно поэтому мы с тобой знакомы давным-давно.

— Да как же так? Все равно не понимаю.

— Поймешь. Когда придет время, ты поймешь все. Ты еще многого о себе не знаешь, как не знаешь и собственных сил, которые тебе еще только предстоит в себе открыть.

— Вроде способности хоть как-то устоять перед тобой? — пошутила я, находя удовольствие в каждом его действии, прикосновении и звучании богатого голоса.

Джаред тихо рассмеялся, запечатлев поцелуй на сгибе моего локтя:

— Надеюсь, нет.

Я тоже рассмеялась, но тут же осеклась и посмотрела на своих спящих гостей.

Джаред поднял голову и мерцающими глазами кивнул на что-то у меня за спиной:

— Твой дедушка изволил вернуться.

Я обернулась на дверь, из-за которой довольно громко прозвучал голос Мака:

— И думать не смей, будто я не знаю, что ты там, Азраэль!

Кэмерон мигом проснулся, а я на пару секунд поразилась тому, каким жестким показался мне голос второго дедушки. Надо запомнить: никогда не беси Мака. Да и неземное имя Джареда он произнес так, будто это было прямое обвинение. Нет, прямая угроза.

Я закатила глаза:

— Ты говоришь с ангелом смерти, Мак, помнишь? Он может тебя убить одним пальцем. И ты дважды употребил отрицание!

— Я и трижды его употреблю, если единственное существо в этом доме, которое старше самой грязи, не прекратит лапать мою шестнадцатилетнюю внучку!

Пошевелившись, Бруклин вслепую нащупала руку Кэмерона, прижала ее к себе и снова уснула.

— Наверное, мне пора, — тихо усмехнулся Джаред.

— Наверное. — Разочарование было таким ощутимым, что я практически чувствовала, как оно высасывает счастье прямиком из моих костей.

— Я жду! — рявкнул Мак, и я поежилась.

— Знать не знала, что с двумя дедушками в два раза сложнее, чем с одним.

***

На следующее утро все было, как в старые добрые времена. Пока мы с Брук собирались в школу, Глюк убежал к себе домой принять душ и переодеться, а Кэмерон… занялся тем, чем обычно занимается Кэмерон. Честно говоря, мы понятия не имели, куда его понесло. Тем не менее, было очень приятно провести время с Бруклин. Почти наедине, поскольку Кения никуда не делась. Впрочем, игнорировать ее было даже забавно, пока она не заговорила. Блин.

— Так что там с Глюком? — спросила она с полным зубной пасты ртом.

— В смысле? — Я как раз сушила полотенцем волосы, а Бруклин, дождавшаяся своей очереди, залезла под душ.

— Он с кем-то встречается?

Поскольку я во все глаза пялилась на Кению, Бруклин отодвинула занавеску в сторону, решив, видимо, присоединиться к разговору. Молча.

— Ну, — начала я, — точно не знаю. Близняшки уехали, когда все стали сбегать из города. — Тут я вопросительно глянула на Бруклин. — Он все еще встречается с Эшли? Перед моим отъездом они вроде как неплохо ладили.

Добрую минуту Брук мерила Кению придирчивым взглядом и только потом ответила:

— Ага, он с кем-то встречается. А может, и нет. — Она задвинула занавеску. — То есть они с Эшли вроде как нравились друг другу, но, похоже, это ни к чему не привело.

— Я так надеялась, что у них все получится! В чем же проблема была? — спросила я.

— Дам тебе подсказку. Проблему зовут Глюк Синий-Паук.

— А-а, понятненько.

Кения прополоскала рот и сплюнула воду.

— То есть вы не в курсе, занят он или нет.

Брук снова отодвинула занавеску. Пришла ее очередь пялиться на Кению.

— Серьезно? Ты и Глюк? — Она снова смерила Кению взглядом с ног до головы. — Не представляю, уж извини.

В ответ Кения лукаво ухмыльнулась. О да. День предстоит чудесный!

— И все равно я считаю, что могла бы пропустить школу, — в тысячный раз проныла я. — Я же только что вернулась! И миру вот-вот придет конец. По-моему, отличный повод прогулять.

— И не мечтай, — отрезала Брук. — Тебе надо увидеть, что у нас творится. Школа почти пустая. Большинство родителей просто смотались из города, чтобы сбежать от апокалипсиса (кстати, как вообще можно от него сбежать?), а половина из тех, что остались, просто-напросто держит детей дома. Ну или тоже уже вовсю планируют дать деру. Клянусь тебе, это просто дичь!

— И все из-за парочки бурь и одержимостей демонами?

— Ага. Но ты ведь ничего не видела! Помнишь мистера Риверу, отца Хуана? — Ответить я не успела, потому что подруга продолжила: — Так вот, он теперь ходит, как зомби. И миссис Лонг тоже, только она еще и выглядит, как зомби.

— Она всегда ходила, как зомби, — возразила я.

— Не-а, не так. Люди в городе направо и налево становятся одержимым, и Джареду приходится… даже не знаю, как именно это называется. Разодержимливать их?

— Об этом Кэмерон рассказывал. Крысы бегут с тонущего корабля. Они хотят слинять с планеты, вообще из этого мира, поэтому совершают самоубийства через Джареда, который вроде как проглатывает или вдыхает их, и они оказываются там, откуда нет возврата.

— Мне казалось, — вставила Кения, — что духам выгодно, чтобы на земле было полно сверхъестественных существ.

— Только не призракам, — ответила Бруклин, выключив воду, в то время как Кения отбросила волосы назад и заграбастала себе все зеркало. — Кэмерон говорит, это хорошие духи, которые не хотят смотреть, как уничтожают наш мир, или боятся того, во что они после этого превратятся.

— Когда Джаред впервые появился, — решила объяснить я, — у нас тут имелся полтергейст, который страшно его боялся. Я, честно говоря, была в шоке.

— Да все мы были, — кивнула Брук. — Только подумай! Оказывается, сверхъестественные сущности могут бояться друг друга. Могут даже выйти на войну. Такое за одну ночь не переваришь. Вот и нам понадобилось время.