— Что бы это ни было, это не оружие, — высказала очевидное Куроцуки, — но, возможно, компонент.

— Ага, турель, — я вспомнил виденный на ютубе ролик про самодельные «гантраки» сирийцев, когда в кузов пикапа ставилась зенитная пушка или пулемёт.

— Артефактная турель из золота и серебра?!

Я потеснил ледяную деву и осторожно протянул руку к ближайшей трубе. Врубил откачку магии и медленно поднёс пальцы к артефакту. И… ничего. Ни капли магии, никакой реакции.

— Работает только в сборе? — Ми продолжала механически почёсывать млеющего волка, не забывая прислушиваться к эмпатии.

— Или тупо не заряжено, — я уже смелее постучал по конструкции пальцем, потом попробовал поменять угол наклона кронштейна. И то и другое «турель» проигнорировала, и я передал управление хозяйке тела. — Артефакты ведь надо заряжать? Хотя, если вспомнить про здешний барьер — скорее да.

— Марила однажды сказала, что артефакты направляют магию — припомнила суккуба.

— СКВИИИИ! — пронзительный, ввинчивающийся в уши с‍к​рип за​ставил Ми​​рен и меня дёрнуться, а Дружка — громко фыркнуть.‍ Правда, это была единственная реакция сторожа.

— Нанао!!!

- Работает, — невозмутимо констатировала юки-онна, разглядывая повернувшийся на несколько градусов кронштейн, дуга которого побелела от инея. Вслушалась в доносившиеся до неё волны наших эмоций и пояснила: — Ловушек нет, барьер гасит звуки. Это было безопасно.

— Предупреждать… надо… — пусть физически я находился более чем в десяти тысячах километров от места событий, сердце всё равно заходилось, как бешеное.

— Предупреждаю, — послушно последовала инструкции Куроцуки, обдавая холодом противоположную часть конструкции. Опять визг — и дуги заняли предыдущее положение.

Похоже, что штука и впрямь турель. Интересно, для чего? Трубы слишком тонкие, чтобы взгромоздить на неё что-то по-настоящему тяжёлое…

В общей сложности, мы провозились в лаборатории Войде ещё час. Куро-тян профессионально перерыла весь сарай, потом вернулась к навесам и провела обыск там. Из условно-полезного нашлась толстая тетрадка, очевидно заполненная почерком Марилы — что-то вроде заметок кузнеца и лабораторного журнала одновременно. Куча профессиональной терминологии по-старопольски — дар суккубы едва справлялся с написанным, переводя одно-два слова из четырёх, но общий смысл был понятен. Вот только не было ни малейшего намёка, зачем девушка, основательно пожертвовав учёбой и сном, занималась этими штуками. И для чего турели вообще были нужны. С чертежами и вовсе вышел облом: никакой дополнительной информации. Более того, в наличии оказались чертежи т‍о​лько г​отовых ко​​нструкций — как раз по два на одну. Увы, но надо ‍честно признать — для понимания происходящего разведрейд ничего не дал. Только новые вопросы появились…

— …Ведов? Ведов!

— Д-да? — я с некоторым трудом вернулся к реальности.

— Я понимаю, понедельник, — доцент кафедры нормальной физиологии саркастически улыбнулся, — но вы уж сосредоточьтесь и отвечайте, раз пришли на семинар. Для того, чтобы спать, существуют лекции.

— Вопрос прослушал, — поднявшись со своего места, честно признался я. С трудом заставив себя улыбнуться на немудрящую шутку препода, но, видимо, не очень удачно.

— Ведов, у вас всё в порядке?

— … - ну и что мне на это ответить? «Нет, потому что не могу перестать думать о судьбе мира, которому скоро подгонят бомбу круче атомной?» Да и хрен с ней, с волновой бомбой — но там Ми! Да и судьба Наны мне теперь уже далеко не безразлична…

— …И про отличие первичных и вторичных пейсмейкерных клеток синусно-предсердного узла[72] мне спрашивать тоже бессмысленно?

Чёрт! Ещё и не подготовился — напрочь вылетело из головы.

— Вот что, Дмитрий, идите-ка к дежурному терапевту, — серьёзно посоветовал мне мужчина. — Знаете, где прикрёпленная за университетом поликлиника? Отлично. Даже если больничный не даст, на сегодня справка для деканата будет. Идите, идите, не сомневайтесь. А к следующему понедельнику вместо отработки принесёте реферат на тему сердечной проводимости[73].

Спорить я не стал. Правда, сначала решил просто отпроситься с физкультуры, для которой всё равно забыл форму дома. Как раз будет время подучить биохимию… Но открыв конспект лекций, понял — не выйдет. Через четверть часа чтения я вдруг осознал, что уже долго смотрю на одну и ту же страницу, а в голове ни буквы информации о том, что всё-таки прочесть удалось.

Что бы сделал на моём месте обычный подросток? Н-да, просто не оказался бы на моём месте — или перестал бы быть обычным, как я. Ну а так — что сделал бы? Да наверное, ничего. Просто попытался выкинуть из головы, забыть, что происходит. Жить, как жил, и притворяться, что ничего такого нет до тех пор, пока, собственно, гром не грянет. Но я — так не могу! Но и сделать, получается, ничего не могу. Ч-чёрт…

…Дежурный терапевт оказалась молодой миловидной женщиной, и я впервые за много дней воспользовался шармом. Как всегда, чуть-чуть — только чтобы больничный дала, пусть хотя бы и на пару дней. Он мне реально нужен был — всё равно от меня толку, как от студента, сейчас было мало. А так, может, смогу помочь своим демонессам — если не прямо, то хоть поддержу. Шарм подействовал — врач без проблем дала мне листок аж на пять дней… и погнала сдавать анализы и проходить осмотр по другим специалистам, делать флюорографию и прочее. Видимо, от большой симпатии — попытка отболтаться не прошла. Блин, вовремя-то как… Оказалось, студентам назначен ежегодный медосмотр, правда, регулярно проходили его только жители общежития — их без этого нафиг выпирали из занимаемых комнат. Да, вроде Алёна что-то такое упоминала…

Ладно. В любом случае, столь нужный мне перерыв в учёбе я получил. Осталось за это время успеть… гм, «спасти мир». Ну или хотя бы смириться с тем, на что повлиять при всём желании не получится.

Или всё-таки получится?

— Без шансов, — коротко прокомментировала свои наблюдения Куроцуки.

Как-то совсем не удивительно. Теперь, предположительно зная конечную цель директора «Карасу Тенгу», было бы странно вдруг обнаружить допущенную по небрежности или ошибке дыру в системе безопасности административного здания. Что там говорить: «мёртвых зон», недоступных камерам и детекторам движения одновременно, не было даже на крыше. И это не считая той же оснастки внутри строения. Разве что подкоп, возможно, мог иметь некотор‍ы​е шанс​ы на успе​​х — но тогда копать надо было прямо из лесополосы‍. Короче, как и сказала Нанао, без шансов.

— В любом случае, вряд ли бы мы нашли у Кабуки на столе полный комплект документов на оружие плюс расписание испытаний, — всё это было давно известно, но не проговорить ещё раз, успокаивая подруг, я не мог. — И компьютер вряд ли получится взломать, даже используя твою клановую флешку с троянами. Во-первых, они уже устарели на три месяца, а во-вторых, вряд ли хоть один комп в школьной сети работает на винде.

Юки-онна, навсегда покидая родной дом, забрала с собой всё, что смогла и что позволили унести. Увы, некоторые вещи вроде вирусов-взломщиков слишком быстро устаревают.

— Значит, остаётся только личный разговор под шармом, — спокойным голосом подвела черту Ми.

— Который мы не можем провести, потому что помещения, доступные для общего посещения, как минимум прослушиваются, — отрезал я. — Тебя повяжут даже раньше, чем успеешь узнать то, что хотела.

На следующую ночь после вылазки в мастерскую Войде Нанао бесшумно разобрала потолок в коридоре второго этажа и нашла-таки стационарно установленный «жучок». Не для того, чтобы обезвредить, а чтобы узнать название производителя, внешний вид и ещё некоторые важные в случае попытки проникновения в защищённые помещения нюансы вроде чувствительности и способа передачи данных. Обследование личных комнат жилых блоков Ми и Наны, кстати, ничего не дало: личное пространство учеников в академии всё-таки действительно уважали.