Причина успеха не какой-то военный гений Володимара Первого, как нас учили в школе, но воля людей, населявших города земель Святой Троицы. Они все желали присоединение к Империи. Во время Кунгардской битвы войска Троицы попросту массово сдаются в плен, отказываясь воевать. Сопротивление оказывают только неугомонные воины Проксимы.

Этот год считается завершением Великого Объединения.

Александр Ори де Пти, изобретатель из г. Арель (ныне Арельская провинция) создаёт первый прототип ординатёра, вычислительной машины наподобие добедовых табло. Ординатёр БО-700 — это громоздкое сооружение, занимающее половину особняка изобретателя. К тому времени жители Ареля обзаводятся ветрогенераторами, но мощности ветряка на крыше дома не хватает на питание монстра.

Александр Ори де Пти пытается поддержать время работы БО-700 от биодизельного мотора, но происходит разлив и возгорание топлива. Пожар уничтожает изобретателя и машину. Эта трагедия не останавливает других изобретателей от поиска новых схем постройки и миниатюризации ординатёров.

Объединённая Империя продолжает развиваться, гармонизируя законы земель. Многие исследователи называют период «Золотой Пятилеткой». Именно тогда были написаны множество учебников и научно-популярных монографий, растолковывающих простым имперцам устройство мира, существование Неудоби, этапы Большой Беды и количестве её Волн.

Люди избавляются от суеверий и домыслов о «землях адской бесконечности, опоясывающих мир». Распространяется знание, что Неудобь такое же природное явление, как землетрясения, дождь или засуха. Озвучиваются предположения того, как именно Неудобь влияет на климат или сейсмическую активность.

Осуществляются первые попытки проникновения в Неудобь. Первые скафандры созданы по изображениям с добедовых ординатёров. Они ненадёжны и быстро выходят из строя.

В печально известной экспедиции графа Моше в Неудобь, в районе нынешней Ферранской провинции, от молниеносной коррозии воздуховодов гибнут почти все участники экспедиции, кроме самого графа и трёх человек, шедших позади всей колоны. Они вовремя понимают, что впереди выброс некоего вещества, разъедающего воздуховоды.

Трагедия экспедиции Моше помогает улучшить схемы скафандров и качество материалов изготовления.

Впрочем, дальнейшее проникновение в Неудобь приостанавливается. Все экспедиции начинают гибнуть от неизвестного поражающего фактора. Явление «радиоактивности» будет открыто века спустя.

Происходит наконец столкновение армий. Про эту войну написано много. Это самая большая по количеству жертв и разрушений мировая бойня. Ну, ровно до тех пор, пока не случилась Третья Мировая.

Исход её известен: победили все. То есть никто. Именно эта война создаёт предпосылки современного положения: и мы и Ханаат примерно равны по возможностям и побеждает тот, кто меньше ленится.

Во время войны для «борьбы с вражескими агентами влияния» создаётся надзорный орган Имперская Высочайшая Ревизия, ИВР.

Ревизия контролирует выпуск книг, темы радиопередач, формирует репертуар шансонье. Следит, чтоб не проскользнули призывы к свержению Императора или попытки принизить значение Церкви.

Без разрешения ИВР не допускается к печати даже какая-нибудь монография о «Росте популяции брюхоногов в Крайневосточной провинции».

ИВР существует и в наши дни, хотя с изобретением электронного книгоиздательства контроль существенно ослаб.

Например, эта книга не прошла бы творческую комиссию ИВР, поэтому распространяется через Самиздат. Так что, читатель, помни, если жандармы арестуют тебя за употребление пудры в общественных местах, и обнаружат на твоём незапароленном ординатёр-табло данную книжку, то это будет отягчающим обстоятельством.

Исчезает великая цель — подготовка к войне с Ханаатом. Патриоты не знают, к чему призывать народ.

Плоды просвещения застревают в горле у идеологических садоводов: в Империи формируется политическая оппозиция, призывающая свергнуть монархию и ввести народовластие, выборную систему, о которой часто упоминается в добедовых летописях.

Подноготная оппозиции, впрочем, не отличается новизной — её финансируют стремящееся к власти семейство Дворковичей, родственников и соперников Михайлковых.

Так появляется первая Фронда, очередной виток борьбы за трон, прикрывающийся заботами о народе.

В славном городе Ареле, который ныне центр производства вычислительной техники, молодой электронщик, Андрей Вилар создаёт прототип первого энергоёмкого ординатёра. Он оснащён монохромных экраном на гелиографных трубках. Сердце ординатёра — процессор «Де Пти 888», названный в честь изобретателя первого имперского ординатёра (см. 781 год). Многопроцессорные станции на базе «Де Пти 888» способны производить до триллиона операций в секунду, что примерно 0, 3 % от мощности добедового ординатёра-табло.

Андрей Вилар получает заказы на разработку станций для промышленных производств и, конечно, от военных.

Став в одночасье богатым, Вилар погибает от лучевой болезни, после экспедиции в Неудобь, где он рассчитывал найти идеальный кристалл для разработки процессоров следующего поколения.

Десять лет длится вялая революция. Оппозиционеры то строят баррикады на улицах Моску, то подписывают мирные договора с Императором, то снова выходят на баррикады, чтоб поддержать какое-либо идиотское решение Парламента, даже если это закон об ограничении высоты струи главного фонтана во дворце Ля Кремлё, резиденции правящей династии. Главное — навредить Императору.

Для борьбы с Фрондой расширяются возможности Имперской Канцелярии. Канцеляриты становятся самой могущественной и осведомлённой организаций не только в Империи, но и мире. Ханаатские шпионские службы только через пятьдесят лет достигнут такого же уровня.

В 807 году Фронда разгорается так, что наступает политический кризис. Император отказывается сотрудничать с Парламентом, не признаёт ни одно его решение.

Огромными усилиями, через подкуп организаторов Фронды, то есть собственных родственников по линии Дворковичей, Император завершает кризис. Парламент распускают. Тех фрондеров, что отказываются признать поражение, арестовывает Имперская Канцелярия. Особо упорных народных борцов убивают неизвестные снайперы. Имперская Канцелярия до сих пор отказывается рассекретить документы того периода, хотя ни у кого нет сомнений, к какой организации принадлежали снайпера.

В 809 году, в возрасте 59-лет, от неизвестной болезни умирает сам Володимар Первый. Веком позже останки Володимара сканируют и находят следы радиации. Возникает версия об отравлении Императора неким веществом из Неудоби, которое подмешивалось в цикорий и пищу Императора.

Под городом Эксель построен первый завод по промышленному синтезу биодиза. Топлива всё ещё мало, но продукции завода хватает, чтоб держать на ходу сотню танков, десятки тысяч бронепежо и несколько эскадр дирижаблей.

Новые образцы военной техники проходят испытание в Нагорной Монтани, где идёт перманентная освободительная борьба.

Монтаньским ополченцам технику поставляет Ханаат. Это опосредованная война двух государств позволяет совершенствовать все типы вооружений. Мёртвых нагорных монтаньцев, конечно, никто не считает.

Так как Имперская Высочайшая Ревизия не сбавляет надзора, культурное развитие стагнирует. Все достойные произведения не проходят цензуру. Книжные магазины полны патриотически верных, но скучных опусов о борьбе народов Империи за право быть вместе. Как, например, в трёхтомнике о Второй Ханаатской «Тихий звон» романиста Левона де Оде, лауреата Ру́ссийской Премии по литературе.