Глава 16 Братец Китай. Год спустя

Медленно открываю глаза, возвращаясь в этот мир. Будда отрешенно смотрит сквозь меня. В главном храме лучше всего медитировать. Не такое это простое занятие как казалось. А пришлось им заняться. Всё из-за этих чертовых шариков, точнее мячей, да простят меня Аллах, Иисус и Будда вместе взятые. Пролетел уже целый год как я здесь. С языком я справляюсь неплохо, и по боевым навыкам догнал свою возрастную группу. А вот достичь такого мастерства как лаоши Чен, хотя бы наполовину мне не удается. Сражаюсь вот как-то с мячами, их количество семь. Уже три месяца не могу продвинуться дальше.

- Это твой предел, – лаоши Чен появился как всегда незаметно. – Ты достиг максимума своей скорости.

- И как этот предел отодвинуть? Не жадничайте, делитесь секретом!

- Никакого секрета нет, – улыбается хитрый змей. – Ты смотришь глазами. Нужно подключить голову. Ты не должен видеть, ты должен чувствовать. Где, когда, сколько. Исключить лишние мысли настроить свой мозг только на это. Наше подсознание в сотни раз быстрее, чем речь или зрение. Но научиться работать с подсознанием непросто. Я тебе говорил о духовном развитии, ты пропустил мои слова мимо ушей.

Вот так я начал учиться отключать свои мысли и все ненужные органы чувств и работать с подсознанием. Покаслабо получается.

Ах да, я не похвастался! Я уже не служка, а приспешник. Это нечто вроде оруженосца при рыцаре. Мой наставник лаоши Чен. Выполняю его поручения, навожу порядок в его кабинете. Иногда меня привлекают и к общим работам. Особенно пришлось потрудиться при подготовке к новогодним праздникам. На самих праздниках развлекал народ в образе панды. Самому было абсолютно не весело. Но праздники прошли уже месяц как, началась весна. Живу теперь в монастыре, мне выделили отдельную келью. Шина расстроилась, теперь мы с ней видимся редко.

Пару месяцев назад к моим занятиям добавилось несколько предметов. Физика, химия, алгебра. Чен лично со мной занимается. Как он выразился – раз мой отец был гений, то я тоже могу обладать повышенными способностями. Пока особой гениальности в себе не чувствую. Нет, предметы мне даются легко, но интереса к ним у меня нет.

- Дэни, ты закончил? – прервал Чен мои размышления. – Мне нужно с тобой поговорить.

Выходим из храма, неспешно движемся по дорожке. Тут все происходит размеренно.

- У меня плохая новость, – начал Чен. – Правительство подписало дополнение к указу о всеобщей идентификации. Ранее, живущие в монастырях, могли её не проходить. Теперь обязаны. Срок – до конца года.

- Это что? Сканирование сетчатки глаза? Или вживление чипа?

- До чипа пока не дошло. Отпечатки пальцев и сетчатка. Был бы ты китайцем, мы легко тебя легализовали. Но что-то придумаем.

- Не нужно думать, – я и так давно собирался поговорить на эту тему, ждал толчка. – До конца года я покину монастырь. Думаю лучше летом. Если поможете с переходом границы – хорошо, нет – сам справлюсь.

- Значит, остаться в Китае я тебя не смог убедить? Жаль. – Немного помолчали оба, потом Чен продолжил. – С китайской стороны границу я помогу пройти, а дальше уж … И там рассчитывать сможешь только на себя. Пока есть время, давай попробуем найти твоего крестного. Твоя мама, она знает его? Ты уверен, что не хочешь к ней обратиться? Я могу договорится, чтобы это сделал наш человек.

- Нет. Для неё я умер и помощи от неё мне не нужно, – голос твёрд, но в груди защемило.

- Не держи зла – одна из заповедей буддизма. И в библии – не суди и не судим будешь. Нельзя достичь равновесия в душе раздираемой обидами, гневом, завистью, похотью.

- Я не нарушаю заповедей, – возражаю Чену. – У меня нет на неё зла и обиды. Просто если я для неё чужой, как она продемонстрировала тогда, то и мне от неё ничего не нужно. Вы для меня намного ближе и любимей. А крестного я найду сам. Москва большая, но я прошел весь Китай, а он намного больше. Или смогу подняться и сам.

После разговора стал планировать. У меня есть примерно полгода. Нужно усилено заняться русским языком, чтобы не выдал себя в России произношением. Жаль, кроме бабушки Нади, никого владеющего языком нет. А у неё он далёк от оригинала. Буду смотреть русские фильмы, слушать песни. Тренировать произношение наиболее употребляемых слов. Дальше: составить план по действиям после перехода границы. Зарегистрироваться в русских социальных сетях и завязать знакомства с ровесниками в месте предполагаемого перехода. А для этого сначала я должен научиться писать и читать на русском! Попросить Чена найти мне русский учебник. Пока достаточно, займусь немедленно.

Для начала кроме учебника попросил у Чена разрешения вернуться в дом Лао. В монастыре у меня не было доступа к интернету. Получив согласие, сразу отправился в деревню. Сегодня воскресенье, Лао должна быть дома. Двери отворила Шина. Сначала загорелась улыбкой, потом ойкнула и убежала.

- Что это с ней? – спрашиваю, вышедшую из кухни Лао. Разговоры я теперь веду больше на китайском. Не уверен, что разговариваю хорошо, но меня понимают.

- Не ожидала тебя увидеть, помчалась переодеться. Рада твоему приходу, а то ты совсем забыл нас, – укорила меня Лао.

- Вот по этому поводу я и зашел. С просьбой разрешить мне снова жить у вас, – откровенно рассказал ей о своих планах и проблемах.

- Конечно, живи, места достаточно. Да и попробуй я отказать, Шина мне печенку выест, – указывает Лао на спускающуюся дочь. И что у неё изменилось в одежде? На мой взгляд, как было, так и есть. Но нужно что-то у неё похвалить, только не ошибиться.

- За что? Что случилось? – Шина расслышала только последнюю фразу.

- Дэни будет снова у нас жить. Ты рада?

- Да? – Шина попыталась сделать безразличное выражение лица, но не выдержала и рассмеялась. – Конечно, рада!

- У тебя красивые сережки, – попытался я сделать комплимент. Лао чуть покачала отрицательно головой и указала одними глазами куда-то ниже. Что там изменилось?

- Я их уже год ношу! А ты только заметил, – Шина разочарована. Что же еще? Опускаю взгляд ниже колен.

- Вау! Это настоящая татуировка? – по всей голени снизу вверх цветная татуировка дракона. Вот что она переодевала – короткую юбку вместо длинной.

- Конечно настоящая! – довольная девочка повернулась второй стороной. По второй голени такой же рисунок – Хочешь тебе сделаем такую?

- Нет, спасибо. Мне особые приметы не нужны. А можно потрогать? Он не кусается?

Шина выставила было вперед ногу, но взглянув на Лао резко убрала.

- Вам мужчинам только полапать!

- Ну вы тут без меня разберетесь! – Лао спрятав улыбку уходит. Шина, схватив меня за руку, потащила наверх.

- Я хочу сделать и на руках, выбрать не могу какую. Поможешь мне.

Вот не понимаю этого увлечения. Но попробуй, скажи, что мне не нравится!

- Вот. Я распечатала разные, – на столе куча вырезанных из бумаги изображений. Змеи, цветы, орнаменты. Перебираю их, раздумывая, как отговорить от идеи.

- Давай приложим, куда ты хочешь сделать? – Шина мигом стянула с себя кофточку и осталась в майке безрукавке. Мой взгляд невольно заморозился на выделяющихся острых холмиках.

- Эй! Ты куда смотришь! – взмах руки у лица снял наваждение. Беру по очереди вырезки, прикладываю к плечу Шины. Перебрав все, делаю задумчивый вид.

- Знаешь, на твоем месте я бы подождал. Вырастешь, вкусы изменятся. А выводить тату трудно. У тебя красивая кожа, зачем её портить?

- Ты совсем не разбираешься! – Шина сердито сгребла всю бумагу в кучу. В чем не разбираюсь, не уточнила. Натянула кофточку обратно – я вздохнул с облегчением. Но рано!

- Ты хотел погладить! – выставила вперед ногу, прижав край юбки у колена. Осторожно провожу двумя пальцами по цветной фигурке. Гладко, совершенно не ощущается границ.

- Хватит! Вам только дай волю! – отдернула ногу, уселась в кресло, закинув ногу на ногу. Покачивает, чтобы виден был рисунок. – Ты сегодня больше не пойдешь в монастырь?

- Пойду. Книги взять и одежду, – а сам раздумываю, не изменить ли решение. Боюсь, что Шина будет отвлекать меня от занятий. Рядом с ней невозможно на чем то сосредоточится. Да и потом будут перед глазами её ножки стоять, какая тогда медитация?

- Я с тобой! – Хочет монахам продемонстрировать тату? Её и за ворота не пустят!

Напрасно так о ней подумал. Вышла переодетой в длинную юбку почти до щиколотки. Идём вверх по улице к монастырю, даже за руки не держимся.

- Ты мне поможешь по физике? Мама сказала - ты хорошо её знаешь. – Что? Я два месяца как начал учить и лучше Шины знаю?

- Не уверен. Я на английском учу, а ты на китайском. И я всего за один год программу прошел.

- И у нас она только началась! А язык ты знаешь. Короче, договорились! – Вот так. Ставит перед фактом. Что будет, когда она узнает о моем отъезде?

Пока Шина зашла в храм, я собрал немногочисленные вещи. Проблема для меня будет с деньгами. Воровать мне теперь нельзя, а за работу не платят. С чем в Россию отправлюсь? С опытом? Бегаю теперь хорошо - пограничная собака не догонит. Драться умею, но сейчас больше учат - как избежать драки. Уклониться от боя и при этом чувствовать себя победителем. И не важно, что при этом думают окружающие.

- Ты готов? – Шина возвратилась из храма с Ченом.

- Да, убрать только осталось.

- Уберешь завтра, – позволил Чен послабление, – Иди сегодня отдохни. И смотри, не сделай такой глупости, как эта девица. Не то быстро вылетишь с монастыря!

Это он о тату? Нашла чем похвастать! Стоит покрасневшая теперь.

- От общих работ я тебя освобождаю. Завтра после завтрака занятия, потом поедем в город – покупать саженцы. Заодно тебе одежду посмотрим, твоя совсем износилась. И учебник русский поищем.

Разрешили бы мне самому «заработать», я бы не только на одежду раздобыл денег. Но увы. Это не христиане, где можно замолить грехи. Тут каждый камешек на весы падает. Перевесят плохие дела и отправят в следующей жизни в тело дауна. Будешь ходить, слюни пускать. Не то чтобы я верил, но по сути правильно.