— Да, я Роф. А ты леди Гвендолин.

— О, Боже, — сказала она. Должна ли была Гвен извиниться? Черт подери, нет. Чего он ожидал, сознательно обманывая ее?

— Нет, не Боже. Просто лидер тысячи или около того оборотней.

Гвен вновь уставилась на него. Высокомерный ублюдок. Лахлан тоже был их лидером, или Роф просто забыл об этом? И это был мужчина, который должен был стать ее парой? Возможный отец ее детей? Просто превосходно.

Ну, по крайней мере, он был красив. И, стоило признать, пах чертовски приятно, как и второй альфа стаи. Эти двое мужчин, буквально источающих сексуальность и заставляющих ее соски затвердеть, изо всех сил старались убедить Гвен, что связь с ними будет лучшей альтернативой, чем немедленное возвращение на самолете в США.

— Ну, думаю, тут я должна была бы сказать, что рада знакомству. Но ты, вероятно, догадываешься, что обстоятельства нашей встречи далеко не идеальны.

— Ничто в этом мире не идеально, — впервые на лице Рофа появилось серьезное выражение. — Мы находимся в состоянии войны. И хотя мне ненавистны обстоятельства, при которых ты сюда попала, я также рад, что мы, наконец-то, можем приступить к делу.

Дело. Секс был для него просто каким-то «делом».

— Да, это прекрасное деловое соглашение между нами тремя…

— Лахлан сказал, что ты согласилась на все, — сказал Роф.

— На все? Он мне так и не предоставил полного перечня. Я не знаю, что входит в это «все».

— Не важно. Я уверен, что ты выполнишь свою часть соглашения. Вот что важно. Но пока тебе нужно исцелиться. В ближайшие дни тебе понадобятся силы.

— К слову о ближайших днях, — сказала Гвен, — а в каком мы году?

— Полагаю, ты не в курсе. Сейчас 1348 год.

— Ну, конечно же, — Гвен слабо рассмеялась и коротко зевнула.

— Я осознаю, Гвендолин, что ты женщина из более современного мира. И тебе чужд наш образ жизни. Но теперь ты в моем времени. В моем королевстве. И тут все происходит так, как скажу я. Это понятно?

Гвен открыла рот, готовая запротестовать. Неужто Роф ожидает, что она начнет стирать его одежду и купать его?

— Все будет происходить как ты… и Лахлан… скажете, — произнесла она и с этими словами провалилась в сон.

На этот раз, когда Гвен очнулась, рядом сидел Лахлан.

— Они сказали мне, что ты уже просыпалась, — произнес он, склонившись вперед в кресле, которое поставил около кровати Гвен.

— Просыпалась. Я не была уверенна, не приснилось ли мне все это. Но все произошло на самом деле, да? — сказала она, вспоминая необыкновенную самоуверенность Рофа.

— Да, боюсь, что все более чем реально. Ну и что ты думаешь о нашем «лорде»? — его слова прозвучали вопросом, хотя Лахлану уже прекрасно был известен ответ.

Гвен сощурила глаза.

— А ты как думаешь? Он тот еще тип.

— Он такой и есть, — сказал оборотень, рассмеявшись. — Хотя он не совсем уж такой плохой.

— Но по большей части такой. Он ужасно похож на тебя. Вы родственники?

— Что-то вроде того, — Лахлан не собирался вдаваться в детали, впрочем, как и всегда. Вместо этого он продолжил: — В любом случае, он идеален для нашего клана. И вдвоем мы прекрасно управляем нашим миром.

— Хорошо, объясни-ка мне кое-что: как именно вы вдвоем управляете тут всем? Мне показалось, что Роф считает, будто руководит тут только он.

— Он альфа, лидер. Но какое-то время назад мы сошлись на турнире. Именно так в моем мире завоевывают свои позиции. Я вышел победителем.

— Ему это должно быть сильно не понравилось.

— Так и было. Но он благоразумен… иногда. Он принял мое, скажем так, превосходство на тот момент. Но у меня была задача, которую я должен был выполнить, и поэтому я не мог управлять стаей.

— Какая задача?

— Найти тебя.

При этих словах Гвен почувствовала, как волна тепла омыла ее. Лахлан на самом деле посвятил этому свою жизнь, а любовь, отразившаяся на его лице и звучащая в голосе, говорила о том, что делал это он не просто ради клана.

— А теперь, когда ты нашел меня? Все изменится?

— Возможно. Но пока, в интересах нашей общей цели, я оставлю все как есть.

— А ваша общая цель — я?

— Частично, — улыбнулся Лахлан. — Ты играешь важную роль в нашей битве. Но в конечном итоге мы хотим укрепить нашу стаю, чтобы обезопасить наши земли. Чтобы пресечь на корню возможную ненависть к нашему виду.

— Как мы это сделаем?

— Вынудив людей полюбить наш вид.

— Лахлан, ты вновь говоришь загадками, — сказала Гвен.

— Ты все поймешь в свое время, — Лахлан выглядел скорее задумчивым, чем игривым, словно разрабатывал в своей голове какую-то стратегию.

— Тем временем, полагаю, мне нужно спросить тебя об этом ритуале, который маячит у нас на горизонте, — сказала Гвен. Она ненавидела говорить об этом, как о чем-то неважном, словно о визите к стоматологу, а не исполнении фантазии, которая, казалось, преследовала Гвен всю ее жизнь.

— Когда ты поправишься, мы поговорим об этом, — сказал Лахлан. — Все, что ты должна знать сейчас, это что твое удобство и комфорт находятся на первом месте.

— А ничего, что тебе придется опять ждать? Я имею в виду, что ты и так очень долго ждал. Не могу поверить, что все эти годы ты искал меня.

— Я могу подождать еще немного, Гвен. Ожидание итак длилось бесконечно, как ты и говорила. Но я выжил.

— Лахлан, а сколько тебе лет?

— Ну, я не ужасно старый. Не по количеству лет, по крайней мере. Потому что благодаря своей способности путешествовать сквозь время я перепрыгнул через многие поколения, но я не древний, если ты спрашиваешь именно об этом.

— Но это не означает, что не прошло много времени, пока я ждал тебя. Я выполнил свой долг; нашел тебя и привел сюда. И я буду продолжать исполнять свой долг, — с этими словами Лахлан вновь склонился к ней. — Даря все удовольствие, что есть на земле, тебе. Порой моим языком. Порой моим членом, похороненным глубоко внутри тебя. Я заставлю тебя кончить тысячи раз, прежде чем устану, а затем еще в тысячи раз больше.

Гвен почувствовала знакомый холодок между своих ног, когда ее обнаженная плоть вновь стала такой влажной. Ее киска стала болезненно пульсировать, уже готовая для него. Почему она не могла заполучить Лахлана прямо сейчас?

— Я не могу ждать… — начала Гвен.

Но в эту секунду дверь открылась, и вошел Роф. 

— И как наша королевна чувствует себя этим утром? — спросил Роф. Его кольчуга исчезла, и теперь он был одет только в тонкую тунику поверх свободных штанов. Гвен могла разглядеть контуры его тела под одеждой. Как и Лахлан, он был большим и мускулистым, а его грудь была широкой и твердой.

— Королевна? — спросила она.

— Так в наших краях называют королеву, — ответил Лахлан.

— Эм. Я в порядке. Мне лучше. Спасибо, — сказала Гвен, посмотрев на Рофа, который просто снова поедал ее глазами. — Хотя я бы не отказалась от душа.

— Позволю себе не согласиться. Твое тело сейчас так потрясающе пахнет, — произнес Роф.

— Ну, это не означает, что я не чувствую себя неловко из-за этого, — бросила она.

— Мы проследим, чтобы служанка подготовила тебе ванну, — сказал Лахлан.

— Я вполне могу помыться сама. Я делала это почти что всю мою жизнь, — заметила Гвен.

— Это просто вопрос традиций… моя леди, — ответил Лахлан.

Гвен ему улыбнулась.

— Достаточно честно, — сказала она. — Прости. Я не привыкла к этому.

— Конечно, не привыкла, — с этими словами Лахлан коснулся ее щеки и развернулся, чтобы уйти. Гвен показалось, что она заметила, как Роф пристально посмотрел на него.

— Не сомневаюсь, что Лахлан рассказал тебе о том, как именно будет проходить ритуал, — сказал он после того, как его собрат по стае ушел.

— Не совсем. Только то, что вы оба будете в нем участвовать.

— Будем. И это все будет проходить на протяжении нескольких дней.