— Чего ты хочешь, Шивон? Я занят.

— Да, — сказала она с издевкой. — Конечно.

Сегодня он был не в настроении разбираться с ее надменным фуфлом. Краем глаза он увидел, как женщина с короткими светлыми волосами и дерзким задом, который едва прикрывала юбка, повела бедрами. Легкий доступ и меньше времени на раздевание. Их взгляды встретились, и она улыбнулась. Перспективно…

— Как получилось, что Ронан вдруг растворился в воздухе? — В ее тоне звучало обвинение, и Дженнер постарался не закатить глаза. Самка сходила с ума. — Он не отвечает на телефон, и никто не кажется очень уж любезен предоставить его местонахождение.

Ронан гулял сам по себе, взгляд Дженнера по-прежнему держался на блондинке в дальнем конце клуба.

— Тебе не приходило в голову, что, возможно, никто на самом деле не знает?

Шивон сузила глаза.

— Нет.

Пальцы блондинки заигрывали с волосами, задевая шею. Ее брови приподнялись в вопросе над блестящими голубыми глазами, когда она кивнула в заднюю часть клуба, где располагались туалеты. Приглашение? Дженнер кивнул. Черт, блядь, да.

— Где он, Дженнер?

Он снова посмотрел на Шивон и выдохнул:

— Понятия не имею. — Это была правда. Он подозревал, что Михаил знал, но если и так, он ничего не говорил.

Шивон изучила Дженнера, ее ноздри раздувались почти незаметно, когда она пробовала воздух. Она знала, что он говорил правду, и он надеялся, что она оставит его в покое и вернется в свой ковен на всю ночь. Потому что у него были дела получше, чем следить за ней.

— Не забывай, кто вытащил тебя из канавы и дал тебе дом, Дженнер. Ты должен мне, по крайней мере, немного верности. Он с тобой свяжется, если вообще заботится о сохранении своего бизнеса на плаву. Я хочу знать, когда он это сделает.

Это была правда, Шивон дала Дженнеру приют, когда он был никем. Место, которого он не заслуживал. И да, женщина познакомила его с Ронаном, с мужчиной, который изменил его жизнь. Но Дженнер принес клятву своему королю. Никакие прошлые клятвы этого не изменят.

— Я подозреваю, что Ронан позвонит, когда будет готов, и ему будет чертовски хорошо, — заметил Дженнер. — Не так уж много я могу сделать.

— Ты знаешь, я хорошо отношусь к друзьям. Но враги получат то, что заслуживают.

Если она думала, что пустые угрозы заставят его действовать, она ошибалась.

— Все знают это, Шивон.

Она улыбнулась, будто ей нравилось, чтобы ее репутация подтверждена.

— И в интересах дружбы… — ее взгляд прошелся к дальнему углу клуба. — Там оборотень на охоте. Я не уверена, следит он за мной или тобой. Я просто подумала, ты должен знать.

Дженнер думал, что тот мужчина пах мокрой собакой. Мужчина смотрел на них с интересом из своего темного угла, его поза была расслаблена.

— Спасибо за предупреждение.

В настоящее время было множество свободных концов, болтающихся на ветру, было трудно сказать, за кем мог прийти оборотень. Возрождение Сортиари, уже разворошило в городе осиное гнездо деятельности. Михаил хотел бы узнать об этом, неважно, за кем следил мужчина. Оборотни придерживались территории. Даже больше, чем вампиры. Если стая приехала в город, это могло иметь какое-то политическое влияние. Если мужчина был одиночкой — в том смысле, что без стаи — это могло быть даже хуже.

Мужчины без клятвы верности были опасны независимо от их убеждений.

— Я буду следить, — сказал Дженнер. — И держать ухо востро.

— Спасибо, Дженнер. — Он понятия не имел, подумала ли Шивон, что он говорил о Ронане или об оборотне, но Дженнера это не сильно волновало. И смирение, показывающее признательность, было столь же прозрачным, как пакет с зиплоком. Над головой Шивон, он наблюдал, как блондинка побежала к задней части клуба. Самое время для него отправить за ней.

— У тебя сегодня есть эскорт? — Шивон редко выходила одна, и хотя Дженнер знал, что она может позаботиться о себе сама, он не хотел бросать ее одну, на тот случай, если намерения оборотня не были так невинны.

— Со мной Карриг. — Ее прищуренный взор прошелся по Дженнеру, и лукавая улыбка заиграла на губах. — Спокойной ночи.

— Иди домой, Шивон. — Дженнер прошмыгнул мимо нее, стремясь облегчить боль, которая поселилась у него в горле, а также между ног. — Сегодня нет необходимости мутить проблемы.

Он не стал дожидаться ответа. Вместо этого, он позволил члену вести его через переполненный клуб, чтобы добраться до блондинки. Дверь в женский туалет распахнулась, и она скользнула внутрь, и Дженнер подхватил темп. Боги, в его горле полыхал чертов пожар. Его мошонка ощущалась так, будто кто-то схватил ее и крепко сжал. Бесконечное ощущение пустоты витало над ним, заполняя его отчаянием, от которого его сердце колотилось в груди, а желудок завязывался узлом.

Равнодушный к толпе женщин, крутящихся в пространстве, он рванул к двери. Он быстро глянул на блондинку и водрузил ее на столешницу с раковинами, его рот раздирало неистовое желание, поднимающееся по запаху крови во рту.

Крошечная юбка задралась на ее талию, когда она обвила ногами его торс, и Дженнер удобно устроился между ними, стон чистого облегчения зародился в его груди, когда его ладонь нашла ее гладкую и разогретую киску. Он перебрал пальцами короткие волоски, одернув голову назад и утопив клыки в ее горле.

Она кончила в одно мгновение, ее крики эхом отражались от кафельных стен, когда он пил из нее. Боги. Она уже кончила, едва он начал. И, несмотря на кровь, которая текла по его языку, гася огонь в горле, Дженнер знал, что его будет недостаточно, чтобы удовлетворить его. Это будет еще одна длинная ночь.

Холод, отличный от всего, что он когда-либо чувствовал раньше, бежал по телу Ронана. Когда замысловатая паутина нитями пронзила его мозг, сердце и даже легкие. Холод мчался по венам, кипение крови от клятвы верности казалось просто погружением в тропические воды по сравнению с этим. Рваный крик полный боли вырвался из горла, когда он упал на землю, спина выгнулась так, что он подумал, его позвоночник мог сломаться.

— Если ты думаешь, что я шучу, Хоакин, вперед.

Голос Найи был светочем в его замутненном болью разуме. Ее тон обещал смерть, и Ронан почти пожалел беднягу, которому были адресованы слова. Сила чистой энергии разбухала внутри Ронана, и он скрежетал зубами, пока не почувствовал, как его клыки прокололи нижнюю губу. Кровь полилась по губам, и он мог поклясться, что та застыла ледяной лентой. Боги, было такое ощущение, что ад был заперт в его теле, и если он не освободиться, то нахрен взорвется.

— Ронан? Ты меня слышишь? — Это было единственное, что он мог услышать. Центр всей его проклятой богами Вселенной. — Успокойся и постарайся сосредоточиться.

О, с сосредоточением у него было все в порядке. Ледяные осколки в настоящее время били копьем по печени. Коллектив вторгался в поток его сознания, увлекая его из настоящего. Приливная волна воспоминаний накрывала его, изображения супер-быстро мерцали, будто он несся сквозь время. Ронан схватился за грудь, когда пережил воспоминание — убийца, держащийся за серебряный кол и вбивающий его в сердце бедного вампира. Жажда крови вспыхнула в горле Ронана, когда он пережил первое кормление, после перехода.

— Ронан?

Голос Найи, словно удалялся, становился все тише, и паника охватила его. Он мотал головой из стороны в сторону, будто это как-то могло выбить державший его Коллектив. Для него не было убежища среди мертвых. Его спасение было прямо здесь, в настоящем.

С ней.

— Шивон. — Он не был уверен, что произнес слово вслух или нет. Его сознание закрутило в головокружительном мареве, голоса Коллектива скребли его психику. — Принадлежу. Ей. Я нарушаю обещание, Найя. Только ты. Нужна только ты.

Его мир погружался во тьму, и он боролся с ее соблазнительной тягой. Появилось видение, Дженнер шныряет по ночным клубам в поисках свежей вены, это вызвало приступ беспокойства в груди Ронана, и еще Клэр выразила обеспокоенность Михаилу. Король волновался за Дженнер; вампир, который не мог освоить контроль окажется вампиром с очень короткой продолжительностью жизни. Михаил волновался, что именно ему придется разобраться с Дженнером, если тот не сможет справиться с его похотью. Мир, который Ронан оставил позади, и мир, который лежал перед ним, был темной пустотой, которая неловкостью прошла через него.