Молчание Найи разожгло ярость Ронана. Действительно ли было столь позорно признавать, что она давала ему вену? Ряд сердитых испанских проклятий последовал, и Найя рванула вперед к кузине, выбравшись из хватки Ронана. Лус размахивала кинжалом для акцента, указывая им в сторону Ронана, пока продолжала кричать. Солнце скоро взойдет. Еще одна ночь впустую. Еще один день в бесполезном бессознательном состоянии.

Еще двадцать четыре часа жизни с этой проклятой темной силой в нем, медленно пытающейся вырваться из него.

— Хватит!

С учетом того, что он вырос с сестрой, Ронан знал, что борьба между женщинами не закончится, пока кто-то не прольет кровь, и Ронан не хотел играть роль рефери. Эта парочка немедленно остановилась и повернулась. Найя выглядела раздраженной, пока Лус удивленно улыбалась.

— Не показывай клыки, супер-серьезный-вампир. Это семейное дело. Prendé^[16]?

— О, я понимаю, — ответил Ронан. — И так как твое дело включает мою пару, я думаю, что твое дело включает и меня. Prendé?

Никто, кроме старейшин, не ставил Лус на место. Ронан не только отвел ее саркастический комментарий, но ему также удалось заткнуть ее несколькими скупыми словами. Впечатляет.

— Это должно питаться, Найя. — Просто потому, что Ронан уже заставил ее замолчать, не значило, что она все легко так спустит на тормоза. — И как только оно поглотит его, то перейдет к следующему этапу. Мы должны изгнать магию. Сейчас. Прежде чем она станет сильнее.

— Ты думаешь, я не знаю, Лус? — Холодок змеился по коже Найи, и она инстинктивно потянулась к Ронану, переплетая свои пальцы с его, будто это было самое естественное действие в мире. Пока они прикасались, она могла успокаивать его. Спокойствие держало магию в покое. — Но он не должен умирать. Никто не должен умирать. Мне просто нужно разобраться, найти способ, чтобы победить это в его игре.

— Магия не чувствует, Найя. — Она очень устала, что Лус относилась к ней так, будто ей было нужно учить природу магии. — Она не думает. Она не чувствует себя. Ты не сможешь обмануть ее. Это как огонь. Он потребляет и разрушает, если неправильно содержится.

Верно.

— Лус, иди домой.

— О, нет. Ни за что. — Лус покачала головой, так сильно, что было странно, что все еще держалась на шее. — Город просто кишит маленькими черными кошечками, ищущими тебя и твоего дружка.

Найя заливалась смехом, несмотря на все попытки оставаться стоиком.

— Точно. Мне нужно, чтобы кто-то вмешался. Если ты исчезнешь, Пол и Хоакин обратятся к Санти. Он в пещере, как казино в Лас-Вегасе в день сноса. Никто не может знать об этом месте, Лус.

— Санти не выдаст. Никоим образом он собирается настучать на тебя. У тебя есть план. Я вижу это в твоих глазах. Зная тебя, это рискованно и чересчур опасно. И ты балбеска, если думаешь, что я позволю тебе сделать что-нибудь в одиночку.

Ронан крепче сжал ее пальцы. Оуч.

— Она регулярно наплевательски относится к безопасности, не так ли?

— О, — издевалась Лус. — Ты не представляешь.

— Правда?

В задушенном ответе Ронана, Найя почувствовала, что ставила на кон свою жизнь во имя защиты невинных людей от опасной злой магии, и это не наполняло его гордостью и радостью.

— Я всегда в безопасности, — рявкнула в ответ Найя. Даже в самых безбашенных случаях, она следовала протоколу. — И перестань пытаться сменить тему. Все что мне нужно от тебя, чтобы ты придержала Пола и Хоакин, по крайней мере, на пару дней.

— На пару дней? — Если Лус выпучит глаза еще больше, то они вываляться из головы. — Мне повезет, если я смогу сдержать их на пару минут. Мы не живем в мегаполисе, Найя. Мы говорим о нескольких тысячах человек. Тот факт, что Пол не знает об этом доме — долбанное чудо.

Нет, если считать тот факт, что Найя наложила скрывающие чары на место.

— Он не найдет меня здесь. Но если ты разрушишь сеть, это выбросит красный флаг. Он послал тебя за мной, не так ли?

— Да, но он также направил девяносто процентов племени за тобой.

— Я не уйду. Воспользуйся Санти, чтобы затормозить его. — Лус вытащила телефон из кармана. — Еще лучше, я позабочусь об этом.

Прежде чем Найя смогла остановить ее, Лус уже говорила с Санти. Ронан застыл рядом Найей, и она повернулась к нему лицом. Присутствие Лус было буфером. Найе не нужно было беспокоиться о том, что она накинется на него, пока ее кузина был там, чтобы вмешаться. И что же, что про нее говорить, что ей на самом деле нужна дуэнья, чтобы удержать ее от нападения на Ронана, как сидящий на диете в комнате полной шоколадных тортов?

— Нам нужно поговорить.

Его строгое выражение лица заставило крошечных бабочек закружиться у нее в животе, и у женщины было такое чувство, что сейчас будет жопокопание. И на самом деле? Откуда у него такое право? Она была следопытом и охотником в течение многих десятилетий. Заботилась о себе, когда была еще девочкой. Жизнь Бороро не легка, учитывая любые средства и обязанности в рамках племени, которые не оставляли места для слабости. Она была способной, черт побери! Сильной. Ей не нужно, чтобы мужчина волновался или суетился над ней.

Она оставила Лус беседовать с Санти и повела Ронана в спальню. Она открыла рот, более чем готовая разразиться тирадой, когда он схватил ее за руки и притянул ее к своей широкой груди. Его губы скользнули по ее, мягким и открытым, довольный вздох вырвался из нее. Слишком много вампира для такой маленькой комнаты.

— Солнце восходит, — пробормотал он ее в рот. — И я хочу вкусить твои губы, прежде чем буду вынужден уснуть.

Слова, произнесенные с таким теплом, заставляли ее таять в его объятиях. Она снова поцеловала его.

— Я думала, что ты сердишься на меня.

— Ох, не делай ошибку. — Он отправился вниз по ее подбородку, опускаясь к горлу. Его клыки царапнули нежную кожу, и она вздрогнула. — Я на тебя сержусь. Но лучше, чем признавать мою ярость сейчас.

— Магия питается негативными эмоциями. — Голос Найи был низок, когда его язык метнулся наружу, пробуя жар ее горла.

— Так и есть. Я чувствую, как она поднимается, когда я злюсь.

— Предполагаю, это означает, что мне нужно держать тебя счастливым. — Это было неправильно, что она хотела его укуса? Мечтала о том безумном ощущении, которое смывало все мысли из мозга?

— Если ты хочешь, чтобы я был счастлив, не отсылай свою кузину.

Найя отстранилась и изучила его простодушное выражение лица.

— Ты не можешь быть серьезным.

— Если бы я прямо сейчас мог встретиться с этим Полом, я бы ему показал, как охотиться в одиночку. Принимать чью-то помощь — не доказывает, что ты слаба, Найя. Это показывает, что ты умна. Только дураки и герои в фильмах ужасов ходят в одиночку.

Она ощетинилась на подтекст в его словах.

— Боги, но ты своенравная женщина. — Ронан погладил ее по волосам и смахнул большим пальцем прядь на виске. — Я не говорю, что ты глупа. Просто обещай мне, что ты и шагу не сделаешь без кого-нибудь, прикрывающего твою спину.

Найя вздохнула.

— Ни за что.

— Я приму это за «да». — Ронан взял ее за руку и повел к кровати. — Полежи со мной, пока солнце не встанет.

Ронан был мужчиной, который не ожидал ничего, меньше, чем подчинения, и когда вел ее, то она просто следовала за ним. Найя не хотела этой нежности, мягких эмоций, которые призывали ее убрать барьеры. Связь, которая соединяла их, просочилось через ее холодную апатию, и, несмотря на усилия держать его в страхе, Ронан уже затесался не только в ее душу, но и в сердце.

Она легла на кровать, страивать на груди Ронана. Он положил одну руку на ее талию и прижался ртом к ее виску.

— Лус говорит твоему другу Санти, что она боится, что я собираюсь использовать тебя в качестве моего личного напитка, — сказал он с мягким смехом.