— Очков не хватает, вылитая училка-математичка. — Мы засмеялись.

Я впервые видел т. Машу в таком настроении. Она смеялась, шутила… Если что-то требовала, то таким тоном, что трудно было возразить.

— Вот так мы и пойдем к начальству. «Встречают по одежке, провожают по уму», — народная мудрость. Это раньше ты мог в джинсах, из которых месяц не вылезал, и в кожаной куртке, затертой до дыр, заявиться к начальству, это было нормально, а вот женщина позволить себе такого не может. Так что привыкай.

— Это мы еще посмотрим. Юбка мне не нравится, — я попытался высоко поднять колено, но юбка не дала этого сделать. — Уж сильно она заужена к низу, а задницу как обтягивает, вы считаете что это нормально?

Они одновременно отступили на шаг и осмотрели меня.

— Значит, сделаем вот так: а ну, расстегни вторую пуговицу на блузке, — сказала т Маша. — Верх можешь не одевать, тебе и так хорошо.

Я сделал, как она хотела. Она же подошла и слегка раздвинула ворот блузки и поправила воротничок.

— Вот так — нормально. Так ты не демонстрируешь свои прелести, но и не скрываешь их.

— Т. Маша, я даже и не думал, что…

— Конечно, ты меня считал за старую бабку, которая ничего не смыслит в одежде. А между прочим, не знаю, говорил тебе Дед или нет, я тоже работала в госбезопасности.

— Т. Маша, ну какая вы бабка, я не то имел в виду… Просто вот это, — я указал на ворот и потом провел по бедрам.

— А ты что, думал, я была ханжой? — засмеялась она.

— Нет… Оказывается сколько нового можно узнать о людях… — Мы засмеялись. — Мне кажется, что сережки лучше снять — они так выделяются! — или уши прикрыть.

— Не выдумывай. Все прекрасно смотрится. Ну вот и все, можно идти вниз. Скоро, наверное, Миша подъедет.

Но Миша уже давно подъехал, спокойно сидел на кухне и пил кофе.

— Здравствуйте, девушки, — увидев нас, он встал и поздоровался. — Мария Ивановна, я тут немножко похозяйничал. Услышал, что вы одеваетесь, и не стал торопить.

— Миша, перестань, ты же знаешь, что я всегда «за». Главное, чтобы ты голодным не был, — улыбнулась она. — Ну, допивай и можете ехать, наша девочка готова.

— Ты не спеши, я еще покурю, — произнес я и пошел к выходу, захватив по пути сумку. Вера пошла за мной.

— Ты надолго? — она обняла меня за талию.

— Не знаю… Верка, я что-то по тебе так соскучилась… Как будто сто лет не видела.

— Я тоже… — надув губы, произнесла она. — Тебе, кстати, так классно, ты кажешься такой серьезной и строгой, точно как училка.

— Согласна… Как приеду, сразу поедем домой, хорошо?

— Я жду тебя. Может, вызовем сегодня, ну пожалуйста…

— У меня другая идея есть… — улыбнулся я.

— Какая? А почему ты не хочешь вызвать мальчиков?

— Ревную… — улыбнулся я.

— Меня? К кому? — засмеялась она..

— Ко всем… — смеясь, ответил я.

— Мужлан, собственник… — она легонько толкнула меня пальчиком в нос и сделала обиженное лицо.

Я посмотрел на двери и, увидев, что никого нет, сказал:

— Верка, дай, я тебя поцелую.

— Нет, я помаду слижу тебе всю.

— Нечего страшного, у меня есть еще… — тихо произнес я с улыбкой, все ближе и ближе подаваясь к ее губам.

Но тут вышел Миша.

— Поедем, Алина Викторовна, вас ждут.

— Поехали, — мы двинулись к машине.

Он удивленно посмотрел на Веру, потом на меня.

— Все нормально, Миша, просто мы всегда так с сестрой прощаемся, — с улыбкой произнес я. — А ты что подумал?

— Вы неправильно поняли, я…

— Давай на ты…

— Согласен, — улыбнувшись, произнес он. — А это твоя сестра?

— Родная сестра, старшая.

— А что, еще и младшая есть?

— Есть.

— И такая же…

— Какая?

— Красивая, как и вы две?

— Миша, я смотрю, ты не только мастер хвосты рубить, но и по бабам… А ты женат?

— С такой работай женишься…

— А давай, тебя с Веркой познакомлю… поближе… Не пожалеешь!

Я завел этот разговор для того, чтобы снять все вопросы по поводу нашей ориентации. Ведь я понял, о чем он подумал, когда увидел нас вплотную прижавшимися, причем наши губы были в миллиметре друг от друга. И к тому же, когда он вошел, мы не отстранились, а спокойно посмотрели на него и разошлись. Мало ли, что он может сказать Деду. Хотя какая разница. Дед ведь знает про меня. Это, возможно, и к лучшему. Пусть лучше думает, что я по-прежнему тянусь к женскому полу, чем к мужскому. Тут меня ничего не смущало.

— А она захочет?

— В смысле захочет? А почему нет?

— Ну, я просто подумал…

— Вот я оказалась права: ты подумал, о чем и я подумала, что ты подумал… Ого сказала!!! — я мотнул головой и сделал удивленное лицо.

— Да ты не так поняла…

— Да все я поняла, не гони, мы нормальные… — засмеялся я, чем вызвал смех и у него. — Сам представь, стала бы я тут с тобой кокетничать.

У меня отчего-то поднялось настроение, может, от того, что почувствовал Верку рядом с собой. А я действительно все сильнее и сильнее привязывался к ней. Я даже начинал скучать, когда долго ее не видел. А когда встречал, вот как сегодня, мне так хотелось прижаться к ней, обнять. Но пугало одно: я хотел это сделать не как мужчина, а как женщина. У меня возникало именно женское желание. Я хотел быть с ней женщиной. Я чувствовал от нее какую-то защиту, мне с ней было спокойно и уютно. Вот это мне было непонятно.

Минут через десять мы въехали во двор большого особняка и, подъехав к крыльцу, остановились. Как только я вышел, ко мне подошел высокий мужчина.

— Просили проводить Вас, как только Вы приедете. Извините, но если есть оружие, оставьте его у меня.

— Пожалуйста, — я полез в сумку, достал пистолет и передал его ему.

— Пойдемте, — он проводил меня к веранде, пристроенной к трехэтажному дому, с видом на озеро и застекленную зеркальными стеклами. Даже дверь не сразу найдешь, если не знаешь. Все было в стекле.

Боковым зрением я поймал свое отражение. Мне оно даже понравилось. Ну так ничего, по деловому. Я даже начал сильнее тянуть ногу и старался ставить ее на одну линию, отчего почувствовал, что виляю задом. Это меня даже подзадорило, и я обратил внимание на осанку. Слегка расправил плечи.

«Нужно будет купить солнцезащитные очки на пол лица. Думаю, мне пойдут, — мелькнула мысль. — Черт, о чем я вообще думаю?.. Иду на ковер, а думаю о внешности… Вот сучкой становлюсь какой! Видимо, не зря говорят, что в каждом мужчине живет женщина. И только стоит ей дать волю, она сразу овладеет мужским разумом… Вообще, о чем я?» — это я думал, когда ждал, пока он доложит и выйдет.

— Алина Викторовна, генерал просит Вас подождать. Можете пока посидеть в беседке, — он указал в тень деревьев.

— Ну что же, если надо, то подождем.

Зачем я мог понадобиться? С Тереховым я близко знаком не был. Так, пересекались пару раз в Чечне, да в Югославии. Я знал, что он боевой офицер, имеет боевые награды, два ранения. Прошел Афган, Первую Чеченскую, участвовал в штурме Грозного; находясь в штабе одного из мотострелковых батальонов, взял командование на себя, когда все офицеры батальона были выбиты снайперами, а сам батальон попал в плотное кольцо окружения. Используя своих спецназовцев и оставшиеся силы, не больше роты, организовал дерзкую атаку там, где «чехи не ждали», и пробился к дому, который вот уже двое суток яростно защищала небольшая группа его коллег из ГРУ. Вот там мы и пересеклись в первый раз. Несколько суток мы совместно удерживали дом, который имел стратегическое значение. Но так и не дождавшись помощи, под покровом ночи прорвали кольцо и вышли к своим. Там он получил ранение, а я — контузию от взрыва гранаты.

Потом пересекались и во Вторую Чеченскую. Но он уже был генерал и находился как консультант. При нем я бил морду одному генералу из ГШ. И во многом благодаря его мнению меня не то что не посадили, а даже не уволили из армии. Но оставили «вечным» капитаном. Но это меня не огорчало.

Вспоминая те годы, я даже не заметил, как ко мне подошел охранник: