— Не застрелю, даю слово.

— Я могу вывести тебя через ворота.

— Нет, мы выходим по запасному. Кстати, куда он ведет? И где мы находимся?

— Мы в пригороде Дубая.

— Да? А что, Бахрейн тебе уже не нравится? В общем так, у меня нет времени, открывай сейф, — я закрыл ноутбук и прихватил его с собой. Правда, зачем, не знаю, видимо, привычка.

В сейфе обнаружился пистолет, которым Шах хотел воспользоваться, но, получив несильный удар по шее, свалился без сознания. Я же, воспользовавшись этим, быстро подтянул сбрую и одел черное длинное платье, прихваченное у служанки. Взял несколько пачек денег и засунул их в портфель к ноутбуку. Растолкал Шаха, вылив на него кувшин с водой.

— Я готов, — и подтолкнул его у черному проходу. — Кто еще знает про этот выход?

— Некоторые мои люди знают.

— Пошли, вперед, — я подтолкнул его.

Но он неожиданно набросился на меня. Схватившись за пистолет, он вывернул его у меня из руки, я же, запутавшись в одежде, потерял несколько секунд. Если бы он набросился на меня всем весом, то, скорее всего, я бы не справился. Но он начал переворачивать оружие, надеясь воспользоваться им, и громко крича при этом.

Пока я пытался сообразить, память уже дала команду мозгу, и, даже не обдумав действие, я нанес удар кулаком в кадык и тут же коленом в пах. Он, охнув, перестал кричать, согнулся и сразу же получил удар локтем в основание черепа. Это был смертельный удар. Но все же, подобрав пистолет, я произвел выстрел в голову. В комнату ворвался охранник и тут же получил пулю. Прислушавшись, я услышал внизу во дворе голоса, но все же подбежал к двери, закрыл ее на ключ, снял разгрузку с убитого охранника и бросился на лестницу запасного выхода. Закрыв при этом двери, осветил фонарем, который лежал на входе, замки. Не найдя блокировки, зажал гранату, найденную в разгрузке, и бросился бежать.

Отбежав с километр, я остановился. Бросив на пол автомат и разгрузку, я осветил стены. Найдя подходящее место, быстро установил растяжку. И, подобрав вещи, побежал дальше. Вскоре почувствовал, как заколыхался воздух, и до меня донесся грохот взрыва. Первая есть! Еще бы парочку установить, но времени нет. Ведь они могут и по верху добраться и ждать меня на выходе.

Вскоре я уперся в глухую стену и осветил все вокруг. Увидев веревку, потянул за нее и еле успел отскочить: сверху посыпались камни и песок, с грохотом упал лестничный марш. Да, ловушка, чуть бы зазевался, и прибило бы.

Я отошел метров на пятьсот, как появились фары, и послышался рев мотора. «Хорошо хоть, не барханы», — думал я, хотя по камням на каблуках тоже много не побегаешь. А до огней города еще километров пять. Прикинув расклад, я понял, что уйти не получится.

Джип остановился возле выхода. Я не видел, сколько там человек, и вообще не видел местность. Стояла непроглядная тьма: без фонаря не видно, куда наступать. Я услышал отдаленное эхо взрыва — сработала вторая ловушка. Ну что же, рискнем. Все равно не уйти, они быстро меня нагонят. Я включил фонарь и, оставив его на месте, стал передвигаться вправо. Я находился в низинке, поэтому мог двигаться пригнувшись. Они заметили свет, двигатель взревел, и машина рванула к фонарю.

Я видел только силуэты бегущих. Машина встала, водитель тоже вылез из машины, и они, растянувшись, начали обхватывать фонарь полукольцом. Практически я оказался у них в тылу, теперь дальний свет фар освещал их, делая меня невидимым. Я встал и пошел к машине. Найдя удобный камень, занял позицию. В тылу пока была тишина. Подобрав фонарь, они сгруппировались.

Пора! Взяв на прицел правого и прижав автомат к земле, я нажал на спуск и дал очередь на полмагазина, при этом еле удерживая АК-47. По округе разнесся грозный басовитый треск автомата. В свете фар я видел, как летят брызги, как их практически разрывает пулями. До них было метров 20. Кто-то успел залечь и дал ответную очередь.

Стреляет один, но при этом он меня не видит, а я его — вижу. Переведя флажок на одиночный, я прикинул расстояние и поправил прицел. Поймав его голову, плавно нажал спуск, раздался громкий басовитый выстрел. Где была голова, взметнулся фонтанчик. Готов! Я бросился к машине. Развернувшись, погнал по едва заметной колее. Вдруг в свете фар мелькнула развилка. Я не знал, в каком направлении нужно ехать, а какая дорога ведет к дому Шаха. Подумав, направился все же в сторону огней мегаполиса, которые виднелись внизу и постепенно поднимались вверх далеко от меня.

Вскоре я вообще сбился с дороги и двигался практически по камням. Огни то исчезали, превращаясь в огромное зарево в ночном небе, то вновь появлялись. Наконец, я увидел какие-то темные постройки, они темной массой вырисовывались на общем фоне. Но спуститься к ним я не мог: вдоль тянулся крутой обрыв. Проехав вдоль обрыва, вскоре я увидел огромную гладь залива. Ну, все, пора прощаться. Еще покрутившись и найдя обрыв, я спешился. Обшарив машину, нашел фонарь, автомат брать не стал, забрал только портфель с ноутбуком, повернул ключ зажигания. Машина, стоящая на передаче, несколько раз дернулась, завелась и медленно поехала к обрыву. Я услышал где-то далеко внизу грохот, а потом всплеск воды. Ну вот и разбирайтесь теперь, есть я там или нет.

Я развернулся и пошел искать, где можно спуститься. Стараясь не повредить ноги, спустился по крутому обрыву и углубился в узкие извилистые улочки трущоб. Мне нужно было уйти как можно дальше. Утром они блокируют весь район. Минут через двадцать быстрого шага я оказался на широкой улице. Прохожих вообще не было, но машины еще ездили, проехало несколько такси.

Я кое-как укутал голову и шею, оставив одно лицо, которое прикрыл платком с шеи, который, как я понимал, для этого и служил. Я не знал как быть: или ждать утра, или сейчас ловить такси. Ведь одинокая женщина ночью вызывает подозрения, и таксист обязательно запомнит меня в таком одеянии. Он, скорее всего, не запомнил бы меня, если бы я оделся вызывающе. Ночь как раз то время.

Я решил ждать утра. Естественно, утром они тут все прочешут. Но я смогу не выделяться из толпы. Я не знал всех тонкостей поведения женщин, но почему-то думал, что если я обращусь к какой-нибудь женщине и попрошу проводить меня, она не откажет. Вернувшись на темные улочки, я нашел укромный уголок и затаился. Но прикинув расклад, решил, что оставаться тут нельзя: скоро к ним может прибыть подкрепление, и они тут все обложат, а утром, если уже не ночью, подключат полицию, тогда шансов не будет вообще.

Нужно было уходить сейчас и как можно дальше. Только вот куда? В посольство? Нужно добираться до Абу-Даби, а туда идет одно шоссе. Я даже вспомнил номер: N 11 идет через всю территорию вдоль побережья. Это самый очевидный вариант, и наверняка они будут там пасти. И еще кто знает, как отреагируют в посольстве. Ведь было убийство, а значит я уже преступница и вне закона. Зачем им из-за какой-то девки, без рода и племени, портить отношения. Это не Российская прерогатива — выручать своих граждан за рубежом. Америкосы — те бы развернули военную операцию, ввели бы эскадру с авианосцем в залив. А наши хвосты прижмут и будут сидеть молча. Нет, этот вариант не прокатит.

В Бахрейне у меня жил хороший друг, вот до него бы добраться. Но это те же грабли: опять через всю страну. Оставались два варианта: это принять бой и погибнуть, а второй — уйти в Иран или Ирак. Саудовская Аравия и Оман не подходили, не люблю я пустыню, лучше уж горы. Хотя и туда нужно было как-то добираться. Тысяч за пять баксов можно нанять какой-нибудь катер или что-нибудь в этом роде. И за такие деньги меня доставят куда угодно.

Я решил уходить, пока не поздно. Но вот где я? В какой части города? Или это еще не Дубай, а только окрестности? Встал другой вопрос: как добираться до порта или гавани? Нужно угонять машину, но не зная точной дороги, можно уехать черт знает куда. Я помнил направление, откуда пришел, а там был залив, значит, надо возвращаться. И делать это пешком, ведь угнанная машина оставит след.