Затем до меня дошло.

Крови не было.

Я не видела на его теле, на его безупречной коже ни единого пулевого ранения. Он шагал, как будто вообще не замечая стрельбы по нему. Я осознала, что подалась вперёд и сидела уже на дальнем краю дивана, ближе всего к экрану, и на самом краешке подушки. Я прищурилась, всматриваясь в запись и пытаясь разглядеть, что происходит с пулями — то ли они летят мимо него, то ли проходят сквозь него, то ли…

Испаряются.

Они каким-то образом испарялись.

Я видела, как они одна за другой превращаются в дым прямо перед тем, как встретиться с его кожей.

Судя по полному отсутствию реакции у Юрия и Алексея, я вынуждена была предположить, что они это уже видели. Учитывая, что там показывалось, они, наверное, посмотрели это десятки раз.

Я хмуро покосилась на них, но Юрий заметил мой взгляд и нетерпеливо показал на экран.

— Смотрите, — настаивал он. — Вы должны это увидеть. Это важно… что происходит там.

Я смотрела.

…и смотрела.

И вот я уже не могла даже на секунду оторвать взгляд от происходившего на экране.

Я забыла про Юрия, Алексея, парня с медальоном.

Я забыла, где я находилась.

Я могла лишь смотреть, отвесив челюсть, как свет моего мужа, а затем и его тело, начали пульсировать и изменяться хаотичными волнами…

Я больше не отворачивалась, пока экран не потемнел.

***

Я посмотрела это ещё пять раз подряд.

После каждого просмотра я настаивала, чтобы они воспроизвели запись заново.

Возможно, я посмотрела бы ещё больше раз, но Юрий потерял терпение и жестом показал Алексею выключить проектор, чтобы мы трое могли поговорить.

Обернувшись через плечо на остальную часть комнаты, я впервые осознала, что охранники оставили нас одних.

Когда Юрий прочистил горло, я повернулась.

Прежде чем он успел заговорить, я засыпала их обоих вопросами.

Я потребовала, чтобы мне показали ещё больше новостных репортажей, записей с беспилотников, фотографий, все имевшиеся у них сведения о том, как Блэк в конечном счёте выбрался из здания. Я потребовала, чтобы мне дали увидеть или выслушать всю информацию о текущем местоположении Блэка, о том, что армия и Чарльз делали с ним, ранили ли они Блэка, планировали ли использовать против него экстремальное оружие…

Вскоре Юрий опять потерял терпение.

— Мы покажем вам больше, конечно, — произнёс он своим голосом с сильным акцентом. — Но теперь вы видите, почему мы не могли легко ответить на ваши вопросы? Блэк был в заключении… потом это случилось. Мы требуем ответов, если вы можете их дать нам…

— Ответов?

Я тупо уставилась на них обоих.

Затем расхохоталась.

— Какие же «ответы» я должна вам дать? — спросила я. — Вы думаете, я прежде видела подобное? Может, вы думаете, что Блэк делал такое в Сан-Франциско для забавы… время от времени превращался в двухсотфутового дракона… забавы ради? И никто не заметил? Может, вы думаете, что я и мой муж-дракон гуляли в парке Золотые Ворота, прогуливались по Маркет-стрит и Пирсу 39? Может, заглядывали в ресторанчик за хорошим эспрессо и пастой в Норд-Бич по дороге домой?

Юрия мой сарказм не смутил.

Сложив толстые ладони поверх выдающегося живота там, где кожаная куртка распахивалась поверх узорчатой рубашки, он наградил меня хмурым взглядом, как непослушного ребёнка.

— Он может превратиться обратно в человека? — прямо спросил он.

И снова я издала сдавленный смешок.

— Откуда мне знать, бл*дь?

— Он никогда не делал подобного прежде? — настойчиво спросил Юрий. — Никогда? Даже в месте, где это не видели? Тот остров? В каком-то месте, где ваши солдаты-видящие могли стереть воспоминания, что это случалось?

— Нет, — холодно произнесла я.

— Не на том острове? — повторил Юрий, не сдаваясь. — Вы уверены? Мы думали, что может, это настоящая причина, по которой ваша команда перебраться туда. Мы уловили иронию в названии острова… Остров Дракона. Мы думали, может, это место выбрано из-за отсутствия спутниковых записей, как средство поэкспериментировать с этой новой его способностью…

— Нет, — произнесла я с ещё большим неверием. — Мы отправились туда, чтобы убраться от Чарльза.

— Возможно ли, что он просто не сказал вам?

— Нет, — я покачала головой, но постаралась больше не отпускать едких комментариев. — Мы с Блэком не разлучались, пока были на том острове. Поверьте мне… я бы заметила.

— То есть, ничего странного там не случилось? На острове Мангаан? — Юрий взглянул на Алексея, затем на меня, и поджал мясистые губы. — Нам говорить иначе. Странные энергетические сигнатуры. Ещё более странная сейсмическая активность, которая случилась там. Не говоря уж о мёртвых телах, которые нашли тайские власти после вашего отъезда. Они скрыли это всё от СМИ, да, но у нас есть контакты в той части света, и…

Я уже качала головой.

— Нет, — сказала я. — Это было… сложно. Там была группа людей, которая жила на том острове как бы изолированным культом, — сглотнув, я отмахнулась от этого, наверняка неубедительно. — Они типа… совершили массовое самоубийство. Вампиры к этому причастны. Но Блэк не превращался физически в дракона.

Двое русских, должно быть, уловили мою уклончивость.

Когда я перевела на них взгляд, они смотрели на меня со слегка более довольными взглядами на лицах.

— Объясните, — бескомпромиссно потребовал Юрий.

Я наградила его тяжёлым взглядом.

— Нет, — произнесла я таким же непоколебимым тоном.

В тех молочно-голубых глазах вспыхнула злость.

— Вы объясните это… — начал русский.

Но Алексей перебил его взмахом руки.

— …У вас не было указаний, что такое может быть возможным? — спросил молодой мафиози, бросив на Юрия предостерегающий взгляд. — Вообще никаких идей? Никаких признаков, что он может иметь способности в этом отношении? Вещи в нём, которые позволяли ему физически трансформироваться?

Я повернулась, посмотрев на него.

Молодой, более привлекательный русский подвинулся так, чтобы тоже сесть на краю дивана. Его тёмные глаза изучали меня ещё напряжённое, чем взгляд Юрия.

— …Ничто в его, ну… — Алексей сделал неопределённый жест рукой. — Его видящести. Ничего не указывало, что такое может быть возможно?

— Нет, — парировала я. — Никакая часть его «видящести» не указывала, что он может превратиться в чёртова дракона. Я понятия не имела, что физические трансформации любого рода вообще возможны. И я сильно сомневаюсь, что кто-то из нашей команды об этом догадывался.

Заставив себя сделать вдох, я провела одной из закованных рук по своим волосам и поморщилась от напоминания, какими грязными и сальными они были.

Посмотрев обратно на Алексея, я заставила свой тон посуроветь.

— Меня обучал каждый видящий в нашей команде, — я посмотрела на них двоих. — Мне рассказывали многое из истории видящих… и многое об их биологии, культуре, религии, праве, наборах навыков. Ни разу во всём этом я не слышала мифа, слуха, да даже ни единого анекдота о том, что видящий способен превратиться в другое живое существо. Я никогда не слышала мифов о такой способности… а они немало рассказывали мне о редких навыках.

— Которые включали? — терпеливо подтолкнул Алексей.

Я наградила его очередным тяжёлым взглядом.

— Вот уж точно не оборотничество.

Алексея, похоже, мой ответ не смутил.

Я продолжила прежде, чем он сумел заговорить.

— Могу сказать вам вот что, — произнесла я. — Судя по тому, что они мне рассказывали, я практически гарантирую, что каждый видящий в нашей команде сейчас пребывает в шоке и пытается понять, как такое вообще возможно…

— Он ваш супруг, — перебил Алексей, нахмурившись и сжав ладони между своих коленей. — Предположительно вы знаете о нём вещи, которых не знают другие?

Помедлив в ответ на моё молчание, он добавил:

— Что вы думаете?

Я хмуро уставилась на него.

— О чём?

— О том, что это? О том, может ли он превращаться туда и обратно… между человеком и животным? Между этой формой и другими возможными формами?

— Я не имею ни малейшего представления, — сказала я, вскидывая свои закованные руки. — Говорю вам, для меня это так же ново, как и для вас. Если вы ищете какое-то руководство по использованию «драконства» моего мужа, то вы ищете его не в том месте.

Воцарилось молчание.

В это время Юрий и Алексей переглянулись меж собой.

Я понимала, что этот разговор их раздражает.

Более того, они мне не верили.

На самом деле, они были правы, что не верили мне — как минимум от и до.

Не то чтобы я врала… не совсем.

Юрий вновь повернулся ко мне, и его грубоватый голос сильно окрасился акцентом.

— Мы хотели прежде обратиться к вам и вашему мужу, — сказал русский. — Мы надеялись найти некое взаимное согласование между вашими людьми и нашими. Здесь ходит сильный слух, что вы и ваш муж противитесь Чарльзу. Что вы можете образовать союз с вампирами для этого. Что у вас видящие сбежали от Чарльза в ваш лагерь…

— Да, — сказала я, глядя ему в лицо. — И слух, как же. Вы явно наблюдали за нами, как наблюдали и за Счастливчиком, иначе вы не знали бы, где мы находились на той горе. Или что мы собирались под землю, чтобы встретиться с вампирами…

Юрий отмахнулся от меня, снова нахмурившись, но явно признавая мои слова.

— Смысл в том, что мы тоже можем быть союзниками. Как и вампиры…

— Похитив меня? — рявкнула я. — Оставив меня в долбаной цементной камере на недели? Вы думаете, это удачный способ подружиться со мной и моим мужем?

Юрий наградил меня суровым взглядом этих молочно-голубых глаз.

Этот взгляд сообщил мне кое-что новое.

Во-первых, он не привык, чтобы его перебивали. Во-вторых, и, как я подозревала, что более важно, ему не нравилось, что его перебивала женщина — и без разницы, кто там её муж.

В-третьих, он привык, что люди куда сильнее его боятся.

— Теперь вы нам сказать? — спросил Юрий, с трудом сдерживая злость и пренебрежительно показывая в мою сторону. — Раз уж мы отринули вежливость, то да, у нас есть люди в вашем лагере. Мы знаем факты, не только догадки. Мы знаем, что происходит в Сан-Франциско последние недели. Так скажите нам, миссис Блэк.