Лев Израилевич Квин

Было — не было

Было — не было (с илл.) i_001.png

Было — не было

Совершенно невероятная история, происшедшая с двумя закадычными друзьями не в далекие сказочные времена, а в наши дни, и достоверно записанная с их собственных слов

Львом Квином,

с его краткими пояснениями и толкованиями, без единой капли выдумки

Предисловие?

Нет!

Предисловия

никакого

не будет.

Почему!

Да потому, что я знаю; ребята не любят читать ПРЕДИСЛОВИЯ. Им бы скорей добраться до самого СЛОВИЯ: необычайных происшествий, веселых приключений, дух захватывающих похождений…

А тут еще какое-то предисловие! Да не станут его ребята читать, хоть как их заманивай.

Хоть так:

ОБЯЗАТЕЛЬНО ПРОЧИТАЙТЕ!

Или так:

ЭТО ОЧЕНЬ ВАЖНО!

Или так:

НУ, РЕБЯТКИ, НУ, ПРОЧИТАЙТЕ, НУ, ЧТО ВАМ СТОИТ!

Или даже так:

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО!

Все равно предисловия, хоть самого что ни на есть секретного, никто читать не станет. Поэтому

предисловия

никакого

не будет!

Все, о чем следовало бы сказать в предисловии, я сообщу по ходу самой повести.

А чтобы вам, ребята, легче было разобраться, где эти кусочки ненаписанного предисловия, они будут стоять вот так, столбиком справа.

Тогда, кто сильно спешит и читает книги через пятое на десятое, сможет их пропустить — они будут сразу видны. Только предупреждаю заранее: пропускать не стоит!

Почему!

Этого я не скажу. Прочитаете — узнаете сами…

Ну, хватит! Пора начинать невероятную историю.

Ведь предисловия

никакого

нет!

Четыре встречи, немного странные, но отнюдь не невероятные

С мамой…

Наша невероятная история началась самым обычным образом.

Самый обычный, ничем не примечательный человек по имени Гешка, по фамилии Ромашов, по школьному Ромашка, возвращался домой после уроков. На затылке кепчонка, на носу ссадина, на указательном пальце правой руки — портфель. Самый обычный ободранный портфель с густо намотанной бечевкой вместо бывшей ручки. В портфеле — видавшие виды учебники, тетради, одна авторучка без колпачка, два полусжеванных карандаша и шесть с половиной бумажных голубей; седьмой Гешка не успел доделать — прозвучал звонок.

А еще в портфеле была двойка по русскому. Самая обычная, ничем не выдающаяся двойка. За «карову» и «сабаку».

В голове у Гешки бродили мысли. Самые будничные мальчишечьи мысли.

Хорошо бы двойку из дневника изъять…

Хорошо бы в космос слетать ненадолго и открыть там мирок-другой…

Хорошо бы марки объемные раздобыть на зависть всем школьным коллекционерам…

А лучше всего заболеть ветрянкой дней этак на десять. Или гриппом. Да, да, гриппом — говорил же папа, что в школе на Западном поселке, где он директором, вспышка какой-то новой формы гриппа: не то А с плюсом, не то Б с минусом.

Или нет, не ветрянкой, не гриппом, а какой-нибудь такой болезнью, чтобы в школу нельзя, а на чердак можно и даже нужно, если хочешь поскорей выздороветь. Да, именно на чердак, потому что там, на чердаке…

— Гешка!.. ГЕШКА!.. ГЕШ-КА!!!

Вот теперь он услышал. Когда вся улица обернулась и посмотрела в его сторону.

Мама!

Запыхалась, покраснела. То ли от быстрой ходьбы, то ли от того, что неудобно ей бежать вслед и кричать так громко.

— Уже домой? Что-то рано.

— Нас отпустили, Анна Семеновна заболела… Ой, мам, я так есть хочу! — затараторил Гешка. — Бабушка уже сварила обед? На второе пельмени, да?

Отвлекающий маневр не удался.

— Что получил сегодня?

Гешка ничего не ответил, лишь потупился и тяжко вздохнул.

— Так! Ясно! Давай сюда! — Мама отобрала у него портфель, вытащила дневник. — Опять по русскому? Ну, Гешка, ну, Гешка!

— Придирается… — безнадежно проныл Гешка, не поднимая глаз. — Другим так ничего…

Но мама не слушала.

— А хламу-то, хламу!

Ее быстрые руки потрошили портфель. Полетели в урну шесть с половиной голубей, два недоеденных карандаша. Гешка встревожился. Сейчас она доберется, сейчас…

— А это что? — Мама извлекла из недр портфеля потрепанную книжицу со странного вида креслом на обложке.

Добралась!

— «Машина времени», писателя Герберта Уэллса. — Он судорожно сглотнул и добавил торопливо: — Не моя, Саньки Зубавина.

— Опять за фантастику! Дома запретили, так теперь на уроках читаешь? Все, больше ее до каникул не увидишь! — Мама положила книжку к себе в сумку.

— Отдай, отдай! — Теперь, когда непоправимое уже случилось, Гешка вдруг ощутил прилив отчаянной храбрости. — Ну и не отдавай! Я и так все наизусть помню. Не веришь? — Он стал в позу, выпятив грудь и расставив в стороны локти. — «Освещенная трепетавшим пламенем лампы, приземистая, безобразная и погнувшаяся, перед нами, несомненно, находилась та же самая машина времени, сделанная из бронзы, черного дерева, слоновой кости и прозрачного блестящего кварца»…

— О-о! — простонала мама.

Курносая девчонка, пробегавшая мимо со стаканом сметаны в руке, вдруг затормозила так, что каблуки, шоркнув по асфальту, выбили искру.

Гешке не понравилось:

— Что уставилась? ТЮЗ тебе здесь, да?

Ответа он не дождался. Мама схватила его за руку и молча поволокла за собой.

Сзади с раскрытым ртом бежала все та же курносая девчонка, оставляя за собой на тротуаре сметанный ручеек. К нему, держа на весу ободранный хвост, уже несся со всех ног черный кот Бармалей, известный всей улице забияка и вор.

Гешка ничего этого не замечал. Он обреченно тащился за мамой. Ближайшее будущее представлялось в самом мрачном свете. Громоздились багрово-черные тучи, яростно полыхали молнии, гремели раскаты родительского гнева…

С бабушкой…

Гешка вышел из подъезда, осмотрелся по сторонам.

Двор был почти пуст, если не считать двух малышей-карандашей и их дедушки. Малыши копались в песочнице, возводя кривобокий сказочный замок, а дедушка стоял рядом, опираясь на палку, и зычным уверенным голосом подавал команды по строительству.

Нет, эти не опасны.

Гешка юркнул обратно в подъезд и уже через секунду появился снова с круглым, накрытым тряпкой предметом в руках. Домой он за ним явно не поднимался — для этого потребовалось бы гораздо больше времени. Видно, таинственный предмет стоял, дожидаясь, за дверью подъезда.

Почему же Гешка не вынес его сразу?

И что это за предмет?

Держа неудобную ношу впереди себя в вытянутых руках, Гешка тенью скользнул вдоль стены дома к соседнему подъезду. Но, не дойдя нескольких шагов, внезапно резко повернул обратно.

Было — не было (с илл.) i_002.png

Поздно!

Бабушка, правда, еще только входила во двор, и, будь у нее нормальное человеческое зрение, Гешка вполне мог бы уйти незамеченным. Но бабушка страдала дальнозоркостью, почти ничего не видела вблизи, зато на расстоянии укрыться от нее не было никакой возможности.

Вот и сейчас орлиные бабушкины глаза засекли Гешку побыстрее самого совершенного электронного прибора.

— Гешечка! — пропела она, направляясь в его сторону. — Внучочек! Что это у тебя там?

— Где?

Гешка сознательно тянул время. Что ей сказать? Он лихорадочно перебирал в уме вариант за вариантом.

Воры украли, а он гнался, отбил?.. Не поверит!

Обнаружил брак и понес в магазин обменивать?.. Не поверит!

Нужно что-нибудь такое — с учебой, с учителями…

Между тем, как Гешка ни вертелся, бабушке все-таки удалось заглянуть под тряпку.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: