— Спасибо. – в том, что никакой Последней битвы в нашем мире уже быть не может, я с ним полностью согласен. – Битвы не будет, но пробудится ли Грум, если ритуал проведен верно?

— Любопытный нюанс. – Нумерис посмотрел на меня с интересом. – Даже слуг Служителей, видимо, хорошо учат в ваших монастырях... Если легенды и мифы о божественном Волке – не простые сказки и элемент словесного фольклора, а подобное реально было... И Волк-Камень не просто отдаленно похож на окаменевшего волка, а истинное место заточения Грума, то... Может и пробудится, но для чего его будить, он же не просто так называется зверем?.. Городу от этого только хуже будет. Да и я слышал, в вашем отряде Твебург навестила та, чей Лик Буреносная Ифито! Так что можешь не переживать, пока вы здесь, будить Волка, даже если его и правда можно разбудить, – плохая идея. – Он рассмеялся и приложился к бокалу.

Рассказ Нумериса меня немного успокоил, а то подумалось вдруг, а не Грум ли является нашей Задачей? Но логика мне подсказывает, что битва с божественным зверем как-то чрезмерно круто для Задания, полученного в новолуние. Но с другой стороны, мне больше не приходило в голову, для чего мы здесь тогда? Надеюсь, что записи старого настоятеля все же прольют свет на эту загадку...

Вернулся в таверну уже после заката, застав рассказ амазонки о том, какая все-таки классная, понимающая и мудрая женщина – хозяйка Клеши. Что ни один из нас не стоит и ноготка с её мизинчика. По внешнему виду Буреносной, по её жестам, мимике и характерному запаху, шедшему от неё, было ясно, что она нагрузилась по самые брови. Гунны, как и я, терпеливо дослушали восхваления Ифито в адрес хозяйки таверны, затем дождались её ухода и только затем приступили к обсуждению того, что удалось узнать за сегодня.

Байкеры сегодня не теряли времени даром и все же смогли выяснить, зачем был вызван отряд Служителей в Твебург. Судя по найденным письмам, вызов служил двум целям. Первая, успокоить народ присутствием в городе Истребителей, и вторая, сопроводить юношу по имени Ворат, избранника Борна, в ближайший монастырь Ордена для прохождения обучения на Служителя. Из письма следовало, что юноша потерял всю родню, местные его не любят и обвиняют в том, что он не совершал. Так как жизни в Твебурге ему не будет, он пожелал встать на путь Служения, а подобный, со столь “перспективным Ликом”, рекрут будет очень кстати Ордену. В задачи отряда должно было входить: успокоить людей, провести пару показательных рейдов по окрестностям, в основном около Волк-Камня (карта прилагается). А затем сопроводить Вората мимо дорожных патрулей, закрывших окрестности города от беженцев и эпидемии, в ближайший монастырь Ордена.

Так же среди бумаг нашлось и рекомендательное письмо на Вората. В нем паренек описывался исключительно в положительных тонах: ответственный, смелый, способный преодолевать трудности и прочее, недостаток указывался только один – нелюдим. В письме упоминался и такой нюанс, что юноша отказался идти один в монастырь, так как не знал заражен он или нет. Он не желал случайно заразить кого-то, если сам болен или является переносчиком болезни. Намек настоятеля читался между строк достаточно легко, доставив Вората в монастырь, необходимо было провести его Аркой, чтобы избавить от болезни, если та у него была. Жрец был уверен, что для будущего Служителя ТриЕдиный точно снизойдет своей благодатью. С моей точки зрения – очень спорная уверенность, но не мне его судить.

Так как мы все равно точно не могли понять, в чем же заключается наше Задание, то на завтра решили вновь разделить усилия. Гунны будут искать любую информацию о Ворате в надежде определить, где он может скрываться, а я буду копать в направлении пророчества о пробуждении Гурма, расспрашивая местных. От Ифито на этом этапе нашего Поиска, с учетом её неожиданного загула, толку не было ни малейшего, надежда была только на то, что если вдруг дойдет до боя, хмель ей не помешает.

Утром, сославшись на то, что занят по поручению Служителей, отбрехался от пытавшейся навязать мне работу Клеши и сбежал в город. Заглянул в казармы, якобы в поисках вина для своих “господ”. Затем зашел к доктору, где помог немного, ненавязчиво расспрашивая о семье Вората. Особенно меня интересовал вопрос их собственности, есть ли у данной семьи иные дома кроме известного на весь город особняка Ломнера. Этот особняк заколотили, и никто к нему не подходил уже давно. Так как парня искали и егеря с собаками, то можно было утверждать, что он не прячется в этом доме. К тому же стражники проговорились, что видели, как после похорон настоятеля Крон сбежал из города. Увы, но мастер Гит ничего не знал о собственности купца вне городских стен. Расспросив об этом, сказал, что Служители попросили, если конечно у уважаемого доктора будет время, собрать как можно больше информации о пророчестве ветеров о Последнем Годе и о Волке, в частности. Нумерис обещал зайти вечером, если конечно не случится какого-нибудь срочного вызова, и рассказать все, что знает по этому вопросу. Потом вернулся к постоялому двору и заглянул в конюшни, которые сейчас скорее можно было назвать псарней, где поговорил с лесничими.

Что меня удивило, так это то, что совершенно ни от кого не скрываясь, егеря перебирали лечебные травы, коих в углу конюшни валялось без малого пару вместительных мешков. Судя по всему, то что они собрали у фургона, они сюда и принесли, а не отдали муниципалитету или доктору. Заметив мой взгляд, эти суровые мужики только усмехнулись, заявив, что жизнь научила разбираться в травах ничуть не хуже любого знахаря, а римскому эскулапу они ни на грош не доверяют, как и многие другие ветеры. Я тут же сказал, что зря, так как Нумерис мне показался человеком крепко знающим свое дело. На что Ером, огрызнулся:

— Для него всегда в первую голову римляне, а мы все не более чем презренные варвары...

Мне так совершенно не показалось при общении с врачом, но переубедить егерей не вышло. Впрочем, я и не сильно старался, меня сейчас интересовал совсем иной вопрос. Немного подумав и не став ходить вокруг да около, спросил прямо, где может скрываться Ворат? Как оказалось, много где. У его отца было поместье километрах в семи на север от города, а также пара охотничьих домиков в том же направлении, но глубже в лес. Впрочем, они тут же упомянули, что поместья уже нет, так как его сожгли местные крестьяне, уверенные, что за нападением волков на их живность стоит именно мальчишка-оборотень. И вообще, по их заверениям, этому Ворату лучше никому на глаза не попадаться, ибо народ сейчас озлобленный, чуть что сразу за вилы хватается. Пока Ером мне это рассказывал, Олаф – старший лесничий сходил за котлом на кухню, набрал в него воду и поставил его греться на походную печь. Судя по тем травам, что он использовал, они собирались варить укрепляющее зелье. Надо признать, их рецепт совсем немного отличался от того, который применял Нумерис, лесники и правда разбирались в травах. Вызвался им помочь и в награду получил еще толику информации. По словам Олафа, искать Вората в охотничьих домиках его отца – затея глупая, они все же не настолько далеко от усадьбы, чтобы местные туда не заглянули, и скорее всего те тоже сожжены. Зато, если ему не изменяет память, у деда Вората по материнской линии была маленькая сторожка на берегу одного лесного озера часах в трех ходьбы от города на запад. Вот там паренька поискать имело смысл, так как об этом месте никто не знает в городе, он и то вспомнил о нем только после моего вопроса, а он все же служит егерем много лет и все окрестности знает превосходно. Это уже было похоже на реальную зацепку. Потому как если мальчишка, а назвать мужчиной пятнадцатилетнего у меня язык не поворачивался, не имеет никакого отношения к нападениям волчьей стаи, то вряд ли он рискнет ночевать один в лесу в такое время. Ему понадобится хоть какое-то укрытие, и мало кому известная сторожка подходила на эту роль как нельзя лучше. Хорошо, что лесники были обучены чтению карт, я попросил нарисовать путь от города до сторожки и через небольшое время, принеся Олафу пергамент и письменный уголек, получил желаемое.