С течением времени в воображении христианского населения Англии, Франции, Германии, Австрии и Италии ростовщичество тесно связалось с образом еврея. Такое представление в сознании христианских масс оказалось для евреев чреватым опасными последствиями. Денежные ссуды являлись, однако, необходимостью в экономике той эпохи; сам по себе факт, что евреям вновь было дано право селиться в городах, откуда их столь недавно изгнали "навсегда", доказывает, насколько экономика нуждалась в услугах еврейских заимодавцев.
Ссудные операции были, таким образом, неотъемлемой частью средневековой экономики Европы. В условиях средневекового общества и при том положении, которое занимали в нем евреи, эти операции были сосредоточены, главным образом, в их руках и, хотя они были сопряжены с немалым риском, в общем приносили большие прибыли. Вполне естественно, это приводило к антагонизму между евреями и окружающей их средой и усиливало озлобленность и чувство вражды, раздуваемые религиозным фанатизмом и передававшиеся из поколения в поколение.
Наряду с религиозной нетерпимостью и этот антагонизм в немалой степени содействовал разгулу погромов в XIII - XIV вв., а образ еврея-ростовщика, неумолимо требующего уплаты долга; еще много лет спустя продолжал волновать воображение людей в христианских странах. Этот образ с необычайным художественным мастерством был запечатлен Шекспиром в лице одного из героев его драмы "Венецианский купец". Знаменателен, однако, тот факт, что образ Шейлока впервые появился на сцене тогда, когда в Англии уже несколько сот лет не было ни одного еврея.
{322} Короли, епископы и феодальные князья охотно пользовались услугами евреев в качестве заимодавцев. Евреи платили королевской казне тяжелые подати, которые намного превышали налоги, вносившиеся другими горожанами. Когда казна сильно нуждалась в деньгах, она тотчас же облагала евреев добавочными поборами или же попросту грабила их и расхищала их имущество. Предоставленный евреям торг деньгами стал таким образом удобным средством пополнения казны христианских феодальных владык.
Папа Иннокентий III утверждал в одном из своих посланий, что некоторые князья сами стыдятся давать деньги в рост, вместо этого они привлекают евреев в свои города и деревни и назначают их агентами по взиманию лихвы. О том, насколько еврейские заимодавцы были важны для королевских властей даже во враждебных евреям условиях, созданных католической церковью в западноевропейских странах, свидетельствует их положение в Англии.
Английское королевство было - по понятиям того времени - с административной точки зрения гораздо более передовым, чем другие страны Западной Европы, но в нем эксплуатация евреев королевской казной была доведена до крайности. Короли находили, что следуемые евреям долги причитаются, по существу, им самим.
Когда в 1190 г. начались нападения на евреев, английские королевские власти пришли к убеждению, что они приносят вред казне. Если убивали еврея и грабили его дом, то долговые расписки, находившиеся в его сундуках, терялись, как и все его добро, и "законный" наследник убитого, его повелитель - король не знал, с кого взимать долг. Поэтому в 6-7 центральных городах были установлены специальные "сейфы", к которым были приставлены "хранители" - двое почетных евреев и двое почетных христиан. Каждое долговое обязательство выдавалось еврею в двух экземплярах. Евреев заставляли приносить присягу, что они будут передавать все имеющиеся в их руках векселя в эти хранилища. Один экземпляр сдавался в королевское хранилище, а второй оставался у еврея. Для того, чтобы достать копию такого {323} долгового обязательства из хранилища, требовалось специальное разрешение кредитора. Таким образом, король имел отныне возможность следить за финансовыми операциями, и во время погромов ему не грозили денежные потери: он взыскивал долги на основании находившихся в хранилище копий.
В XIII в. непомерное вымогательство королей довело евреев Англии до полного обнищания. Христианские хронисты отмечают настоятельные просьбы руководителей еврейских общин о разрешении покинуть Англию.
В конце XII в. в Англии появились итальянцы, занимавшиеся ростовщичеством. Очевидно, в связи с этим король постановил в 1275 г. в "уставе о евреях" начать проведение в жизнь старых церковных правил и запретить им ссужение денег под проценты. Им было разрешено, однако, арендовать сроком на 15 лет земельные участки для обработки, а также заниматься торговлей и ремеслами. Целью этого закона было реабилитировать королевскую власть в глазах церкви.
Евреи, однако, не были в состоянии извлечь из него какую-либо пользу: переселение из города в христианскую деревню в условиях того времени было возможно лишь с переходом в христианство. Ремесленники не принимали их в свои цехи, а для занятия торговлей не были приняты меры обеспечения еврейским купцам минимальной защиты от постоянно угрожавших им опасностей. Когда выяснилась несостоятельность предложенной королем реформы, многих евреев стали обвинять в "обрезывании монет", т. е. в уменьшении количества содержащегося в них драгоценного металла, и предавать их за это смертной казни. Положение евреев в Англии стало совершенно невыносимым. В 1290 г. король предпринял последний шаг и издал приказ изгнать всех евреев из страны. Согласно имеющимся данным, около 16 тысяч евреев покинуло Англию и направилось во Францию и Германию. С той поры и вплоть до 1655 г. на Британских островах не находилось ни одного еврея.
Давление церкви и фиктивные реформы, вроде "устава о евреях" в Англии, не могли изменить их положения в {324} Северной и Центральной Европе. Однако экономическое развитие стран Центральной Европы открыло новые горизонты для коммерческой деятельности. В XV в. в Южной Германии, в Богемии и Моравии, евреи стали заниматься виноторговлей в сельских областях. Таким образом, часть изгнанных из западных стран евреев рассеялась по небольшим немецким городкам и селам. Они стали заниматься посредничеством, главным образом, в оптовой торговле, принимавшей все большие размеры. Немецкие города росли и развивались. Крупные купцы перестали лично заниматься поиском товаров, а важнейшие производители сельскохозяйственных продуктов, как, например, монастыри, ждали подходящих покупателей. Поселившиеся в сельских областях евреи получили возможность завязать сношения с обладателями сельскохозяйственных излишков - монастырями, помещиками и крестьянами используя свое знание городских рынков. Евреи скупали лен, шерсть и другое сырье и перепродавали их городским оптовикам.