707

К сожалению, несмотря на старанья, не удалось собрать сведений о книжке Аммосова, ни о процессе составления этой книжки, ни о самом составителе. Из рецензии на книгу, появившейся в «Современнике» (том 96, 1863 год, № 6, стр. 318), узнаем, что составитель книги —некий г-н Аммосов, «имя которого встречалось под двумя или тремя убогими стихотворениями». Почему именно Аммосов был близок к Данзасу, в шестидесятых годах уже отставному генерал-майору, жившему только на пенсию, в бедности, и в какой мере можно считать авторизованной запись Аммосова — вопросы, на которые не можем дать ответа. Во всяком случае, повторяем, книга вышла в 63 году. Данзас умер в 70 году, и за семилетний период он не выступил в печати ни с какими замечаниями по поводу неправильностей и неточностей воспроизведения его воспоминаний. Один из слушателей Данзаса в 1840 году Фридрих Боденштедт, впоследствии известный переводчик русских писателей, а в то время учитель в семье кн. Голицыных в Никольском под Москвой, в своих воспоминаниях передает существенное из рассказа Данзаса, «произведшего на него сильное впечатление» (Erinnerungen aus meinem Leben von Friedrich Bodenstedt; 2-te Auflage. Berlin, 1888, В. 1, S. 161-178). При ближайшем рассмотрении записи Боденштедта оказывается, что он, воспроизводя свои воспоминания, пользовался книгой Аммосова, очевидно, в целях уточнения своих воспоминаний, и перевел на немецкий язык все существенное из этой книги, приложив к переводу и французские тексты дуэльных документов, появившиеся в 1863 году в книге Аммосова. Таким образом, мы лишены возможности путем сравнения записи Боденштедта и записи Аммосова восстановить общий источник — подлинный рассказ Данзаса.

Отметим для целей пушкиноведения не вошедшие в научный оборот фактические данные как в помянутой рецензии «Современника», так и в воспоминаниях Ф. Боденштедта. В рецензии — две подробности: 1) «Автором пасквиля Пушкин подозревал Геккерена-отца «по сходству почерка» и, как мы слышали, еще потому, что некоторые из читавших записки признавали, что они писались на той самой бумаге, которая употреблялась в голландском посольстве» (стр. 318) и 2) «Мы слышали, что ген. Д4нзас видел в ту ночь во сне, что Пушкин умер, и сам спешил к нему, чтобы узнать, не случилось ли с ним что-нибудь» (стр. 323). Из воспоминаний Боденштедта даем характеристику барона Луи Геккерена: «Случай свел меня со старым бароном Геккереном в середине шестидесятых годов, в Вене, куда я прибыл на несколько недель из Мюнхена, вскоре после смерти короля Максимилиана; я встретил его у баварского посланника графа Брея, которому я нанес визит, но наша встреча была крайне непродолжительной: самый звук моего имени, произнесенного при представлении, казалось, отпугивал старого грешника, которому, как это я узнал позже от графа Брея, не осталось неизвестным мое упоминание о нем в предисловии к моему переводу Пушкина. Мне, однако, было очень любопытно посмотреть на него. Он держал себя с той непринужденностью, которая обыкновенно вызывается

богатством и высоким положением, и его высокой, худой и узкоплечей фигуре нельзя было отказать в известной ловкости. Он носил темный сюртук, застегнутый до самой его худой шеи. Сзади он мог показаться седым квакером, но достаточно было заглянуть ему в лицо, еще довольно свежее, несмотря на седину редких волос, чтобы убедиться в том, что перед вами прожженный жуир. Он не представлял собой приятного зрелища с бегающими глазами и окаменевшими чертами лица. Весь облик тщательно застегнутого на все пуговицы дипломата, причинившего такие бедствия своим интриганством и болтливостью, производил каучукообразной подвижностью самое отталкивающее впечатление. Духовное ничтожество Геккерена явствует из письма, написанного им Пушкину незадолго до дуэли между этим последним и его приемным сыном» (стр. 169^-170).

¹ Русский архив, 1895, т. II, 325.

² См. выше, стр. 266—267.

708

Русский архив, 1895, т. II, стр. 204. К ссылке Долгорукова на родственников Пушкина добавим еще свидетельство дочери Пушкина графини Н. А. Меренберг о том, что мать ее, Наталья Николаевна, считала авторами подметных писем Долгорукова в первую очередь, а Гагарина во вторую. См. «Новые материалы о дуэли Пушкина», назв. соч., стр. 128—129.

709

Госуд. Публ. библиотека. Бумаги В. Ф. Одоевского, сборник N° 15, журнал 1859-1864 гг.

710

Бумаги Одоевского в Госуд. Публ. библиотеке, сборник N° 85: 1) л. 36—37 (57—58) — автограф, первая редакция; 2) л. 38—42 (378—382) — перебеленная копия, вторая редакция. П. Н. Сакулин цитировал отрывок об отношениях Пушкина к Одоевскому по первой редакции, опустив место о Долгорукове. См. П. Н. Сакулин. Из истории русского идеализма. Кн. В. Ф. Одоевский. Т. 1, ч. 2. М., 1913, стр. 322.

711

В собственноручном черновике Одоевский изложил начало статьи так: «В журнале, выходящем за границею и трудно здесь находимом, „Будущность", есть статья, где объявляется во всеуслышание, что я предан низкопоклонству, чрезмерному любочестию, безделью...»

712

В черн.: «Доныне сколько известно, по части литературы этот господин практиковался лишь в писании анонимных, подметных писем»

713

В черновике: «Брань такого человека не стоит даже презрения; кто меня знает, тому избранный им род порицания покажется довольно странным. Что же касается до того, потрудился ли я в жизни, как я трудился, был ли мой труд полезным или бесполезным, — не мое дело судить. Но в статье этого господина есть клевета другого рода, более положительная; он рассказывает о моих сношениях с Пушкиным и с Д. В. Дашковым. Оба анекдота — клевета; ей, конечно, не поверит никто»...

714

Один из соотечественников наших напечатал книжку, наделавшую много шума: "La verite sur le proces du prince Pierre Dolgoroukow”. Враги наши и французское правительство беснуются против этой книжки.

J1. П. Блюммер напечатал любопытный разбор процесса кн. Долгорукова с кн. Воронцовым. (Прим. Долгорукова.)

715

За границей неприятели Долгорукова выпустили литографию, на которой князь был изображен в больничной шапочке с ослиными ушами и с орденом

716

Герцен, т. XIX, стр. 200.

717

Воспоминания Н. А. Тучковой-Огаревой, 1903, стр. 164.

718

Герцен, XVI, 102; XX, 117, 274.

719

Герцен, т. XXI, стр. 315, 15, 17, 89.

720

См. выше, стр. 328.

721

С выходом настоящей работы теряют свое значение напечатанные мной статьи в журналах «Мйнувшие дни» (No 1), «Огонек» (Ns 42, 1917 г.) и газете «Вечерняя Москва» за 13 и 14 октября 1917 г.

' Из документов, подвергнутых экспертизе и перечисленных в протоколе, факсимилированы следующие: N° 1—факсимиле 5; N° 2 —факсимиле 6; N° 3 —

факсимиле 9; N° 4 —факсимиле 7; N° 5—факсимиле 2 (русск.) и 3 (франц.); N° 6 —факсимиле 4; N° 8 —факсимиле 1; N° 13—факсимиле И; N° 14—факсимиле 12; N° 15 —факсимиле 10. Упоминаемые дальше в протоколе документы факсимилированные указываются по номеру факсимиле, кратко: Факс. N° ... Документы невоспроизведенные упоминаются под тем номером, которым они отмечены в протоколе, кратко: докум. N° ...