— Тише. Тише. Ты среди своих.

Возвращал раненого в реальность. Вокруг царила блаженная тишина. Не такая, как в горах. А успокаивающая и блаженная. Лишь не навящевые звуки сверчков и потрескивание рядом горевшего костра. Посмотрев за спину еще удерживающего его эпскотца, увидел низкие кроны деревьев. Скрывающие небосвод своей пышной и густой листвой. Справа горел костер, над которым жарил мясо Гирн. Тут же сидел Роствуд. И все они были живыми и невредимыми.

— Вроде жив, раз дергается — Роствуд смотрел на раненого друга.

— Жив, жив — с хрипом отозвался русич, и боль пронзило все его тело.

— Да видим, что жив. Только если и дальше будешь так трепыхаться, то это будет под сомнением. — Скор отпустил его и подсел ближе к костру, вдыхая аромат, жаренного мяса.

— Что случилось?

Каждое слово отзывалось болью в груди и бедрах. Голова закружилась. Пришлось снова положить ее на прохладную траву. И теперь он не видел своих.

— Отдыхай и поменьше болтай. А мы тебе расскажем что случилось. Сейчас еще поесть будет — начал Скор. — После того как ты остановился мы честно тебе скажу не сразу это заметили. Уж больно сильно старались не испачкать штаны свои. Словно какой-то ужас овладел нами.

— Но все же вы вернулись…

— Молчи, я тебе сказал! — Рыком вернул слово себе Скор. — Да вернулись. Но ты уже почти валялся без сознания. Беспомощный, у ног этих тварей. И тут появился я.

— Ну да. После моего броска копья — вставил свое слово Гирн. Переворачивая мясо, что бы, оно не сгорело. Заодно своей фразой сбивая спесь с друга.

— Ну да. После твоего броска — согласился эпскотец. — В общем, пока я рубил этих тварей направо и лево. Эти двое взвалили тебя в седло и увезли.

— Да я особо и не горел желанием приближаться к этим страшилищем. От них воняло и уж больно они были уродливыми. Да и лошади еле-еле слушались. Того и гляди были готовы сигануть в пропасть от страха. Поэтому смело уступил геройское место Скору.

Арног усмехнулся, слыша голос Роствуда. И его объяснение, почему не он рубил головы древнему ужасу.

— Да. Да конечно — нарочно легко согласился Скор со словами англичанина. — Ну, пока я ложил этих бестий десятками они взвалили тебя в седло и вот мы уже мчимся со всей опоры и вдруг оказываемся у склона гор. Вылетаем, прямо в какую то чудесную долину. Полную зелени и журчащих ручьев. Могу поклясться, что даже лошади успокоились и мчались словно налегке. Правда, мы их все равно загнали. Но еще там в этой долине были прям из земли, растущие красивые кристаллы.

— А я могу поклясться, что видел, как эти кристаллы словно стеной вырастали за нашими спинами. Не давая тем тварям преследовать нас.

— Не знаю Гирн. Не видел честно. — Сознался Скор не желая спорить. Видимо это тема раньше уже была развита у них и к общему согласию они не пришли. Каждый остался при своем мнение.

— Сколько времени прошло. И где мы?

— Сутки прошли. Мы как можно дальше ушли от гор. Пока как я уже говорил наши кони не пали.

— Держи — Гирн протянул русичу свежее только-только зажаренное мясо. — Не далеко от нашей стоянки есть деревня. Мы видели дымок в той стороне. И речка тут близка возле нее наверняка и стоит селение. Как бы не обстояли дела, а нам придется заехать туда.

— Зачем? — Удивился русич, откусывая горячее мясо с кости и чувствуя с каждым проглоченным куском все больше голод.

— Одежда. Да и твои раны нужно хорошенько обработать. Я и ни кто из нас не знает, что с ними делать. Перевязали на скорую руку, промыли от чего можно. А там может, тебя на ноги поставят — не сдавался Гирн.

— Но это же деревня мракцев. А значит там полно псов.

— Я знаю Арног. Но бросать мы тебя не собираемся а, у тебя может скоро начаться жар и того еще хуже. Воспаление и гной. Если мы пойдем вдвоем. Я и Роствуд — уточнил германец. — Да еще в доспехах псов. Может что-то и получится.

В ответ лишь грозное, бормотания Арнога. Проглатывая целиком, последний кусок мяса и приподнявшись на один локоть, привел свои доводы. — Не знания языка, это только малая проблема. Есть еще множества других причин, почему ваш план обречен на провал.

— Девочки! — Радостно воскликнул англичанин.

Но на него ни кто не обратил внимания. Скор же попросту, переводил взгляд с Арнога на Гирна. И обратно.

— Я понимаю. Там могут быть и солдаты и вообще неизвестно как отреагируют на нас местные жители — опережал опасения Арнога и высказывал их первым. Тут уже вмешался эпскотец.

— Может нам взять Арнога с собой. Вид раненого разжалобит их.

— Девчонки! — Снова подал голос Роствуд. И снова остался без внимания.

— Ага, или наоборот вид раненого придаст им сил, и они захотят взять бывших рабов в плен. К тем более, совсем недавно было восстание рабов.

— Тут можно много говорить за и против. Важно только одно. Ты ранен и тебе нужен лекарь. Хочешь ты этого или нет.

На эти слова Арног лишь нахмурился и тело, словно соглашаясь с германцем заныло. Слабость вселялась в каждую конечность, заставляя сына кузнеца, вновь ложится на траву.

— А может они просто затянуться сами и все обойдется стороной — все же бросил на последок русич и повисла тишина.

— Еще одна причина, это одежда. Доспехи конечно хорошо скрывают все. Но сколько не мойся, залезать в вонючею защиту мне надоело — не унимался в свою очередь сторонник похода в селение.

— Тогда почему бы все это не своровать ночью?

— Ты упертый Арног — покачал головой Гирн. — Ты знаешь, что надо воровать, что бы помочь тебе? Или какую одежду красть, что бы, она не разошлась на тебе же по швам при первой нагрузке?

Тишина.

Девчонки!! — Громче прозвучало слово. На этот раз все повернулись к Роствуду. И тому пришлось объяснять, хотя, по его растерянности он уже и не рассчитывал на это. — Ну, подойдем к ним, когда они будут стирать у реки. Найдем общий язык на речи тел. Сразу одежда и… — пауза. — И они нас вымоют своими нежными ручками.

Даже без ответов друзья улеглись спать там, где сидели или лежали. Оставив Роствуда наедине со своими фантазиями.

— Ну, хорошо. С тем, что вымоют нас, я перегнул. Но ведь наткнутся на красавиц один лучше, чем на сердобольных селян. Да и шансов больше поговорить жестами тел… — оглядевшись, он увидел, что его ни кто не слушает. — Ну и хрен с вами. Подежурю первым. Повезло Арногу. Дежурить не придется. — Слышалось затихающие бормотание недовольного англичанина.

Ночной лес наполнялся звуками. Стрекотание насекомых, щебетание птиц. Шорохи. Здесь все словно говорило, отвлекись от того что пришлось пережить тебе. Забудь все плохое и наслаждайся уединением с природой. Лес жил своей жизнью и ему мало было дело до четырех путников. Которые, в свою очередь отдыхали, укрывшись за листвой душой и телом. Ночные звери так же мало обращали внимания, спеша по своим делам.

Сова, перелетевшая на ветку ближе к друзьям, лишь скользнула равнодушным взглядом и принялась дальше высматривать свое пропитание. Ухнув, чем напугала Роствуда. Расправила крылья и устремилась к своей жертве.

— Проклятая тварь! — В сердце выругался дежуривший. Одно удовольствие сидеть одному, когда другие спят. Думал он. Костер был сразу потушен. Все-таки не на одной из дружественных стран они находились.

Пялясь в темноту заметил, как мимо лениво не боясь проходил силуэт животного. Крупного. Тьма плотно сжималось туманом среди стволов деревьев. Видимость была очень слабая. Зверь шел не спеша. Не таясь и не боясь. И даже остановился, когда Роствуд заерзал на земле глядя в его сторону. Два желтых зрачка с любопытством разглядывали человека. Постепенно удаляясь.

Оглядевшись. Убедился, что все спят и ни кто вокруг больше не шастает. Роствуд с удовольствием вытянул ноги, положив копье, и прислонился спиной к стволу дерева, посмотрев вверх. Листья деревьев качались на легком ветерке. Создавая монотонный не большой шум, который и не сразу расслышишь. Хорошо холод, царивший в горах, тут сильно не ощущался. — Хорошо — мечтательно произнес англичанин на своем родном языке и прикрыл на пару секунд глаза. Наслаждаясь звуками новой обстановки. Но порыв ветра и приглушенные где то далекие голоса, нарушавшие спокойствия леса заставили его открыть глаза и напрячься. Глаза уже различают свет факелов вдали. Мелькание света среди деревьев. Слишком далеко, что бы сосчитать, сколько их и разглядеть кто именно. Идут не на их лагерь. Шумно, не скрываясь Роствуд мигом подкрался к ближайшему спящему. — Вставай огромная обезьяна. Вставай же. Да тихо только ты!