— Да уж. Она была куда спокойнее, когда лежала без сознания. Мы разбудили зверя, сильнее и страшнее чем тех, что мы встретили в горах. — Оба заулыбались и в один голос сказали. — Женщины.

— Ладно, я дрыхнуть. Свою смену я давно отдежурил, так что пусть другие дежурят. — Роствуд стянул доспехи. Разделся до повязки. И в таком виде положил новую одежду под голову, тут же уснул.

— Эх, любишь ты поспать засранец — улыбался Арног глядя на брата. Запах новой мази, которая травница покрывала зашитые раны лез в ноздри. Он посмотрел на нее, но девушка была слишком увлечена шитьем. И не обращала на него ни какого внимания. Тело расслабилось, не смотря на боль от уколов и когда края раны стягивались. Сказывалась усталость и постоянное напряжение. И тут он услышал, как она начала что-то напевать себе по нос. Темнота обступила его со всех сторон и впервые за долгое время, ему приснился сон.

Отец. Брат. Работа в кузнице и застава-деревня где он жил счастливой жизнью. И что самое главное его друзья были рядом. Все было словно днем под яркими лучами солнца. Но небо было черное. Черное, черное бездонное и безграничное море.

Он проснулся сам. Открыл медленно глаза. Было темно и тихо. Глаза стали привыкать, и он смог различить тело Роствуда развалившегося на полу. Видимо она и на нем постаралась, усмехнулся про себя Арног. Увидев, что свежие перевязки есть и на его друге. Ощутив голод, он нащупал то, что ему принесли и принялся за еду. Насытившись, а точнее сметя все, он попытался подняться. Тело напряглось, и он ощутил тугую перевязку. Раны начали зудеть, но, не смотря на легкий жар, чувствовал себя прекрасно.

Поднявшись, направился к выходу. Раскрыв ставни по пути и наслаждался хлынувшим внутрь влажным воздухом. Звук воды напомнил ему, что не плохо было бы обмыться от грязи, что налипла на тело за все время. Дверь со скрипом отварилась. Босые ноги ощутили прохладный песок, и легкая дрожь прошла по телу. В лунном свете его друзья сидели на коротких табуретках с Тартом и пытались общаться с помощью жестов.

— Старец не приходил? — Спросил он, приближаясь к воде.

— Нет — ответил. Скор не отрывая взгляда от жестикулирующего Тарта. Русич даже не стал разглядывать, что пытался сказать им селянин. Зайдя в реку по колено, он стал обмывать ноги. И хоть вода была прохладной, он сразу ощутил «чистую» кожу. — Странно — размышлял он вслух. — Значит, наши будущие жертвы не объявились. Да и сам старейшина не приходил за нашим ответом.

— Пока вы спасли. Мы послали Тарта с нашим ответом. На ломаном языке он передал слова старика. — Услышал русич за спиной голос Гирна. — Кое-как, но поняли, что селяне еще спорят насчет нас. Видимо их хорошо потрепали. Еще не много и более половины станет мертвой.

— Но не все — закончил за него русич. — И Тарт в их числе.

Сгибаясь, он ощутил, как натягивается перевязка и зуд стал сильнее. Руки по локоть опустились в прохладную воду. И стараясь не мочить раны. Стал смывать всю пыль, грязь с себя.

— А то — радостно воскликнул Скор. — Он молодец. Хоть и пес. Я его даже обучил пару приемов обращение с его игрушечным копьем. С нами хочет биться.

— Не сомневаюсь. Рала обработала ваши раны?

— Да хорошая девушка. Строгая, но хорошая. Ушла давно. Тянула за собой парня. Но тот отстоял свое право остаться. Даже поскандалили. Забавно выглядело.

— Да уж — буркнул Арног. Брызнул пару раз себе водой в лицо и стал размачивать свои длинные черные волосы. Которые уже превратились в сосульки. — Хорошо — бодро восхищался он, выпрямляясь. Ощущая, как растертая кожа слегка горит. — Ну, теперь и нужду не грех справить. Услышал позади себя плеск и с ним поравнялся Скор. — Напомнил мне просто — бросил он, расслабляясь в реку. — Что думаешь?

— Не знаю. Завтра надо наведаться в деревню и все равно, что там смог он их уговорить или нет. Тридцать человек это не десять. Надо осмотреться. Я видел, когда шли сюда, что защиты ни какой. Пусть они хоть с палками. Навалятся все сразу, задавят.

— Это бывшие селяне. Многие могут убежать сразу, как только получат наглядный пример нашей жажды крови.

— Еще неизвестно чего они боятся и чего хотят больше. Смерти от рук тех дезертиров или вернутся к нормальной жизни.

Это мы узнаем только когда столкнемся с ними. Жалеть я все равно их не собираюсь — равнодушно бросил Скор. — Так что, думаю у них при встречи с нами появится новый страх. Мы!

Арног улыбнулся. — Странно руки чешутся. Все-таки я еще не могу свыкнуться с мыслью, что мирно находимся рядом с псами. Умом понимаю, что они не враги. Что обычные люди, которых полно на моей родине. Не таких слабаков конечно. — Скор хохотнул. — Ну, все же внутри что-то копошиться.

— Я думаю, все мы чувствуем это — одна из шести рук легла на плечо русича. — Я думаю, все чувствуем себя странно. Но знаю, что поступаем правильно. Словно Захвар дает мне эту уверенность.

— Ну, если ваш бог говорит с тобой. Тогда я спокоен — с довольной улыбкой Арног стал выбираться на берег.

— Ты куда?

— Пойду, попробую отскрести грязь с моих доспех, да и может вонь станет меньше. — Ответил русич, проходя мимо Гирна.

— Можешь не торопиться — остановил он его. — За нас это сделали другие.

Довольный Скор, вышел на берег и сел на место. Русич удивился и обернулся к друзьям. — Не понял.

— Сейчас попробую объяснять — хохотнул эпскотец и Гирн тоже улыбнулся. — Когда Гирн хотел тоже заняться доспехами, то Тарт сделал такие жесты. Он взял вначале доспехи у него. Сам опустил его в воду. Затем вытащил, потер. Отдал обратно. Указал на деревню и поднес свои руки к груди и словно потрогал сиськи. Тарт внимательно следил за рассказом Скора и в конце энергично закивал, повторяя последние жесты «потрагивая груди».

— Что же… И чем же заняться тога? Что-то я еще больше стал чувствовать себя не в той тарелки.

— Отдыхай — бросил Гирн. — Тебе надо восстановиться успеть. Не сильно-то старайся бегать.

— Хм… Пойду посплю тогда — сплюнул Арног и зашел в домик.

Новое пробуждение было еще легче. Словно силы возвращались к нему с каждой секундой после того как он открыл глаза. Потянувшись, осмотрелся. В домике он был один. Рядом с ним лежала целая рыба. Кусок вяленного мяса. В деревянной миске, какая то вкусно пахнущая похлебка. То, что она выглядела лучше рабских харчей, было уже большим плюсом. Так же рядом была аккуратно сложена чистая одежда. Оружие, очищенное от грязи и крови было рядом. Доспех не было. От мысли, что его меч и копье кто-то трогал, внутри толчками стал подниматься гнев. И где все, какого черта они допускают такое.

Поднявшись с легким стоном, еще раз огляделся и принялся одеваться. И только в этот момент заметил небольшие кровавые пятна. Видимо во сне ворочался, отмахнулся он в голове. Одежда была чуть тесновата и сковывала движения. Но была легкой и дышала. Перекусив, и быстро вышел наружу. Где было достаточно шумно. Свет отразившись от воды, резанул по глазам. Прикрыв их рукой, быстро привык к свету и спустился к шумной толпе.

Около трех девушек отдраивали их доспехи в реке. Живо переговариваясь между собой. Смеясь и иногда кидая взгляды на друзей. Их совершенно не стесняло присутствие чужаков. Между домов он заметил натянутые жилы и сплетённые из водорослей веревки. На которых уже сушились, часть комплектов брони. Заметив Скора и Гирна поспешил к ним. Тарт тоже был тут. Могучая скала показывала ему приемы с копьем и мечом. Оглядываясь, заметил не большую группу мужиков, что держалась чуть поодаль. И периодически что-то закидывая в реку. Роствуда нигде не было видно.

— Вы проснулись. Прошу простить меня. В прошлый раз я не узнал ваших имен, но уже исправил это.

Рука сама легла на рукоять меча в ножнах. Пристегнутых к поясу. Копье он держал в другой руке. Это жест не укрылся от глаз Агракона. Но улыбка все равно продолжала играть на его губах. Рядом с ним Рала. Завидев русича, она стала настойчиво говорить, указывая на здоровяка. В ответ получила короткую строгую фразу и замолчала. Но продолжая поглядывать из подлобье сжимая в руках свою котомку. — Прошу простить меня Арног — продолжал старец.