Закончив свой рассказ, Назвар обратился к друзьям. — Не будем объясняться. — Роствуд усмехнулся на эти слова. — Ваш барак самый дальний. Вы найдете там свое новое обмундирование. А парадное сложите в свои ящики. Все найдете на месте. С этого момента, ваши прошлые дела, буду вспоминать лишь близкие вам люди. И я — добавил он тихо, давая понять, что этот поединок не повлиял на отношение между ними. И это дало понять друзьям. Что ответственный за эту глупость уже давно покинул город. — Теперь вы просто рекруты друзья мои. И выделиться среди общей массы вам помогают только ваши личные качества. — Он протянул руку, пожимая каждому.

— Рад, что ты не держишь обиду. Назвар — успокоившись, сказал Арног.

— В какой-то степени сам виноват. Зато лишний раз порадовался, что вы на нашей стороне. И лучше не вставать у вас на пути — рассмеявшись, главный инструктор удалился.

Вчетвером они направились в свою казарму. Одна комната. Огромная. Двух яростные кровати по обе стороны. Рядами тянулись вдоль стен. У каждой кровати стоял сундук. Не большая тумбочка и табурет. Все остальное лишь дерево. Стены, пол, крыша. Ни каких удобств. Заметив, что большинство коек уже занято, но самые крайние нет. Люди расступились перед ними, и они с легкостью прошли до самого конца. Заняв две двухъярусные кровати. Они нашли сложенную летнею одежду. Кольчугу, маленький щит и копье. Это-то чем будет владеть первое время каждый новобранец.

Переоблачившись, они покинули свой новый временный дом, и вышли наружу. Где вновь проходила перекличка. Они все попали в третью сотню. И теперь им открывалась сама суть этого плаца и все его строений. А суть была проста. Пока одна сотня проходит поле испытаний. Вторая занимается строевой подготовкой, марширование и передвижение строем. Третья в это время отрабатывает строевые элементы. Атака, защита в строю. Переходы с фланга на фланг. Прорывы строя и прочее. Пятая сотня занимается теоритически. И так все менялись, пока не наступало время обеда. Кухню расположили тут же. Огромный такой же барак, внутри огромное количество столов. Кормили тоже сотнями. И именно в таком порядке должны были складываться будни названых братьев.

При занятиях сразу давали понять, что разговоры все, только в свое личное время. После нескольких криков инструкторов, а затем и оплеух и гонениями палками. Все уяснили это правило. В основном все юноши, что решили выбрать свою профессию ратное дело. Были возрастом от шестнадцати до двадцати пяти. И конечно сразу же образовывались группы, появлялись одиночки. Человек воссоздавал ту атмосферу, в которой он привык жить. Но друзей это мало волновало. Они впитывали новый опыт словно губки.

После окончание занятий и гонений к плацу тянулась вереница родных. Которые желали поведать своих глупых родственников. И на первый день кого-то даже отпускали. Правда уже объясняли, что ждет семью и самого беглеца, если он не вернется. Арног решил пойти посмотреть на радостных рекрутов вновь видящих своих родных. И не зря.

Аня пришла к нему, и сразу увидела его. Мирно шагающего среди толпы народу. Поговорив не много и насладившись вниманием, попрощались поцелуями. И она ушла. Вернее русич уговорил ее вернуться домой быстрее. Так как уже на город опускался вечер. Она передала ему домашней еды, сказав, что им тут этого не будет хватать. Чем он и поделился с друзьями, вернувшись. В их казарме оказалось много народу таких же, как они. У одних не было ни кого и поэтому они так же валялись на своих койках. К другим просто не приехали. Друзья нет нет, а прислушивались к разговорам вокруг. Скорее привычка, чем пристрастие. Многие начинали уже жаловаться и сожалеть о своем выборе. Иногда слышались слова ободрение. Но звучали они не убедительно. К ним тоже старались подходить и завести разговоры. Но в большинстве случаев, получали сухие ответы. Давая понять, что разговаривать они особо ненастроены.

Было смешно слышать хвастовство парней. Которые рассказывали о своих похождениях в городе. По тавернам, девкам и запрещенным местам. А так было же противно слушать как люди, попавшие сюда из роскошной жизни, пытались находить тут тех кто будет служить им. Странно но в друзей они хотели видеть союзников. Их здесь было двое. Сын торговца и какой-то дальний родственник наместника. Пытавшиеся так же завязать разговор и узнать их политику и взгляды на это место. Получали только холодный ответ. Что таким людям к ним лучше не подходить. Правда двоим, все-таки удалось разговорить друзей.

Один из них был белобрысый Лор. Он очень много рассказывал вначале о том, что удалось ему узнать о друзьях, прежде чем он их увидел. И казалось ему плевать, что его не слушают. Вот именно он, тут и был одиночкой. И похоже ему и на это было наплевать. Парень словно жил, в каком то другом мире. И странно, что друзья в этот его мир, очень хорошо вписывались. Рассуждал о том, что он будет делать, если будет таким же сильным и отважным. И его-то взгляды заставил обратить на него внимания. И теперь в его сторону, от них исходило меньше холода и равнодушия. Он то и обширно поведал друзьям о своих планах по поступлению в легендарную школу два щита. Место, где по слухам обучают лучших в мире бойцов. Делая из простых людей великих. Сами братья далеко слышали об этом месте. Но ни когда оно не было темой их обсуждение. Подробности, которые они узнали от француза заставили их размышлять.

Оказывается, по слухам. Что бы поступить туда. Нужно быть богатым, что бы заплатить за обучение. И известным. Что люди могли знать по-твоему имени кто ты. Но все это лишь туманные догадки, то ли самого Лора. То ли людей, которые их же и распускают. Но место заинтересовало друзей и осталось где то в дальних уголках сознания.

Вторым был Люк. Единственный кто был более-менее серьезен и относился так же к своему долгу. Который сам же и взвалил на свои плечи. Прежде чем заговорить он поблагодарил друзей за то, что те пришли на помощь жителем деревни. Когда мародёры псов хозяйничали там. И тем самым он их выделили еще давно. Оказалось, что в этот момент он был в городе, а его семья в деревни. И к счастью, что даже обрадовало друзей, они были живы. Произнеся слова благодарности, он собирался уходить. Но Арног бросил ему кусок пирога. От мамы Ани. Со словами подкрепись мыслями о доме. Так как к нему тоже ни кто не приехал. Уже укладываясь спать, обсудили свое положение.

— Ну что справимся? — Спрашивал Скор, разваливаясь на кровати.

— Как два…

— Пальца об землю — закончил за англичанина Гирн. — Мы уже знаем — усмехнулся он. — Я думаю страшного ничего тут нет.

— Я про тоже — снова влез рыжий.

— Да сложного ничего нет. А научиться мы тут можем многому — рассуждал русич. — Думаю можно тут пока задержаться. И дело не только в том, что у меня тут невеста.

Друзья согласились, и пожелав друг другу хороших снов завалились спать. Давая возможность отдохнуть телу.

День начался с пинков и криков. Новобранцев поднимали, вырывая из сна. Заставляли быстро облачаться и бегом на прохладный свежий утренний воздух. Сразу полное построение по сотням. Затем их уводили для разных занятий. Не большие пробежки занятие и ужин. Затем уже полное распределение. Снова одна и сотен уходила на поле чудес, как называли юное солдаты полосу препятствий. В этот день первым на нее послали сотню с четверкой. И друзьям было даже приятно размять мышцы и прогонять легкую боль после вчерашних пробежек. Переходя на парные бои. С ними ни кого не ставили. Поэтому они свободно могли оттачивать свои навыки между собой. Иногда, правда, сами инструктора выходили. И там уже друзья или проявляли себя или учились чему то новому. До серьёзных травм пока не доходило.

В минуты отдыха кто-то подходил к ним и просил показать, что то из их арсенала. Накопленного за столь тревожное время. За всех в эти моменты часто отдувался Скор. Но все чаще его подменяли.

Дальше, строевые занятие и теория. День если очищать разум и строго следовать приказам, проходил быстро. Но чем больше они находились в такой обстановке, тем больше понимали. Что голову придется включать. И довольно часто.