— Если честно, не совсем.

— Ну, как тебе объяснить? В общем. Соло не умер. Он просто захвачен волной, и ты был прав: он хотел этого. Сейчас он находится где-то за пределами силового поля, в другом мире.

Дерек обеспокоенно взглянул на подругу.

— Что, не веришь? — спросила та.

— Эксперимент, как я заметил, был неудачным, — заметил Дерек.

— Помнишь, в самолете я говорила тебе о перетягивании каната?

— Как же. Ты еще хотела заснуть и не проснуться.

— У тебя хорошая память, — улыбнулась она.

— Работа такая. Так что там с перетягиванием?

— Нас собралось достаточно, чтобы изменить мир. Да, и, кстати, поверни, пожалуйста, назад.

— Зачем? Дерек бросил на нее обеспокоенный взгляд.

— Из двух одно: либо поверни, либо останови машину. Я возвращаюсь, а ты волен делать, что пожелаешь.

Дерек посмотрел на часы. 7:20. Молча развернул машину и поехал обратно.

— Не самая удачная затея, — заметил он. — Народ потихоньку просыпается. Тебя могут заметить. К тому же нас все еще преследуют. Уна оглянулась. Преследователь развернулся и следовал за ними.

— Останови за два квартала, — попросила она. — Заодно попробуем выяснить, кто за нами увязался.

Дерек припарковался в квартале от особняка Соло. Черный преследователь остановился метрах в тридцати позади них. Из машины вылез средних лет мужчина, закурил и стал наблюдать за ними. Улица все еще оставалась на удивление безлюдной. Дерек вылез из машины вслед за Уной и проводил ее взглядом до калитки. Только теперь он провел параллель между пустынным шоссе и безлюдной улицей, на которой стоял дом Соло. Картину нарушало лишь присутствие соглядатая. Он курил и прохаживался вдоль тротуара, но дистанцию не сокращал, следил издалека. Дерек забрался обратно в салон и захлопнул дверцу.

Прошло пять минут, и она вернулась. Села в машину и, захлопнув дверцу, молча уставилась прямо перед собой.

— Что? — не выдержал Дерек.

— Тело пропало, — вкрадчивым полутоном ответила она, обменявшись с ним удивленным взглядом.

— Кто-то, пожелавший остаться неизвестным, заприметил мою красавицу на одной из выставок, и решил приобрести, — поделился с гостями Бен. — Я запрограммировал муху таким образом, что она способна только ползать. Давайте вернемся в мастерскую.

— Прошу внимания, — призвал хозяин, когда компания вернулась в зал, и все расположились под постаментом мухи. Бен привел механизм в действие. Муха подняла передние лапы и стала потирать ими друг о друга. Острые, походившие на стрелы, металлические волосы бесшумно качнулись в одну, затем в другую сторону, и сложились, как колода карт. Легко, почти невесомо спрыгнув с постамента, муха замерла на месте.

— Как ты привел ее в движение? — поинтересовался Луи.

— Через глаза, — ответил Бен. Не дав Луи углубиться в тему, сразу же переключил внимание на Софи.

— Ты когда-нибудь пела на открытых площадках? — обратился он к ней.

— Нет. Только в клубе.

— Как насчет того, чтобы спеть на улице? Не дожидаясь ответа, Бен подогнал к мухе стремянку, забрался ей на спину и поманил Софи рукой. Когда та забралась на спину мухе, попросил ее встать между крыльями.

— Механизм будет двигаться медленно и плавно, без резких толчков, — объяснил он. — Тебе надо просто оставаться на месте — там, где ты сейчас стоишь. Ну, и что-нибудь спеть. Бен обаятельно улыбнулся.

— Ладно, я с радостью, — согласилась Софи.

— Отлично, — улыбнулся Бен.

Он спустился, и Софи помахала компании. Заложила одну руку в карман расстегнутого пальто, а вторую приложила ладонью к груди. Полосатые шортики еле прикрывали бедра. На спине железного гиганта Софи выглядела Дюймовочкой. Софи запела. Голос ее был низким, грудным, магнетически контрастирующим с почти подростковой внешностью. Бен и Лена обменялись одобрительными улыбками.

— До встречи с тобой я не знала, что такое любовь. С тобой я становилась прохладным ветром в знойный день и зыбью на поверхности океана. Ты рассказал мне о том, что под водой есть что-то особенное для нас двоих, и увлек меня за собой. С каждым днем мы погружались с тобой все глубже. Твоя тишина захватила меня. Но вот, пришел день, и ты покинул меня, оставив мне в дар свои глаза, которыми я теперь смотрю на мир. Глубина и смирение — вот все, что досталось мне в наследство от тебя. Все, что осталось, — повторила Софи полушепотом, затихла и склонила голову. Слушатели зааплодировали, и она звонко рассмеялась.

— Молодчина! Ты оживила монстра. Я боялся, что она взлетит, — крикнул Бен. — Оставайся на месте. Сейчас я заведу механизм. Попробуй спеть во время движения.

Софи согласно кивнула, и Бен привел механизм в движение.

— Алманг, — констатировал Луи, наблюдая, как Бен проделывает странную манипуляцию. Он приподнял левый рукав и провел по внутренней стороне руки от запястья до сгиба. На первый взгляд могло показаться, что он почесал руку или что-то стряхнул с себя, однако Луи не проведешь.

— Приехали, — тихо сказал он. — У него же программная панель в руке.

— Mundiz[34], - подтвердила стоявшая рядом Лена.

Луи повернул к ней лицо и посмотрел вопросительно.

— Так называют отколовшихся алмангов, и это означает, что этой самой рукой с вмонтированной в нее панелью управления он защищает зогов-любовников. Есть еще одна отличительная особенность. Когда mundiz в приподнятом настроении, то светится белым. Всем необходимо учиться сдержанности, — лукаво добавила Лена.

Луи слушал Лену и, что называется, выпадал в осадок. Откуда такая осведомленность? Чем больше он пытался понять, тем все больше запутывался. Mundiz с белой аурой? Голова шла кругом. Софи пела и, как всегда, была растворена в этом, и ничего вокруг не замечала. Несмотря на усталость, пела на полную катушку. Вторым номером она исполнила шуточную песенку в лучших традициях groove, — двигая бедрами и заставляя всех двигаться в такт с нею. Бен, пританцовывая, приблизился к Луи с противоположной от Лены стороны, так что Луи оказался между ними двумя.

— Они знают о твоей связи с Уотерманом и будут продолжать преследовать вас, но тебе нечего бояться, — тихо пропел он ему в ухо. — Ты — богом отмеченный. Луи оторопел. Отстранился и посмотрел на хозяина дома в полном смятении чувств. Что за наваждение? Затем перевел взгляд на стоявшую по правую руку Лену, и снова на Бена. Говорить не хотелось. Хорошо бы сейчас здесь оказался Элья. С ним бы он как раз охотно побеседовал. Луи злился на него, на Бена, на себя самого.

Софи закончила петь, и Луи помог ей спуститься. До вечера оставались считанные часы. Бен предложил всем пообедать у него дома. Никто не отказался, и Бен ненадолго оставил гостей. Переоделся в джинсы и свободную белую рубашку в мелкий черный горох, и вернулся. Он был ослепителен. Обе женщины смотрели на темнокожего красавца с восторгом. Бен, как и положено звезде, широко улыбался и был учтив со всеми.

Обедать уселись в просторной кухне. За столом хозяин посвятил гостей в свой план.

— Предлагаю вам прогуляться по лабиринту улиц. Мы с Леной и Луи будем сопровождать медленно ползущую муху, а Софи — петь, стоя между ее крыльями.

— Если она не взлетит, то я согласна! — засмеялась Софи, и подняла бокал с вином. Луи, хоть и был голоден, есть не мог. Выглядел мрачнее тучи, и уже, забыв обо всех приличиях, без стеснения наблюдал за Беном. Тот, видя это, отпил вина и поставил бокал на стол. Софи, казалось, ничего не замечала. Лена выглядела безучастной.

Хозяин дома обвел всех участливым взглядом, улыбнулся, подцепил на вилку жареный картофель и, многозначительно глядя на Луи, отправил его в рот. Софи и Лена перестали жевать и молча следили за тем, как Бен, выражая восторг мычанием и междометиями, поглощает картофель. Луи смущенно отвел взгляд.

— Мой дом был ближайшим на вашем пути, — обратился к нему алманг, сложив приборы и отодвинув от себя пустую тарелку. — Элья — мой старый друг и..