Глава 15 УКРАДЕННЫЙ ПЛАЩ

В шоке от увиденного Чарли и Бен стояли посреди улицы, не в силах пошевелиться. Они попытались позвать на помощь, но не смогли издать ни звука. Мальчики беспомощно смотрели, как Четтипатра, жалобно скуля, лижет волосы Миранды. Спринтер Боб начал горестно выть. Это привело ребят в чувство. Чарли опустился на колени возле девочки, осторожно коснулся ее плеча и тихонько позвал по имени. Веки малышки затрепетали. Она застонала.

На пороге появился лысоватый мужчина в очках. Увидев Миранду, он ахнул и помчался к ней вниз по лестнице:

— Что здесь произошло? — закричал он на Чарли.

— Я… — начал мальчик.

— Миранда! Миранда! — мужчина склонился над ребенком, — Хвала Господу, она жива!

Он взял девочку на руки:

— Говори, что случилось.

Чарли решил рассказать ему правду, как бы нелепо она ни звучала.

— Этот тролль… — он оглянулся через плечо назад.

Тролль снова, как ни в чем не бывало, стоял на своем обычном месте возле дверей. Просто кусок камня. Мальчик глубоко вздохнул и сказал:

— Я знаю, что Вы мне не поверите, сэр, но этот тролль взлетел и ударил Миранду в спину.

— Я тебе верю, — серьезно ответил мужчина, — меня зовут Мистер Шеллхорн, а эта девочка — моя дочь. Думаю, твое имя — Чарли.

Он повернулся к Бену:

— Ну, а ты, наверное — Бенджамин, поскольку это твоя собака. Миранда мне о вас рассказывала.

— Полагаю, что Вы теперь мой внучатый дядя, — обрадовал его Чарли.

Эта новость застала Мистера Шеллхорна врасплох:

— Наверное, так оно и есть. Слушай, парень, ты не мог бы увести Четтипатру куда-нибудь подальше отсюда?

— Как же так, сэр? — растерялся Чарли, — Миранда очень любит свою собаку. Что она будет без нее делать?

— Конечно, она будет скучать по Четти, только вот боюсь, что если собака останется здесь, то с ней может произойти что-то очень плохое. Время от времени я смогу приводить Миранду на встречу с Четтипатрой, если… если только моя жена…

Мужчина нервно оглянулся на открытую дверь:

— Мне нужно уходить. Пожалуйста, заберите отсюда собаку. Очень вас прошу.

Девочка с трудом открыла глаза и улыбнулась отцу разбитыми губами.

— Что-то ударило меня в спину, очень больно, — прошептала она слабым голосом.

— Да, моя милая. Давай-ка я отнесу тебя в твою комнату, — он стал подниматься вверх по ступенькам с раненой девочкой на руках.

Четтипатра кинулась вслед за ними, но дверь захлопнулась у нее перед носом.

— Ну и что нам теперь делать? — спросил Бенджамин.

— Мы должны забрать собаку, — ответил Чарли, — что же еще остается?

Убитая горем Четтипатра сидела на крыльце и скулила, не понимая, за что ее так сурово наказали. За ней внимательно наблюдал каменный тролль. В свою очередь Чарли не сводил с него глаз, и чудовище, наконец, перевело свой неподвижный злобный взгляд с собаки на мальчика.

— Ладно, тролль. Делай, что хочешь!

Сунув Бенджамину чайник, Чарли, перескакивая через ступеньки, взлетел на крыльцо, схватил собаку и одним махом прыгнул на боковую дорожку:

— Бегом!

Бенджамин рванул с места в карьер, Чарли припустил вслед за ним с извивающейся и визжащей Четтипатрой под мышкой. Рядом бежал Спринтер Боб, поддерживая их боевой дух громким надежным лаем.

В другом месте города уже давно бы открылись все окна, и разгневанные обыватели призвали бы их к ответу, но только не в Мрачном Тупике. Большинство домов здесь пустовало, а те немногие, живущие рядом люди делали вид, что ничего не происходит, и продолжали спокойно заниматься своими делами. Они не желали знать, что творится в трех домах под номером «Тринадцать».

— Жаль, что здесь нет Билли, — пропыхтел Чарли, задыхаясь на бегу, — он бы поговорил с этой глупой собакой.

— Не смей… называть… ее… глупой, — Бенджамин остановился, тяжело дыша и хватая ртом воздух, — смотри!

К ним приближались три огромных кота. Они шли рядышком, бок о бок, один был цвета красной меди, другой — оранжевый, словно пламя, третий — ослепительно желтый. Их золотистые глаза обратились к Чарли.

Спринтер Боб уселся поудобнее, с уважением глядя на Огнецов. Четтипатра наконец перестала скулить и извиваться. Она смотрела, как три огненно ярких создания встали возле державшего ее мальчика и потерлись о его ноги, ритмично мурлыкая.

— Здравствуйте, Огнецы! Не могли бы вы поговорить с этой собачкой?

Котов не нужно было уговаривать. Они сразу же взялись за дело. Оранжевый Везувий поднял голову и громко мяукнул прямо в нос Четтипатре. Медно-красный Феникс последовал его примеру. К их дуэту присоединился Саламандр, завершая мелодичную и виртуозную музыкальную композицию.

Эти завораживающие звуки привели собачку в состояние транса. Она обнюхала огненных котов и восторженно завиляла хвостиком.

— Думаю, у них все получилось, — сказал Бенджамин, — можешь уже спустить ее с рук. Посмотрим, побежит она обратно, или нет.

После того, как ее отпустили, Четти спокойно села, радостно подметая землю непрерывно виляющим пушистым хвостом.

— Что бы они ей ни сказали, это сработало, — Чарли облегченно вздохнул.

Но работа Огнецов только начиналась. Они умолкли и направились к домам под номером «Тринадцать». С каждым шагом увеличивая скорость, коты решительно и неумолимо устремились к своей цели — обеспечить безопасность ребенка: защитить Миранду от каменного тролля, злой мачехи и наложившего заклятье брата.

— Теперь я спокоен, — Чарли впервые за этот день почувствовал себя в безопасности, — если кто-то и может справиться с этим троллем, то это Огнецы.

^{Бабушка Бон в гневе.}

Стремительной волной они взлетели на крыльцо дома тети Венеции и устремили пристальный взгляд на чудовищное изваяние. Убедившись в его неподвижности, коты заняли свои позиции, готовясь нанести решающий удар: Феникс на верхней ступеньке, Везувий возле дверей, а Саламандр на балюстраде крыльца.

— Пошли домой, не будем им мешать, — предложил Чарли.

Когда мальчики вышли из темного переулка, Четтипатра послушно пошла следом за ними.

— ЧТО ЗДЕСЬ ДЕЛАЕТ ЭТА ТВАРЬ? — громогласно возмутилась бабушка Бон.

Последним человеком, которого надеялся встретить Чарли, придя домой, была его раздражительная, ненавидящая всех собак на свете, бабушка Гризельда.

— Эта шавка принадлежит моей сестре Венеции. Ты украл ее! — бабушка Бон пнула Четы шатру ногой, обутой в черную лакированную туфельку.

— Не надо! — крикнул Чарли, — собака принадлежит падчерице твоей сестры Миранде. Я буду сам о ней заботиться, потому что тетя Венеция не любит собак.

— Я тоже их не выношу, — отрезала бабушка Бон, — выстави ее за дверь. Избавься от нее. Бабушка сделала резкий выпад в сторону Четтипатры и так топнула ногой, что маленькая собачка, поджав от ужаса хвостик, кинулась в прихожую и забилась там под стул.

— Я не потерплю ее, ты меня слышишь? — завизжала бабушка Бон, — немедленно убери отсюда эту грязную тварь.

— Дядя Патон, помоги! — прибегнул Чарли к последнему средству защиты.

— Напрасно стараешься. Его здесь нет, — злорадно усмехнулась бабушка Бон, — впрочем, как и твоей любимой бабушки Мэйзи. Ты остался со мной один на один, Чарли Бон, и никто тебе не поможет, поэтому выбрасывай собаку на улицу, или я убью ее.

— Нет! — вскрикнул Чарли. Упав на четвереньки, он вытащил из под стула трясущуюся всем телом Четтипатру. Крепко зажав ее под мышкой, мальчик кинулся к дверям, в то время как бабушка Бон пошла за своим секретным оружием: мечом-тростью, замаскированным под черный зонтик.

— Ай-яй-яй! — Чарли одним рывком открыл дверь и скатился вниз по ступенькам.

Услышав дикие крики, Бен уже готов был броситься на помощь своему другу, когда тот пулей вылетел из дома, и в поисках спасения сам побежал к нему через дорогу.

— Бабушка Бон вышла на тропу войны, — выкрикнул Чарли, — она сказала, что убьет Четтипатру.

«Бабушка Бон». Спринтер Боб хорошо знал это имя. Свирепо зарычав, он рванулся в сторону дома номер девять. В последний миг Бенджамин успел поймать его за ошейник и остановить.

Спасаясь от разгневанной бабушки, спотыкаясь на каждой ступеньке, Чарли подбежал к стоящему на крыльце Бену, и они вместе заскочили внутрь дома номер двенадцать.

— Нельзя ли потише, мальчики, — раздался из кабинета голос Мистера Брауна, — мы работаем.

— Разве Мэйзи не накормит вас сегодня обедом? — разочарованно спросила Миссис Браун.

— Я не собираюсь пока идти домой. Побуду немного у Вас, если Вы не возражаете. Там сейчас опасно, — ответил Чарли.

— Да? — Мать Бена ничуть не удивилась. Как настоящий детектив, она знала все опасные места в городе. Бабушка Бон пользовалась, конечно, дурной репутацией, но, насколько знала Миссис Браун, старушка еще никого пока не убила.

У Бенджамина возникла идея. Он заглянул в рабочий кабинет к родителям. Его отец сидел за письменным столом, а мать что-то усердно писала. Ее практически не было видно из-за конторки, заваленной бумагами. Закончив заполнять формуляр, она, наконец, заметила стоящего перед ней сына:

— Нам дали еще одно судебное дело. Оно такое увлекательное, что мы не смогли отказаться.

— Есть какие-нибудь новости о мальчике — оборотне? — поинтересовался Мистер Браун, — я звонил Господину Мэру по этому вопросу, но он ответил, что Пустынные Волки не в его компетенции. Плохи дела, сынок, очень плохи.

— У меня, собственно, тоже нет об этом никакой информации, — закончил тему Бенджамин, — полагаю про сегодняшний обед спрашивать бесполезно?

— Думаю, у нас осталось немного хлеба… — Миссис Браун выглядела немного виноватой.

— Ничего страшного, ма, — бодро заметил Бен, — мы сходим в Зоокафе.

— Хорошая мысль, — улыбнулась она с явным облегчением, — возьми деньги в сахарнице.

Сосуд для сахара не видел оного с тех пор, как родители Бена решили сесть на диету и отказаться от сладкого. В настоящее время сахарницу использовали исключительно для хранения наличных, которые появлялись в доме лишь тогда, когда Браунам давали работу, требующую маскировки и мелких расходов.