- Катерина Зазерская. – Пропела Катя и поклонилась, как до этого делали наши кураторы.

- Ничего не понятно. – Прошамкала Мария Эргустовна. – Не было такой.

- Может вам будет лучше сориентироваться по нашим матерям? – Проговорила одна из девушек за моей спиной.

- А что? – Согласилась старушка. – Хорошая мысль.

- Ну, тогда – Сириния Лазорева. – Исправилась Катя.

- Поняла! – Вдруг осенило комендантшу. – Ты – Катрина Лазурная. А то Катерина…, я и растерялась. – Вот, и как она сделала такие выводы? Мы с Катей ошарашено уставились на черепаху.  – И что ты опять замерла? – Нахмурившись, накинулась на Катю пожилая рептилия. – Бери ключ и иди уже, устраивайся.

Женщина сунула Кате в руки ключ и подтолкнула ее к лестнице. Постепенно, всех девочек с той или иной трудностью определили, снабдили ключами и отправили обустраиваться. Труднее всего определяли личность дочери Королевы – Дарьи Колугиной. Оказывается, еще при получении паспорта в 14 лет, она умудрилась сменить имя. Об этом она шепнула мне на ухо, пока расселяли остальных девчонок. Она, конечно же, об этом промолчала, как и о наличие матери. Дело не решилось пока, методом исключения, когда в холле остались только мы с ней, черепаха не сообразила, чья она дочь. Даша в ту минуту чуть по полной не огребла от негодующей комендантши. Если, честно, спасло ее от расправы, наверно, только наличие, как бы его Дарья не отрицала, коронованной матери.

- А как же я? – Спросила я у черепахи, когда холл полностью опустел, а разгневанная старушка, наконец, перевела дух.

- Не вешай нос, детка. – Погладила меня по руке Мария Эргустовна. – Твоя комната еще не готова. На, вот, тебе ключик. Но ты иди, посиди пока у подруг или в общем зале. Не стоит мешать работе подручных.

- А долго комнату будут готовить? – Попыталась я уточнить, когда идти проверять свои пенаты. – Хотелось бы степень ее прожарки, попробовать вовремя.

- Я смотрю, ты у нас – хохмачка. – Усмехнулась старушка. – Эх, не типичная ты какая-то русалка. Они-то все холодные, как рыбы. Я-то все помню. Не молодая уже. Да и живем мы побольше вашего. Все вы поначалу, пока еще помните свою жизнь в другом мире, более теплые, живые. Но пройдут года, и твои подруги, да и ты сама станешь такой же, как и все русалки, надменной, уравновешенной, холодной, хитрой...

- Пойду я, наверное, у сестры посижу, подожду… – Проговорила я, ошеломленная выпадом старушки.

- Ага! Пойди. – Заключила комендантша. – Там, как раз мать ваша, где-то ошивается. – Осознав, слова старушки я дала резкий старт по лестнице. – Комната твоей сестры под номер 2, торопыга! С лестницы, коридор налево! – Прокричала мне в спину черепаха. – Твоя будет готова через два часа!

”Во. Летит…” – услышала я бубнешь на грани слуха. А сама в режиме автопилота преодолела четыре этажа, чуть по пути не посшибав все встреченные вазоны, что стояли на лестничных площадках. Влетев на этаж, с огромным тормозным отклонением, я улетела в левый коридор, врезалась в какую-то дверь и побежала, сверяясь с номерами комнат, мелькавших на дверях. Дверь с номером два я чуть не снесла с петель, когда врывалась в комнату.

- Та-а-ак! – Протянула я, увидев представшую моему взору картину, уперев руки в боки.

 Посреди большой светлой комнаты стояла мама и сжимала в объятии Катерину. Катя, закрыв глаза, приникла к плечу родительницы и тихонько всхлипывала. При моем появлении, они отлетели друг от друга, как нашкодившие дети. Лица сделались виноватыми и… противными. Я прошла в комнату и села на кровать, закинув ногу на ногу.

- Продолжайте. – Проговорила я, усердно рассматривая свои ногти. – Я вам, надеюсь, не помешаю? А то я могу оставить вас наедине…

- Женя, прости меня. – Проговорила мягко мама.

- Мне нечего Вам прощать. – Ответила я, резко подняв голову. – Вы совершенно чужой для меня человек. И у нас нет ничего общего, что бы я это могла Вам это простить.

- Я знаю, ты злишься. – Тем временем, продолжала Сириния. – Может, даже ненавидишь меня. Но…, я люблю тебя. – Вдруг заплакала мама. – Не меньше, чем твою сестру.

- Тогда как объяснить все, что ты натворила?! – Не вытерпела я и закричала на нее, вскакивая с кровати. – Как объяснить твою холодность?! Или, может, ты из огромной любви пыталась убить меня!?

Под конец гневной тирады из глаз брызнули слезы, и потекли горячими ручейками по лицу. Я скорее подошла к окну и невидящем взглядом уставилась на улицу, хотелось защититься, скрыть свою слабость.

- Каждая русалка мечтает родить себе дочь. – Начала разговор мама, присев на кровать. Осторожно вытирая слезы с лица, она уплыла как будто бы внутрь самой себя, вытаскивая воспоминания о днях минувшего прошлого. – А у меня должно было появиться сразу двое! Такого никогда еще не бывало за всю историю Асдании. Когда вы родились, я сразу почувствовала огромный всплеск силы. Я произвела на свет величайших русалок. Когда мне положили вас на грудь, я полюбила вас сразу всем сердцем. Не передаваемые чувства затопили сердце. Понимание, что вы мои и только мои, самые- самые, опьянило меня. Я кормила, ухаживала, играла, воспитывала вас. Но потом, даже сквозь розовые очки материнской любви, стало трудно отрицать, что ты, Женя, была совершенно не похожа на нас – русалов. С Катей, слава Акворгу, все было в порядке, а у тебя, к тому же, оказалась еще и очень слабая печать бога. Всплески магии постоянно прорывались и вились вокруг тебя. Я пыталась ее укрепить…, и магией крови, и всякими заклинаниями, и даже подпаивала тебя зельями. Ты кривилась, умильно морщила носик, отплевывалась, но хоть чуть-чуть, в тебя что-то попадало. Все мои усилия не приносили плодов, ничего не помогало. Печать Акворга не отзывалась. Тогда я попыталась ее активировать. Печать призвана не только блокировать вашу магию, но еще и защищать.

- Ты попыталась ее утопить. – Напомнила Катя.

А я стояла и молчала, переваривала слова матери. Все равно, оставалось еще много нестыковок. Наговорить она сейчас могла много, но где доказательства?

- Я обратилась к родной стихии. – Заплакала вновь мама. – Но заигралась. Сообразила, что не помогает только когда, ваш отец уже оттаскивал меня от Жени. А она была такая синяя-синяя и не дышала. – Уже в голос рыдала мама. – Я успела только магией вернуть ей дыхания, и удалить всю лишнею воду из легких.

Мама еле успокоилась, промочив наверно все одеяло на Катиной постели. Даже я не вытерпела, подошла к женщине и приобняла. Катерина пристроилась к ней с другого боку и постепенно ее истерика сошла на нет. Все обиды отошли на задний план. В душе поднималось теплое чувство по отношению к то, что подарила когда-то нам с сестрой жизнь. Все-таки, любой ребенок мечтает и жаждет материнской любви. И, как бы я не брыкалась…, я тоже была не исключением.

- Я испугалась. – Проговорила мама. – Вы этого еще не знаете, но вам потом на Политике будут об этом рассказывать. Наша семья – Лазурная, вторая по силе после королевской. Я обязана была вернуться домой, в Асданию, как только вам исполнится 2 года. Но я, никак не могла заставить себя, расстаться с вами. Оправдывала себя возникшими проблемами с Женей. Но тем поступком…, я фактически сожгла все мосты. Оставалось лишь вернуться в этот мир и попытаться жить без вас. – У мамы вновь появились слезы на глазах.

- Мам, ну, перестань уже. – Протянула Катерина. – Мы же здесь. И заметь обе.

- Прибыв сюда, я поняла, что совершила огромную ошибку. – Продолжала мать, не обращая внимания на слова Кати, а дорожки слез, все-таки, очертили ее щеки. – Я поняла, что Женю, больше никогда не увижу. Лардан, мой муж, пытался поддержать меня, семья изолировала на какое-то время, чтобы не дать шанса для удара другим родам.

- У тебя здесь был муж? – Удивилась я. – А как же папа?

- Женя, каждая русалка, отправляющаяся за дочерью в другой мир, имеет здесь уже семью и как минимум одного ребенка. – Ответила мне мама, погладив по голове. – Таким своеобразным образом государство страхует себя надеждой, что мы вернемся, а не останемся там, в новых семьях. А от вашего папы я банально залетела. Я, по сути, даже и не пыталась тогда…, с ним…, забеременеть. – Покраснела вдруг русалка. -  Если, честно он не подходил не по одному параметру, по которому мы выбираем отцов для наших дочерей. Слишком молодой, еще не состоявшийся, сам себя не обеспечивающий. Это было чистой воды страсть.

- Я не поняла? – Вдруг дошло до меня. – У нас здесь, есть старшие братья?

- Да. Один старший. – Ответила мама с улыбкой. – Лиян. Вы его уже сегодня видели. – Подмигнула мама Кате. – И трое младших: Ниян, Лукар и Демьян.

Мы с Катей выпали в осадок. Получается, что у нас с ней шесть братьев! Дома-то Кирилла и Елисея еще никто не отменял.

- А бывало так, что ушедшие ”размножаться” русалки не возвращались в этот мир? –  Спросила я.

- Очень редко. – Промолвила мать. – Понимаете, ведь вас сюда выдернула я, благодаря печати Акворга, конечно…, и своей крови в вас. Ведь вы как не крути часть меня. Вот, так и нерадивых, не возвращающихся русалок, способны вернуть в Асданию их матери. Вот, если родительницы по той или иной причине нет, тогда уже другой вопрос. Моя, к примеру, была на дальних рубежах и воевала с кхаардами. Но и она когда-нибудь бы вернулась на остров и все-таки, призвала меня.

- Что еще за кхаарды? – Удивленно протянула я.

Не помню, чтобы нам Богдан Иванович рассказывал о таких существах.

- Это такие существа. – Ответила мне мама с улыбкой. – Морские демоны, если быть точнее, обитающие в Асдании. Достаточно темпераментный и воинственный народ. Немало хлопот доставляет нашему Королевству на рубежах.

- А зачем надо было, что бы у нас была заблокирована магия? – Спросила Катерина о наболевшем.

- Об этом вам расскажут на занятиях. – Ушла от ответа мать. – Девочки, я должна вас предупредить! – Вдруг серьезно заговорила Сириния. – В первую ночь после Дня Священного Равноденствия, магия очень нестабильна. Все охранки, как правило, летят в бездну. Именно в эту ночь вы очень уязвимы. Будьте осторожны. Конкурентные семьи русалок наверняка не упустят момента, чтобы нанести друг другу ущерб. Лучше всего запритесь изнутри в комнатах, а утром дождитесь, чтобы за вами поднялись кураторы. А уже после выходите.