— Эй, детка, — Сеона встала, чтобы обнять и поцеловать Фергуса.

Он примостился у нас за столом.

— Всем привет. Как дела?

Джим и я ответили.

Родди проигнорировал.

Фергус, не обратил на это внимание.

— Я не могу остаться надолго, детка, — сказал он Сеоне. — Джек попросил меня помочь ему переехать.

— Оу-у-у. Но мы не виделись всю неделю.

— Я знаю, — он поцеловал ее. — Не ворчи, детка, а?

Я хотела ударить его по яйцам.

Очевидно, то же хотела сделать и Сеона.

— Я не ворчу. Я разве ворчу? — спросила она нас.

Родди посмотрел на нее, но не ответил.

Уклонившись от вопроса, Джим пожал плечами и посмотрел на экран.

— Выпивка? — сказала я, пытаясь сломать неловкость. — Что будете?

— Еще один, — сказал Джим.

— Мне тоже, — Родди поднял свой пустой бокал.

— Вино, — Сеона вздохнула, понимая, что никто не хочет ввязываться в чужие проблемы.

— У меня есть Tennents (Примеч.: знаменитое шотландское пиво, изготовленного в 1885 г. Хью Тенентом). Спасибо, Нора, — Фергюс развернулся на стуле, чтобы посмотреть на игру. — Что я упустил?

Джим выпустил меня, и я вышла из-за стола.

Я забралась на барный стул, решив посидеть в ожидании подачи выпивки. Обидно, из-за моего невысокого роста все думали, что я несовершеннолетняя, поскольку по закону возраст для продажи алкоголя здесь составлял восемнадцать. Несмотря на то, что бармен Гарет знал меня, я ненавидела чувствовать себя маленькой девочкой, стоящей у бара.

Гарет был занят обслуживанием другого посетителя, и пока я сидела, переживая о конфликте между мной и мужем, почувствовала укол непонятных ощущений. Я слегка повернула голову и осмотрела помещение. Сначала я не могла понять, почему ощущаю чужой взгляд, а потом… увидела его.

Шум бара затуманился, пока мы смотрели друг на друга, этот незнакомец и я. С расстояния я не могла рассмотреть цвет его глаз, но понятно, что они сосредоточены. На мне.

Старше меня. Высокий, широкоплечий, забитый татуировками, как и его друзья. Сидящая возле него женщина выглядела крошечной по сравнению с ним.

У меня перехватило дыхание от доминирования его мужской дородности. Решительный острый подбородок, выразительный рот, небритое и угрюмое лицо. Складка между бровей и сексуальные гусиные лапки от смеха вокруг глаз.

Я покраснела и быстро повернулась к стойке.

Спину под длинными волосами охватил жар, как будто незнакомец все еще на меня смотрел.

— Нора, я подойду, как только смогу, — извинился Гарет.

Я кинула ему успокаивающую улыбку, потому что по воскресеньям паб всегда забит битком.

— Нора, не так ли?

Стул рядом со мной передвинули, и я неохотно посмотрела на нового соседа. Мне ухмыльнулся долговязый парень около тридцати лет, и еще один встал рядом с ним. Каждый держал в руках бокал Гиннесса, и они смотрели на меня так, что я не знала куда деться.

Я бросила взгляд на наш столик и слегка расслабилась, когда увидела, что Джим смеется с Сеоной, не обращая внимания на происходящее в баре.

— Могу я угостить тебя, Нора? — спросил долговязый.

— Спасибо, но не надо.

— Ой, да ладно. — По однобокой усмешке становилось понятно, что это не первая его пинта. — Так ты выпьешь с нами, Нора?

Более твердо, я ответила:

— Нет, спасибо, — и отвернулась.

Спустя секунду я почувствовала, как его рука задела мою спину, когда он оперся о край моего стула. Я взглянула на него и сжалась, обнаружив себя в ловушке.

— Я — Льюис, это Пит, — он кивнул на своего друга. — И мы оба решили, что ты самая сексуальная штучка, которую мы видели в жизни.

— Я вообще-то замужем, — я подняла безымянный палец. — Так что...

Отвали!

Льюис проигнорировал эту информацию.

— Какая разница?

— Для меня, большая.

Меня охватила тревога, когда за Питом я увидела мужа в ярости.

— Джим, все хорошо.

Джим оттолкнул Пита и подошел к Льюису.

— Убери свою гребаную руку со стула, пока я не вырвал ее и не засунул тебе в задницу.

— Джим, — попросила я.

— Какие-то проблемы, приятель? — Льюис поставил свой Гиннесс на барную стойку и сполз со стула. Он был выше Джима и худощавей, но похоже, это не имело значения.

Он был пьян.

А мой муж слишком зациклен на защите.

— Джим, — предупредила я, вскочив на ноги и положив руку ему на грудь. — Оставь их. Они пьяны. Они ничего не значат.

Джим оттолкнул мою руку, чтобы заставить меня отойти, а затем ударил.

Дальше все было размыто.

Крики и всхлипы, как возмущенные, так и подбадривающие, наполняли воздух, пока Джим и Льюис сцепились друг с другом. Это был нечестный бой, потому что Джим не был так пьян, и он был больше, но Льюис оказался упрямым.

После первого сильного удара Джима, отбросившего его на барную стойку, Льюис едва успел прийти в себя, бросился к Джиму, словно бык, сбивая его с ног.

Я видела, как он толкает Джима в мою сторону, но отойти мне мешали стул и стол. Да и рефлексы не были достаточно быстрыми.

Они сбили меня с ног.

Я почувствовала боль в правом запястье, когда упала и ударилась об пол. Размылись движения и звуки, и тут глубокий голос прорезал:

— Ради бога!

Сильные руки схватили меня и подняли на ноги, как будто я весила не больше, чем колибри. Я поймала взгляд спасителя, и меня пронзило осознание. Это был незнакомец, который смотрел на меня раньше.

Внезапно он схватил Джима, отталкивая его от противника, в то время как его спутник сделал то же самое с Льюисом.

— Достаточно, — спокойно объявил он, голос словно резал воздух.

Родди пробрался через толпу, чтобы добраться до Джима. Для людей Родди выглядел спокойным, но я знала его лучше. И, как и меня, его раздражал мой муж.

Ему потребовался момент, но Джим вырвался из хватки незнакомца, и указал пальцем на Льюиса.

— Оставь в покое мою жену, — и указал на меня. В этот момент я хотела провалиться сквозь землю.

Я посмотрела на своего мужа, пытаясь игнорировать проницательный взгляд незнакомца.

— Ладно. Пошли вон! — Гарет добрался до Льюиса и его друга.

— Почему это уйти нужно нам? — выдохнул Льюис, вытирая кровь из носа. — Он первый меня ударил.

— Потому что я его знаю. Джим никогда не дрался в баре до тебя. Поэтому, ты и твой приятель опасны, выметайтесь.

Друг незнакомца отпустил Льюиса, и парни двинулись наружу ворча пустые угрозы.

Родди что-то сказал Джиму, и тот нахмурился. Когда шумиха закончилась, поправили перевернутые стулья и все вернулись за свои столики, я увидела, что незнакомец и его друг сидят у барной стойки. Я не осмелилась снова взглянуть на него. Не только потому, что меня унизили, а потому, что была искренне обеспокоена, как отреагирует Джим, если поймает мой взгляд на другого мужчину. Такого рода беспокойство было еще одной проблемой в нашем браке. Это точно.

Все тело болело, запястье пульсировало, и я с упреком посмотрела на мужа. Он виновато смотрел на меня.

А я хотела расплакаться.

Раньше Джим не был таким собственником, как сейчас. С течением времени, проблема ухудшалась, и мне не нужен диплом психолога, чтобы понимать — это произошло из-за отсутствия стабильности.

Я боялась, что Джим в итоге почувствует мои настоящие чувства.

Упрек внезапно сбежал, сменившись виной.

— Ты в порядке?

Я вырвалась из своих меланхоличных мыслей, и прямо передо собой заметила Сеону. Она держала меня за руку и внимательно вглядывалась в мое лицо.

— Я в порядке.

— Ты сильно ударилась о пол.

В запястье усилилась пульсирующая боль, и я вздрогнула, ощутив ее в полной мере.

— Я упала на запястье.

Лицо Сеоны исказилось от гнева. Она взглянула через плечо на своего брата, и что бы он ни увидел в выражении ее лица, наконец, двинулся ко мне.

— Ты в порядке? — спросил он тихо.

— Нет, она не в порядке. Она повредила запястье.

— Все хорошо, — я прижала руку к груди.

— Господи, — вздрогнул Джим, обхватывая меня за талию. — Мне жаль, Нора. Мне очень жаль.

Я кивнула. Я была слишком измучена, чтобы ругать его, как мне хотелось.

— Доставим тебя домой, осмотрим запястье.

Настроение все равно было испорчено, уверена, что весь паб вздохнет с облегчением, когда мы уйдем.

— Хорошо.

— Нора, мне пойти с вами? — спросила Сеона.

— Нет, не надо, — Джим так глянул на нее, что Сеона подняла руки в защитном жесте.

— Хорошо. Я принесу тебе твою сумочку, — она бросилась обратно к столу, и что-то сказала Родди. Фергус, не обращая внимания ни на что не связанное с ним, сидел, играя со своим телефоном.

Джим мягко поцеловал меня, бормоча себе под нос:

— Мне очень жаль.

Я снова кивнула, тревожно понимая, что когда мы приедем домой, нас ждет разговор гораздо сложнее. Когда Сеона вернулась к нам с моей сумочкой, я воспользовалась моментом, чтобы незаметно проверить незнакомца в баре.

Наши глаза снова встретились. На этот раз он был так близко. Достаточно близко, чтобы услышать мой разговор с Джимом. Достаточно близко, что я могла разглядеть любопытство в его красивых зеленых глазах. Он был таким спокойным и авторитетным, разбивая драчунов. Даже не повысил голос.

Я все еще ощущала фантомные отпечатки его рук на моем теле, и непроизвольно посмотрела на них. Дрожь пробежала по мне, заставляя почувствовать странное сочетание вины и удовольствия. У него были большие руки, крупные суставы, тонкие пальцы. Элегантные руки. Мой взгляд задержался дольше, чем нужно, охватив его стройное телосложение, очерченное тусклым освещением бара.

Из толпы незнакомца выделяли не только его рост и общая привлекательность. От него веяло деньгами. Несмотря на простоту одежды — рубашка и джинсы, он пахнул деньгами. Когда он поднял меня, я учуяла запах туалетной воды, очень сексуальной... земляной и свежей. Древесина, амбра, листья мяты и яблоко. Пахло дорого.

Возможно, это не одежда или запах создавали впечатление денег. Возможно, это была уверенность, владение ситуацией — куда бы он ни пришел, этот парень становился главным. А возможно, дело в возрасте. Ему явно было больше тридцати.

Сеона внезапно заслонила его, подарив мне понимающую улыбку.