— норма функционирования КПСС, провозглашаемая ее основой и предусматривающая широкое участие коммунистов в выработке политики партии.

Разработанные Лениным основные принципы В. д. — выборность руководства партии, отчетность, коллегиальность, критика и самокритика — призваны были сохранить привилегированный статус большевиков, захвативших власть в России в 1917 гг., и гарантировать демократию для избранных. Трансплантация В. д. на тоталитарную структуру коммунистического государства оказалась несостоятельной. Диктаторская природа режима очень скоро превратила идею в фикцию. Рядовые члены партии лишены возможности оказывать какое-либо влияние на расстановку ответственных работников, которые в сущности не выбираются, а назначаются партийными комитетами. При этом суждения и мнения коммунистов никак не влияют на исход "выборов", ибо для избрания предлагается только то число кандидатур, которое нужно для заполнения должностей. В первичных (низовых) партийных организациях еще допускаются случаи "отвода" руководителей. Однако на партийных конференциях и съездах партийные деятели неизменно утверждаются единогласно.

Обсуждение партийных отчетов стало пустой формальностью: ораторы подбираются заранее, резолюции и решения, подготавливаются заблаговременно. Критика руководителей исключена. Возможна лишь проработка вышестоящими функционерами нижестоящих или разжалованных (умерших) предшественников: Андроповым — Брежнева, Брежневым — Хрущева, Хрущевым — Сталина и т. п.

Поощряется и приветствуется "самокритика" — публичное покаяние членов партии, но и она возможна только на уровне рядовых коммунистов. В советской истории не было случая, чтобы с "самокритикой" добровольно выступали ответственные партийные работники.

Несостоятельна и идея коллегиальности руководства. Деятельность КПСС осуществляется на основе абсолютного единоначалия и полновластия. Решающей является не воля членов партийных организаций, а мнение первого секретаря. Он — абсолютный хозяин района, города, области, республики. Коллективное руководство утверждает себя в Советском Союзе в единогласном и полном одобрении решений генсека.

Не выражается В. д. и в "активности масс". Советские коммунисты пассивны, индифферентны и вынуждены подчиняться руководству в силу жесткой "партийной дисциплины", несоблюдение которой ведет к исключению из партии и изгнанию с работы.

Через страх перед наказанием реализуется еще один принцип В. д.: "единство рядов партии и недопустимость оппозиционности и фракционности". Этот принцип обеспечил успешную борьбу Центрального комитета против "антипартийной оппозиции" в период "чисток" 20—30-х годов и неизменно способствует сохранению "единства партии".

"Единство партийных рядов во многом определяется тем, что КПСС неустанно заботится как о развитии внутрипартийной демократии, инициативы, активности коммунистов, так и об укреплении партийной дисциплины, повышении требовательности к каждому члену партии". "Коммунист", 1980,№ 17, с. 15.)

"Это постановление ЦК имело громадное политическое значение. Его значение состояло прежде всего в том, что оно помогло партийным организациям перестроиться, провести курс на внутрипартийную демократию". ("История ВКП (б), Краткий курс, 1950, с. 334.)

"Владимир Ильич твердо проводил линию развертывания внутрипартийной демократии. Он опирался на широкие массы коммунистов и беспартийных". (Н. Хрущев. Заключительное слово на XXII съезде КПСС. Госполитиздат, 1961, с. 28.)

 — военные круги зарубежных государств, выступающие против советской политики.

В. оценивается как реакционная сила, выражающая милитаристские устремления империализма, побуждающая правительства различных стран к противодействию коммунизму и подавлению просоветских общественных движений. Неодобрительный смысл понятия передается суффиксом "-щин", традиционно используемым в русском языке для порицания социальных, идеологических, политических явлений ("поденщина", "обломовщина", "лакейщина", "деревенщина", "достоевщина", "есенинщина" и т. д. Экспрессивный характер слова усиливается эпитетами: "махровый", "реакционный", "безрассудный" и т. д., а также определениями, образованными от названий недружественных СССР государств: "израильская военщина", "пекинская военщина" и т. д. В советском сознании указанные словосочетания закреплены со стойким негативным смыслом, и неприязнь к В. тех или иных государств распространяется и на сами эти государства, на их общественную структуру, политику, культуру.

В. не используется при упоминании армий коммунистических стран или государств, входящих в орбиту советского влияния. Для них существуют иные наименования: "военные круги", "вооруженные силы". В советской интерпретации "вооруженный силы" непричастны к политике; они неизменно стоят на страже "завоеваний социализма и мира" и отстаивают интересы "освободительных движений".

"Военные круги" находятся под неусыпным контролем партии, и им отведена скромная роль советчика и эксперта: "военные круги в СССР считают…", "по мнению советских военных кругов" и т. д. Такая интерпретация находится в глубоком противоречии с реальностью: командование коммунистических армий активно вмешивается в политическую жизнь общества. Устранение Берия, снятие Хрущева осуществлялись при участии советской В.; общее направление внешней политики Советского Союза и его милитаризация во многом определяются постоянным давлением военных кругов.

Таким образом, коммунистическая действительность, вопреки идеологическим схемам советской пропаганды, не дает оснований для идеализации вооруженных сил тоталитарных государств.

"Американская военщина готовится разместить ядерные средства средней дальности в Европе". ("Правда", 16 октября 1953, с. 5.)

"Повстанцы в Сальвадоре подбили американский самолет "А-37", которыми Пентагон снабдил сальвадорскую военщину". ("Комсомольская правда'", 31 декабря 1982, с. З.)

"Генеральная Ассамблея ООН выразила резкий протест против наглых действия израильской военщины, совершившей агрессию в Ливане…" ("Комсомольская правда", 19 декабря 1982, с. 3.)

 — идеологический образ (штамп), выражающий и утверждающий руководящую роль КПСС в жизни и развитии советского общества.

В. п. созвучно традиционным русским выражениям "волею небес", "волею судеб", подчеркивающим всемогущество высшей власти и неодолимость рока. Эта аналогия призвана создать представление о партии как о величайшей и всемогущей силе, способной преобразовывать действительность. Архаичная форма творительного падежа придает выражению определенную торжественность, напыщенность.

В пропагандистских текстах вслед за В. п. обычно следует "трудом народа", "подвигом трудящихся" и т. д. Подобная последовательность обнаруживает социальную иерархию советского образа жизни: власть принадлежит партии, назначение народа — исполнять ее волю.