Это был тот же самый человек, который объяснил мне, что я не обладаю никакими политическими знаниями и вышвырнул меня из своего кабинета?

- О, - сказал я, позволив себе взглянуть на Армина. Он тоже выглядел довольно злым. - И какова была её реакция?

- Она вспылила, - ответил Армин. - Ещё чуть-чуть и она бы лично пошла к нему, чтобы высказать своё мнение.

- Если коротко, то она назвала его ослом без хрена, - сухо заметила Лиандра. - Она была гораздо более детальной в своей оценке.

Серафина тихо рассмеялась, а Наталия и Афала захихикали. Веселье не продлилось долго, потому что в дверях кухни появился Тарук и поклонился.

- Эссэра, - обратился он к Лиандре. - Все ставни и двери закрыты и заперты, - таким образом он снова напомнил нам о всё ещё существующей угрозе.

- Спасибо, Тарук, - поблагодарила она, и он с поклоном закрыл за собой дверь.

Я не обратил внимание на эту интерлюдию.

- Она намерена что-нибудь предпринять? - вместо этого спросил я.

- Файлид? - переспросил Армин. - Нет. Она в бешенстве, но благоразумна. Она лишь отправила ответ, что племя Льва не ищет войны и что такие указания были бы в другом месте более эффективны, - он повернулся ко мне. - Тебе моя львица просила передать, что она с удовольствием положила бы конец ссорам, но что на данный момент посол так напирает на неё, что это было бы похоже на капитуляцию. Сейчас это невозможно, потому что будет выглядеть как слабость.

- А здесь всё было спокойно? - спросила Лиандра и потянулась к вину, чтобы немного выпить.

- Священник Сольтара убил Искоренителем Душ Ночного Ястреба и исцелил Хавальда, - сообщила Серафина. - Больше ничего не случилось.

Лиандра подавилась, закашляла и удивлённо посмотрела на меня.

- В самом деле?

- Да, - подтвердил я, наградив Серафину неодобрительным взглядом. - Однако, похоже, что Ночные Ястребы до сих пор посылали к нам только своих учеников.

- Они пошлют и других, - добавила Наталия. - Следующими появятся подмастерья. А потом придут они сами. Священники, - она выглядела серьёзной. - Тогда на них будет одет плащ из живого дыма. Что бы это ни было, я предполагаю, что его носят только священники. В нём слишком много от Безымянного, чтобы доверить такой плащ кому-нибудь ещё.

У меня сохранились неприятные воспоминания, связанные с этим плащом, и я боялся, что её предположение было верным.

- А что насчёт традиции, что после они якобы оставят тебя на двадцать лет в покое? - спросил я.

- Это? - Наталия покачала головой. - Я в это не верю. Думаю, что они предпочитают придерживаться другой традиции. А именно, надёжно выполнить свой заказ. Или эта традиция действует только в том случае, если убить одного из их священников.

- Я слышал, что в храме служит только тринадцать, - размышлял я. - Но если ты права, Наталия, то их будет намного больше.

- Возможно, вы слышали о тринадцати священниках, - сказала она. - В их число не включаются подмастерья и ученики.

Я почувствовал рядом с собой Искоренителя Душ и прикоснулся к нему.

- Прошу простить меня, - промолвил я, когда встал и взял его в руки.

- Что случилось? - удивлённо спросила Лиандра.

- Тарук сидит в коридоре и полирует свой меч. Афала здесь. Дарсан пишет что-то в приёмной для аудиенций. Я видел его, когда шёл сюда. Все остальные здесь. Тот, кто крадётся через комнату над нами может быть Дарсаном, но я в это не верю. Он бы не слонялся по углам.

- В комнате над нами? - переспросила Наталия.

Я кивнул.

- Он медленно двигается вправо. Я сейчас вернусь.

Наталия покачала головой.

- Не имеет значения, убьёшь ты его сам или нет. Так что я тоже могу о нём позаботиться.

- Ты уверена? - спросил я.

Она улыбнулась и закрыла лицо вуалью.

- Уверена, - сказала она и покинула кухню через дверь. Дверь за ней закрылась, но ещё прежде она исчезла из поля зрения Искоренителя Душ. Была уже в камне. Зато я увидел, как в коридоре повернулся Тарук, посмотрел на дверь, а потом пожал плечами. Он даже её не заметил.

- Я уже говорил, что нахожу её жуткой? - спросил Армин, встряхнувшись. - Она внушает страх.

- А мне она нравится, - на удивление всех призналась Сарафина, и я вопросительно посмотрел на неё. - Она такая открытая, - объяснила та.

- Не стоит ли нам проверить? - спросил с тревогой Армин, глядя на потолок.

- В этом нет необходимости, - ответил я, потому что всё ещё держал в руке Искоренителя Душ.

В его восприятии важно было только живое, всё остальное его не касалось. Он разделял своё восприятие со мной, когда я прикасался к нему. Когда я был слепым, я научился ему доверять. Для него камень вокруг был лишь чёрным стеклом. Однако это было скорее не зрение, а ощущение. Когда Наталия была в камне, я её не видел. Но мы оба её почувствовали, когда она покинула камень позади Ночного Ястреба, а потом снова исчезла в нём. Она и правда не заморачивалась с ним долго, мы увидели её всего на одно мгновение, потом жизнь в убийце погасла.

Наталия снова вошла в дверь, убрала вуаль и села.

- Он был старше, - сообщила она. - Быстрее и осторожнее. Прижимался спиной к стене, - она потянулась за своим кубком.

- Это как-то нечестно, - заметил Армин.

Она одарила его одной из своих самых обаятельных улыбок.

- Правда? А мне показалось это практичным.

19. Ночные Ястребы

- Извините, эссэри, - промолвила Афала, рассеянно заламывая руки. - У нас в доме сейчас три трупа, что мне с ними делать?

Лиандра посмотрела на меня. А мне-то что ответить?

- Тогда я вместе с Таруком отнесу их в сторожевую комнату.

Она имела в виду небольшую комнату рядом с вестибюлем. Там были зарешеченные окна и прикреплённая к стене, стояла пустая оружейная стойка, так что когда-то она была сторожевой. У нас не было охранников, поэтому комната не использовалась, как и многие другие. Другим вариантом мог быть подвал, но для этого тела нужно будет пронести через кухню. А их сейчас никто не хотел видеть.

- Я могу спрятать их в стене, - предложила Наталия.

Я в ужасе посмотрел на неё. Мысль о наличии трупов в стенах привлекала меня ещё меньше.

- Я не хочу иметь в стенах беспокойных духов, - также решительно, почти с негодованием, произнесла Лиандра.

- Когда закончим, то сожжём их.

- И вы совсем не боитесь? - спросил Тарук, когда помогал мне раздевать третьего Ночного Ястреба. Он тоже был недостаточно высокий, но, по крайней мере, его брюки и рубашка очень были похожи на вещи, которые носили мы.

- Боюсь? Я всегда боюсь, когда меня хотят убить, - ответил я Таруку.

Амулет я снова положил в мешочек, затем пригляделся к остальному снаряжению. В основном это были кинжалы, два маленьких дротика, ручной арбалет. Он был миниатюрным, но с короткой дистанции смертоносен, прежде всего, когда на болте был яд. А это вероятнее всего.

Также я нашёл стеклянный кинжал, вставленный в стальные ножны, чтобы тот случайно не разбился, гарроту и два непонятных предмета. Лишь чуть позже до меня дошло, что эти небольшие пластины с когтями спереди и кожаным ремешком сзади - приспособление для лазанья, которые можно было пристегнуть к рукам. Я взял себе кинжалы и ручной арбалет.

- Только страх мне не поможет, потому что он не остановит того, кто намеривается убить. Но благодаря страху, человек становиться внимательнее, и это хорошо, - продолжил я.

У него также были с собой четыре стеклянных флакона в кожаных трубках. И разные другие вещи. В отличие от учеников, у этого убийцы была татуировка на левой лопатке - очертание ястреба. Кольца на пальце или чего-то ещё, что могло бы послужить опознавательным знаком, не было. Скорее всего, чтобы узнать друг друга, они использовали жесты, что часто можно было встретить в практике.

У этого человека также не было с собой меча, однако у Ночного Ястреба в канализации был. Я изучил лицо покойника. Он был ненамного старше ученика, но Наталия всё же оказалась права: лицо этого человека было жёстче, чем обычно у людей его возраста. Я вспомнил резкие черты лица Сарака и как я сам выглядел на рисунке Серафины. Убийство оставляло свои следы.

- Я сидел за дверью кухни и дежурил, - сказал Тарук. - Теперь я знаю, что в этом нет смысла. Но я слышал, о чём вы говорили на кухне, - да, эти вентиляционные отверстия. Скорее всего, нас было слышно сейчас во всём доме. - Никто из вас не выказывает страха. А ваши женщины... они меня тревожат.

- Они не мои женщины, - поправил я.

Он кивнул.

- Они всё равно меня тревожат. Особенно женщина-кошка, - сначала я подумал, что он имеет в виду Зокору, но он даже ещё не был с ней знаком, значит говорил о Наталии.

- Она убивает, как будто это спорт, - объяснил он, беря за ноги мужчину.

Я прикоснулся к Искоренителю Душ и узнав, что поблизости никого нет, схватил мёртвого парня под мышки. Невозможно было узнать, как Ночной Ястреб умер. Скорее всего, неожиданно.

- Я так не думаю, - возразил я. - Полагаю, она беспокоится об этом даже больше меня.

- Вы часто думаете о тех, кого убили, эссэри? Я в своей жизни убил двоих, и я не могу их забыть.

Нет, тех, кого я убил, я вспоминал редко. Возможно, иногда. А вот Сарака я так быстро забыть не смогу, хотя и не был инструментом его смерти. Чаще я думал о тех, кто умер за меня. Эти лица мучили меня в моих снах.

- Нет, - ответил я Таруку. - Меня преследуют другие призраки.

Потом мы поднялись наверх, чтобы забрать юношу, лежащего в моей комнате, но он исчез. Я внимательно огляделся, также используя восприятие Искоренителя Душ. Никого. Обугленное тело во дворе тоже пропало. Мы с Таруком обменялись взглядами и поспешили спуститься в комнату, в которую только что отнесли другого Ночного Ястреба. Он тоже пропал.

Тарук обеспокоенно оглядывался по сторонам. Я тоже прислушался и напряг все свои чувства восприятия, в том числи и восприятие Искоренителя Душ, но ощутил жизнь только на кухне. Мы вместе с Таруком осмотрели каждую дверь и каждое ставню. Всё было плотно закрыто. После чего мы вернулись на кухню.