– Жди.

– Но гравитация увеличилась на четверть процента.

– Это хорошо, – Хьярти зажевал эмемдемсину, – это значит – ядро работает.

– На внешнем питании.

– Да хоть бы и так, срок эксплуатации у реакторов выше, чем срок жизни среднестатистической цивилизации.

Хьярти съел красную эмемдемсину и заглянул внутрь пачки – все эмемдемсины были красными. улыбнулся и взял ещё одну:

– Знаешь, смотрел кавказскую пленницу?

– Только что посмотрел, – ответил Берси, просмотрев и проанализировав фильм.

– Во, чувствую себя водителем тарантаса из начала фильма. Мучаюсь-мучаюсь. Один Аллах ведает, куда девается искра у этого выродка в славной семье планет солнечной системы!

– Будешь проклинать тот день, когда ты прилетел на этот безжизненный шарик?

– Не, до этого не дойдёт. Буду строить из себя маленького принца. Ну так что говорят датчики?

– Есть динамо, – успокоил своего шефа искин, – есть, работает, температура поднимается, литосфера начала прогреваться, через недельку льды начнут таять и красная планета начнёт превращаться в синюю, а гравитация придёт в норму, если мы добавим гравитониевый стабилизатор массы.

– Во, пока штольню не закрыли, давай сразу шмальнём туда веществом…

Веществом был гигантский железный метеорит, похожий на ядро какой-нибудь маленькой планетки… он был уменьшен до размеров автомобиля, хотя не потерял массу, так что Хьярти при помощи Берси его сбросил вниз, в штольню, и через несколько минут, когда метеорит долетел, уменьшающее устройство сгорело, и он увеличился – сразу на десятки километров, и начал плавиться. Произошло землятрясение из-за того, что метеорит проломил кору, но это никак не сказалось на работе – через час в штольню полетели ещё три капсулы, которые произвели такой же эффект. Хьярти не утруждал себя фильтрацией вещества, тем более, что уменьшение для этого и придумали,уменьшающее устройство на ЛК310 могло вообще сжимать звёзды! Что уж говорить про какие-то метеориты…

Побросав в штольни капсулы с тяжёлыми веществами, Хьярти добился своего – гравитацию Марса начало колбасить, как Землю во время приливов, только тут было не так удобно отслеживать происходящее. Разве что сенсоры Берси могли видеть более-менее чёткую картинку – сначала гравитация увеличилась скачкообразно на пять процентов, потом снизилась на процент, потом, после расплавления и включения металлов в процесс создания магнитного поля – гравитация начала увеличиваться по проценту в час. Хьярти счёл свою задачу выполненной и встал из кресла, отправившись в ангар ЛК. Планете нужно было посидеть ещё недельку-другую на внешней подпитке, прежде чем можно будет официально начинать проект по колонизации… Но команды «марсиан» готовятся уже сейчас, да и переброска планеты на орбиту Земли требует создания нескольких десятков мощных потоковых двигателей, сложнейших космических толкачей, размером с крупный небоскрёб… И это такой геморрой!

Проект проходил довольно открыто, однако, многие не верили в происходящее, до тех пор, пока не убедились – красный шарик на небосклоне стал белоснежным и ярким. Водяные пары и увеличивающаяся гравитация привели к образованию атмосферы, гигантские пласты вечнозамёрзшего океана растаивали, пробивались сквозь поверхность планеты, превратив её сначала в величайшую красную грязь, а потом с поверхности грязевого океана вода начала выпариваться, температура подскочила до девяноста градусов по Цельсию, и, чему был несказанно рад Хьярти, когда кабели обрубали, над головой их был не чёрный космос, а непривычное, едва-едва голубеющее небо, как перед рассветом. И над головой образовались первые облачка, натуральные, водяные. Вонь стояла эпического уровня – однако, минуту без противогаза подышать можно было, атмосфера была насыщена не только выделевшимися во время электролиза кислородом и водородом, но и менее приятными на запах веществами, тот же хлор, пусть в несмертельной, но неприятной концентрации…

Хьярти, впрочем, осмелился вдохнуть воздух марса только один раз, после чего минут пять откашливался и ещё десять минут материл свои сенсоры, которые показывали, что атмосфера содержит достаточно кислорода для дыхания… Превращение этого зловонного шарика в процветающую планету было процессом, который захватил Хьярти, и всё бы ничего, но Берси поднял тревогу, равной которой не было никогда. Вторжение инопланетян!

Хьярти вылетел в ангар пулей, схватив первый попавшийся корабль и отправился на землю, переговариваясь с Берси:

– Где это произошло?

– Десять секунд назад, Нью-Йорк.

– Сколько вторженцев?

– Пока неизвестно, они прибыли порталом.

– Хорошо, расконсервируй всех титанидов и титанов, а так же несколько десятков МП, отправляй их всех, действуем по протоколу «Июнь41». Сообщи всем ещё не знающим агентам, у кого есть броня, бить будем сильно, но аккуратно! Отправляй к точке боевые челноки.

Хьярти безумно рассмеялся, поглаживая своё оружие – большой посох с острыми лезвиями на концах, который он создал по образу и подобию асгардского оружия, вложив в него все силы. Наконец-то, подраться можно!

Тем временем в научном сообществе, да и просто в мире воцарилась полная анархия на основании колонизации Марса. Это было свежо, ново, это было необычно, и в конце концов – в ООН подняли вопрос о том, кому принадлежит планета. Представитель России настаивал на своём – планета принадлежит тому, кто первый заявил на неё права подтвердив на деле возможностью владения – то есть достиг своих владений, высадился. Особо жёстко воспринял это Китай, страдающий от перенаселения – самая большая страна мира колонизировала новую планету, на что был простой ответ – работает Абстерго, а это в равной мере русские, немцы и японцы, под предводительством американца, с штаб-квартирой в России.

Споры в ООН закончились тем, что директор прислал официальное заявление Абстерго – обитаемые и необитаемые планеты, астероиды и небесные тела, за отсутствием консенсуса и единого правительства земли, будут принадлежать тому, кто способен их удерживать, защищать и использовать, и тому, кто оплачивает терраформирование непригодных для жизни планет.

Марс будет доступен для заселения через три года, хотя у него уже есть уверенная, хоть и очень грязная атмосфера, ввиду того, что терраформирование Марса было произведено на частные средства Абстерго, за полным отсутствием реалистичных планов других компаний, корпораций или частных лиц, планета объявляется частной собственностью.

Китайцы возмущались, но директор, в виде МП, заткнул их довольно грубо:

– Господин Цао, я понимаю ваше возмущение – однако объявлять своим то, что ты хочешь получить, но ещё не получил – это всё равно что делить шкуру не убитого зверя. Я же заявляю так – какой охотник зверя убил, тот и получает шкуру. Именно Абстерго перешагнуло технологический порог, который было необходимо преодолеть для колонизации планет. Именно мы нашли способ изменить гравитацию планеты, растопить океаны, создать атмосферу, поэтому именно Абстерго и будет принадлежать Марс. В свою очередь Господин Хьярти доверил мне передать, что в наших планах создать на Марсе жизнеспособную планету, которая, с учётом наших технологий, изначально будет создана безопасным, комфортным, экологически-чистым и технологически-развитым миром, тем более, что полноценная промышленность уровня сверхдержавы у Абстерго уже есть. Мы планируем создать иное, нежели на Земле общество, по иным принципам и с иной системой.

– И из кого же? – встрепенулся китаец.

– Из тех, кого мы наберём. Господин Цао, я понимаю ваши проблемы с перенаселением, но их вы должны решить самостоятельно. Если не можете – мы можем вам помочь, но радикальными методами ограничения рождаемости. Основной критерий отбора не зависит ни от расы, ни от рождаемости – это соответствие типажам ДНК, которые разрабатывают в Абстерго. Поэтому мы после недолгого теста ДНК сможем сразу сказать, подходит нам человек, или нет. Нам бы не хотелось иметь расистские проблемы, свойственные Земле, поэтому условия для переселенцев будут простые – только свободные люди, которые будут иметь детей с представителями иной расы. Генетика. Никаких диаспор на Марсе нет и никогда не будет, религий только две, в перспективе – три.