— Ничего, — наконец пробормотала я.

Я не собиралась просить у него подарок, так как сама ничего не подарила на его день рождения, который был три месяца назад.

— Это неправда. У всех есть желания. А чего хочешь ты, Эмма?

От его хриплого голоса по моей спине пробежала дрожь.

Чейз был прав. Я много чего хотела. Например, почувствовать, как соприкасается наша обнаженная кожа, или ощутить его глубоко внутри себя. Но больше всего я хотела узнать правду. Я хотела знать, что он скрывает. Почему даже пять лет спустя приходит на мемориал жены. Почему ни в его телефоне, ни в его доме или офисе нет ее фотографий. Хотела понять, почему он ищет во мне утешение. Я не возражала, что в такие моменты он приходил ко мне, поскольку нуждалась в нем ничуть не меньше.

— Скажи мне, — прошептал Чейз, аккуратно целуя в меня в шею израненными губами.

Слова крутились на кончике моего языка.

— Хочешь отправиться в путешествие? Я отвезу тебя в любое место, какое захочешь, — спросил он.

Я покачала головой, пытаясь понять, есть ли способ узнать его тайны, в ответ не делясь своими.

— Скажи, чего хочешь и оно твоё, — сказал он, сдерживая зевоту.

Я повернулась. Мне хотелось видеть Чейза, когда он давал обещания, даже не зная, во что это ему могло обойтись. Его глаза все еще были затуманены действием обезболивающих, но блеск, появившийся в глубине, говорил — Чейз отдает отчет своим словам.

— Я ничего не дарила тебе на день рождения, — сказала я, пытаясь объяснить свой отказ. Мне не хотелось признавать, что я просто трушу спросить у него о его тайнах.

— Неправда. Ты испекла мне торт. Никто никогда не делал для меня торт, даже моя собственная мать. Она всегда покупала их. Конечно, они были вкусными и красивыми, но есть что-то особенное в именинном торте, приготовленным своими руками, словно ты… — он внезапно умолк, и я продолжила за него.

— …словно ты небезразличен этому человеку.

Чейз кивнул, соглашаясь.

— И все же это недостаточно веская причина для того, чтобы увезти меня куда-то на частном самолете, — улыбнулась я.

— Скажи, что я могу тебе подарить, — прошептал он с намеком на нечто больше.

У Чейза было так много всего, что он мог мне дать. И я хотела все это. Хотела, чтобы он впустил меня в свое прошлое, хотела узнать, кто ранил его так сильно, и что разделило его семью. Но находясь к нему так близко, чувствуя его руки на своей талии, ощущая его дыхание своей кожей, я могла думать только об одном. О том единственном, что он отказывался мне дать.

— Поцелуй, — выдохнула я, отчетливо понимая, что именно такой подарок хочу получить от него в свой день рождения.