- Если доблестный и без сомнения храбрый рыцарь даст старой женщине монетку, то она расскажет ему о страшной тайне замка Сюр,- услышал я скрипучий и противный голос.

       Из за обломка стены вышла старуха, одетая в лохмотья и протягивала ко мне руку за подаянием. Не глядя я сунул руку в кошель и кинул ей золотой империал.

      -Держите, леди и купите себе что нибудь по приличнее, чем эти лохмотья.

       - Как давно ко мне никто так не обращался,- прошамкала старуха. А не будет у доблестного рыцаря с собой глоточка вина, что бы старая женщина могла промочить себе горло?

       - Доблестный рыцарь (ничего, что это я о себе так скромненько, без пафоса), является храмовым воином Великой и пьет только воду.

       - Какая жалость, а не найдется у храмового воина немного поесть?

      - Найдется,- и я повернулся к седельной сумке, что бы сотворить несколько кусков мяса и сыра. В то же самое мгновение Огонек буквально прожег мою одежду вспышкой жара. Еще не соображая, я машинально вырвал его из за спины, развернулся и рубанул крест на крест перед собой. Раздался крик боли, отчаяния и ненависти.

      Передо мной стояла молодая, красивая женщина, лицо которой портили огромные клыки с верху и низу её рта, а на руках вместо ногтей торчали огромные когти. И судя по всему очень острые. Из крестообразного разреза на обнаженной груди обильно вытекала голубая жидкость, на которую эта красотка смотрела с большим удивлением.

      - Как ты смог, я же бессмертна, меня нельзя убить смертному...

      - Все в мире течет, все изменяется, пришел и твой срок. Кто ты, красотка?

      - Я,- она упала на землю,- Сцилла. Мы населяли этот мир до прихода богов и людей и мы правили им ещё долго после их прихода. Человеческое мясо такое вкусное, сладкое...

       Её голос затихал, огромные глаза с вертикальными зрачками (а я только сейчас это заметил) медленно затягивались серой пленкой. По мере того как жизнь в ней угасала, растворялись обломки стен, осколки блоков, под ногами была обыкновенная земля и ни что не напоминало, что ещё недавно здесь стояли развалины какой то крепости. С телом Сциллы то же происходило что то странное, оно быстро старело, покрывалось морщинами, струпьями и в конце концов рассыпалось в прах. Но больше всего меня поразили её последние слова:

       - Я теперь знаю кто ты. Император, ты обречен... Дальше она ничего не успела сказать...

      - Велла, - я мысленно обратился к Богине,- а кто такая или такие Сциллы?

       Мгновение, яркая вспышка и я уже внутри священного огня Великой, а она стоит рядом и в руках у неё, я не поверил, молнии, которые она готовилась метнуть в противника.

       - Успокойся дорогая, я зарубил её Огоньком и она превратилась в прах, а кровь или что там у неё вместо неё - голубого цвета.

      - Сциллы,- это перводухи этого мира, они могут принимать любой облик, но только старика или старухи. Я думала, что их уже всех извели. Со времен последней битвы о них ничего не было слышно. Расскажи-ка мне все по подробнее.

      Я подробно описал Велле свою встречу со Сциллой.

       - Я так и знала, у него через пару дней свадьба, а он пялится на обнаженную грудь другой. Все вы мужики такие. И чего тебя понесло сюда?

      - Я хотел посмотреть, как устроились на новом месте те деревни, что мы спасли от камнепада. Все равно в замке мне делать нечего.

       - Ну так и езжай к этим деревням и нечего шляться по развалинам. Громко фыркнув она и священный круг исчезли....

      Я вновь неторопливо трясся в седле, уже внимательно осматривая окрестности, но ничего примечательного мне не попадалось. Ближе к вечеру я добрался до деревень и храма Великой. На пороге храма меня ждал настоятель:

      - Бассейн готов, вода подогрета, ужин ждет вас на кухне, а потом пожалуйте ко мне на беседу...

      Уже сидя в комнате настоятеля, я поинтересовался,

       - Как люди отнеслись к тому, что их деревни перенесли на новое место?

       - Как к милости Великой, иначе поток все бы снес и от деревень ничего не осталось бы.

      Затем настал мой черед рассказывать о нашей поездке за стену... Я видел, что настоятеля что то волнует, и он очень невнимательно слушает меня.

       - Что то случилось?

      - Да, крестьяне голодают, а в храме нет денег, что бы помочь им.

      Я высыпал все содержимое своего кошелька - не густо, чуть больше десятка золотых монет и несколько серебряных. Настоятель обрадовался,

      - На это мы сможем закупить продуктов в соседних селениях на несколько месяцев, а там и Великая нам поможет

      - А от чего голод?

       - Мы потеряли прежние земли, их завалило, а новые ещё не расчистили до конца и первый урожай они дадут не ранее чем через несколько месяцев....

       Ночью, в храме я рассказал Велле о последних словах Сциллы.

       - Дик, Сциллы обладают даром предвидения, мне страшно за тебя.

      - Почему меня уже второй раз называют императором? И что означают слова - " Ты обречен..."?

      Ответов на эти вопросы у Веллы не было. Вот тебе и богиня.

      Зато сегодня, под утро, она подкрепила мои силы самой настоящей яичницей. Неужели научилась хоть что то готовить?...

      Утром, игнорируя удивленный взгляд настоятеля, я оседлал коня и поехал к месту, где до этого стояли храм и деревни. Благо ехать было не далеко и я надеялся к обеду управиться. Ничем не привлекательная местность, большое количество валунов и мелких камней, а след от камнепада четко прочертил на склоне горы широкую линию. Правда было одно но, вначале камнепадов или следов от них было три, а потом они соединились по весьма причудливому пути в один и пошли не по естественной выемке, а почему то свернули в сторону, как раз туда, где стоял храм Великой. И ещё, деревни он может быть и зацепил бы, но только краем, а вот поля действительно завалил всяким хламом. Урожай погиб.

      Подъехав к самому краю, я спешился и пустил коня на "вольные хлеба", а сам по осыпи стал подниматься в верх. Пройдя буквально с десяток шагов я услышал недовольный голос:

       - И куда это мы так торопимся? Шею сломать хотим? Ведь камни ещё не закреплены и могут осыпаться в любой момент.

       Я остановился , в удивлении покрутил головой, но ничего не заметил, а голос продолжил:- Валун с права видишь? Там будет потайной вход, А запасной там, где сейчас пасется твой конь.

      Я посмотрел вниз. Мой конь щипал жиденькую траву метрах в пятидесяти у небольшой расщелины.

      - А теперь ступай отсюда, не мешай работать. Атарк же говорил, что как все будет готово, тебя предупредят.

      Так и не поняв откуда исходил голос я почти на задней точке спустился с осыпи и направился к своему коню. Расщелина, как расщелина, узкая, с острыми краями.....

      Не заезжая в храм, а лишь помахав настоятелю рукой, я отправился в обратный путь. Странно, но на том месте, где я встретил Сциллу, вновь появились обломки крепости. Что за наваждение, ведь со смертью старухи они исчезли. Поправив Огонек, я направил коня к развалинам.

       Развалины, да не те. Там было ощущение, что центр разрушенной крепости был пуст, а здесь наоборот, сам пригорок был завален обломками, а вокруг ничего не было. Складывалось впечатление, что вчерашняя и сегодняшняя картинки должны составлять одно целое и это было бы правильно, а вот так, по отдельности,- что то неестественное. Я спешился, но коня брать в повод не стал. Пробираясь через обломки я направился к предполагаемому центру бывшего замка. Обломки были самыми настоящими. Я и всматривался, и принюхивался до головокружения, но ничего не обнаружил, да и Огонек не подавал сигнал опасности.