– Думаю, он просто пытался убедиться в том, что у вас всё в порядке, – Мила вздыхает. – Он парень, а, похоже, что он самый большой идиот среди них всех.

– Да, думаю, он хотел дать мне понять «эй, та ночь ничего не значила, и я перехожу на побольше и получше». Он в конечном итоге собирается связаться с какой-нибудь красоткой, с которой будет готов спать и на которой женится. В отличие от меня, которая отбила у него всякий интерес.

– Салли, это просто свидание. Это ничего не значит, – Мила дотрагивается до моей руки. – Он не двигается куда-то дальше. Он, вероятно, даже не осознал, какую обиду причинил. Я уверена, что его звонок ничего не значит. Это свидание ничего не значит. Поверь мне.

– Значит, и очень много, – я делаю глубокий вдох. – Ты видела её фото? А ты слышала, как он говорил о ней и сколько раз он показывал нам её профиль? Она ему действительно нравится. Так, как если бы он думал, что она – его идеальная пара или что-то в этом роде. Я не получала столько сообщений и скриншотов от него за всю свою жизнь.

– Он парень, и ему понравилось, что она занимается танцами. Он, скорее всего, надеется, что она стриптизёрша или типа того, – Мила морщится.

– От этого я не чувствую себя лучше, – застонала я.

– Да, но давай будем реалистами, она, вероятно, танцует балет или степ, или что-то отстойное, – у неё появляется нелепая улыбка.

– Это означает, что она гибкая, – я корчу рожицу. – От этого мне по-прежнему не становится легче.

– Ох, Салли. Ты на самом деле не знаешь, кто она. Что, если её фото пятилетней давности, или, что ещё хуже, сделаны десять лет назад?

– Держу пари, что нет, – я смотрю в её большие карие глаза. – Но спасибо за то, что пытаешься меня приободрить.

– Это всего лишь первое свидание. Они не собираются пожениться.

– Да, но он идёт на первое свидание и сообщил мне об этом. Через несколько дней после того, когда мы практически занялись сексом, – я смотрю вниз, стараясь сдержать слёзы. – Это означает, что ему плевать на меня.

– Нет, это означает, что он доверяет тебе, чтобы рассказывать о своих свиданиях, – мягко произносит Мила.

– Не думаю, что это имеет большое значение, – я слегка смеюсь, когда вновь поднимаю свой взгляд. – Не думаю, что Коди смущается, когда рассказывает о том, что идёт на свидание.

– Да, но он также спросил твоего совета о том, куда ему её повести, и что ему одеть, и следует ли ему позаботиться о подарке на первом свидании.

– Мила... – я смотрю на неё, сузив глаза. – Ты думаешь, что это вроде какого-то утешительного приза? Я, говорящая ему, куда, по моему мнению, ему стоит её повести? По правде говоря, я хотела вырвать своё сердце и бросить его на пол, когда он начал спрашивать моё мнение.

– Ох, Салли, ты так драматизируешь, – Мила с беспокойством смотрит на меня. – Мы должны приготовить из лимонов лимонад.

– Это немного сложно, когда у нас есть только лаймы, – я смотрю на неё. – Фактически, у нас нет даже лаймов, у нас есть только грейпфрут. Большой, вонючий, кислый грейпфрут. Никакое количество сахара не сделает их такими же сладкими как лимонад.

– Хо, Салли, – Мила хихикает.

– Мои страдания заставляю тебя смеяться? – я быстро улыбаюсь ей. – В самом деле?

– Прости, я отстойный друг, – она смеётся ещё больше, и я не могу остановить себя, чтобы не присоединиться к ней.

– Всё нормально. Я драматизирую. Не похоже, что они поженятся, – я делаю паузу. – Но, если этот придурок придёт ко мне, чтобы спросить, как сделать предложение, я убью его.

– Нет, – Мила качает головой. – Если он настолько тупой, чтобы вытворить такое, то я убью его вместо тебя.

– Мы можем прикончить его вместе, – я подмигиваю ей, когда она взрывается от смеха.

– Звучит как план, – она замолкает. – Так, что насчёт планов на вечер?

– Ты по–прежнему хочешь сходить куда-нибудь?

– Я не позволю тебе отправиться домой и просто сидеть, и думать о том, что Коди на свидании.

– Почему бы и нет? Звучит, как восхитительно ужасная ночка, – я прикусываю нижнюю губу. – Я могу представить, что они едят. Держатся ли они за руки. Подарит ли он ей поцелуй на ночь. Подожди, она может опередить его, так что она подарит ему поцелуй на ночь. Может, она пригласит его пропустить по стаканчику. Тогда, может быть, он пойдёт. И каждая последующая вещь приведёт к следующей, о которой ты знаешь, пройдёт девять месяцев и появится маленький Коди, а меня попросят стать его крёстной. И тогда я могу просто покончить с собой.

– О, Салли, – Мила выглядит так, как-будто готова снова рассмеяться. – Я думаю, что у тебя богатое воображение.

– Что если, моя фантазия окажется правдой? Особенно, если он до сих пор ходит с посиневшими яйцами.

– Пойдём в клуб? – предлагает Мила, стараясь сменить тему. – Мы можем потанцевать, и, может, даже пофлиртовать с какими-нибудь красавчиками.

– Что об этом подумал бы Ти Джей?

– Его это не заботит, – она пожимает плечами. – К тому же, это всё для тебя.

– Не знаю на счёт похода в клуб. Я не против того, чтобы потанцевать, но я не хочу возвращаться домой, чтобы переодеться. Я не в сексуальном или распутном настроении, – я корчу рожицу. – И мне совсем не хочется брить ноги. – Я смеюсь над выражением, которое появляется на лице у Милы. – Эй, прошло уже несколько дней.

– Здесь нет места осуждению, – она смеётся. – На этой неделе я не брила ничего выше колен.

– Ти Джей не возражает?

– Ти Джей хорошо соображает, чтобы что-то говорить, – она смеётся. – На следующей неделе он получит от меня бразильскую стрижку. Он может перетерпеть небольшое количество волосков пару дней.

– О, у тебя будет полосочка?

– Не знаю, – она качает головой. – Но скорее всего «да».

– Счастливая, – произношу я с тоской.

– Счастливая? – она смотрит на меня как на сумасшедшую. – В чём здесь счастье? Восковая эпиляция – это та боль, без которой я могла бы обойтись.

– Я бы хотела, чтобы у меня был кто-то, для кого бы я делала там восковую эпиляцию.

– Ты можешь делать её для себя, – предлагает она.

– Ты ненормальная? – я смеюсь. – Я достаточно люблю себя, чтобы не подвергать себя этой боли просто так.

– Ох, Салли, – она смеётся. – Что мне с тобой делать?

– Найди для меня прекрасного принца – любого, кто сможет избавить мой жалкий мозг от Коди.

– Тогда, как насчёт того, чтобы пойти в бар? Для этого нам не надо быть секси, но мы можем просто хорошо выглядеть, – она усмехается.

– Думаю, что согласна на бар, – я киваю. – Я могу напиться до чёртиков, а потом танцевать на барной стойке.

– Ты собираешься танцевать на барной стойке? Как в «Гадком Койоте»?[6] – Если ты хочешь меня хорошенько напоить, – я подмигиваю ей.

– О, я напою тебя, – она ухмыляется. – На такое стоит посмотреть.

– Ты просто хочешь, чтобы я опозорилась, – я смеюсь.

– Нет, я просто хочу, чтобы ты повеселилась, – она ухмыляется мне в ответ. – И, возможно, если мы напьёмся вдвоём, то сможем сделать это вместе.

– Да, было бы круто, – я ухмыляюсь ей. – И, если Ти Джей когда-нибудь узнает про это, он запретит нам дружить.

– Ти Джей не может запрещать мне всё что угодно, – она смеётся. – Ну, думаю, это зависит от того, что именно он хочет запретить мне и что он предлагает взамен, но он просто не может мне запретить быть собой.

– Э-э, а Ти Джей знает про это?

– Нет, – она хихикает. – Он может думать всё, что ему угодно. И если он думает, что может запретить мне что-нибудь, то пусть так и думает.

– Коди может запретить мне всё, что угодно. – Я закрываю глаза, – я сделала бы всё, чтобы он ни попросил. Я бы слушала всё, чтобы он ни говорил. Только ради того, чтобы быть рядом с ним. Чёрт, если бы у меня был ещё один шанс провести с ним ночь. Я бы сделала в спальне всё, о чём бы он ни попросил меня.

– Салли ... – голос Милы звучит раздражённо.

– Знаю, что звучит жалко, – открываю глаза и смотрю на неё. – Это то, что сделал со мной твой брат, – я поднимаю руки вверх, а потом прижимаю к сердцу. – О, моё разбитое сердце, как я смогу жить дальше и полюбить кого-то другого? Коди Брукстон украл тебя у меня, и я боюсь, что ты уже никогда не будешь моим… – Я театрально качаю головой и падаю на стул позади себя. Мила просто стоит там, глядя на меня с обеспокоенным выражением, и я знаю, что она думает об этом, совершила ли она ошибку, начав претворять в жизнь свой план. Он не работает так, как надо, а наоборот, та дружба, что есть у нас с Коди сейчас, просто разрывает меня напополам. Я не хочу быть его доверенным лицом и лучшим другом. Я хочу быть его любовницей и любовью всей его жизни.