Снарк кивнул Киану.

— Как ты узнал, что он сделал бы это? Он сказал это?

— Он довольно ясно подразумевал это. — Киан немного колебался, затем вздохнул и продолжил: — И потому, что я знаком еще кое с кем, кого он изнасиловал.

Я посмотрела на него. Это правда? Киан наблюдал за мной с раскаянием в глазах, и уголки его рта опустились. Он поморщился.

— Я не мог позволить ему сделать с тобой такое же.

— Кто? — повысил голос Снарк. — Кого он изнасиловал? И дала ли она показания?

— Мою сестру. И нет, она не дала показания.

— Твою сестру… — Я замолчала, вспоминания время, когда Фелиция приходила в суд. Она всегда была с матерью, всегда с опущенной головой и поникшими плечами. Она никогда не смотрела на меня. Никогда. — Я думала, она ненавидит меня, и твоя мать тоже.

— Фелиция знала, почему я пошел к тебе, но в моей семье об этом никогда не говорили. Я рассказал родителям и адвокатам, но отец запретил называть в суде настоящую причину.

Отец Киана ни разу не был в суде.

— Почему твой отец не приходил на слушание? Я не помню, что видела его там.

— Потому что он был расстроен моим поведением. Он ничего не сделал, когда Каверс изнасиловал Фелицию. Отец Джастина… — Киан нахмурился, — бизнес-коллега моего отца. Но это не значит, что я мог позволить Джастину сделать это еще раз. Поэтому я пошел к тебе.

— В суде ты говорил, что направлялся в дом к девушке, — сказал Снарк, скрестив руки на груди. — Вы были друзьями с привилегиями. Она ждала, когда ты придешь. Она заявила это, поддержав твою версию.

Киан пожал плечами.

— Я мог бы пойти к ней домой, она жила через дорогу от дома Джордан. Это было бы достаточным оправданием тому, почему я был возле дома Джордан.

— Девушка не знала, что ты придешь?

— Кое-кто позвонил ей позже и сказал, что я собирался к ней прийти. Ей сказали, о чем говорить, когда спросят. Так и было. Я мог бы к ней прийти в любое время. У нее не было с этим проблем. Уверен, она даже верила в то, что говорила.

Снарк хмыкнул, покачав головой.

— Трудно быть молодым, богатым и красивым.

Киан сжал губы в тонкую линию.

— Отец запретил мне рассказывать о реальной причине, почему я пошел к Джордан. Подчеркнув такие слова как «чрезмерный интерес» и «выгодный союз». Именно такими словами.

У меня кружилась голова. Он спас меня от Эдмунда и от Джастина. Один пытал меня, второй пытался изнасиловать. Хуже всего то, что я не знала, обратилась бы я в полицию по поводу того или другого. Если бы Эдмунд остановился, я бы просто убедила себя, что он сломался. Он бы извинился, и мы бы больше не говорили об этом. Его жена и двое детей обвиняли меня в смерти Эдмунда, и они не поддержали бы меня, если бы я пошла в полицию. То же самое с Джастином. Было бы его слово против моего.

Стыд наполнил меня, скручивая внутренности.

Я бы позволила себе стать жертвой. Я бы не выстояла как Киан.

Почувствовав жжение в горле и слезы, готовые пролиться, я хрипло прошептала:

— Спасибо.

Он ждал, и после моих слов его плечи опустились. Киан вздохнул. С трудом сглотнув, он резко кивнул мне.

— Ты ненавидишь меня?

Как я могу? Он спас меня, и не один раз. Я покачала головой.

— Никогда.