Брэдшоу знал, что не все так просто. Однажды, его оправдали за поступок, в котором он винил себя, глубоко внутри, он все еще каждый день задавался вопросом, что бы произошло, если бы он поступил иначе. Эта мысль все еще мучила его и будет мучить до последнего дня его жизни. Но Том Карни был его другом. Он хотел слышать эту неприкрытую правду, и бесспорно, у него было на это право.

― Ну, ― спросил Том.

― Мне жаль быть тем, кто это тебе скажет, друг, ― произнес Брэдшоу, ― но о тебе не было и слова.

Глава 48

Жизнь всего одна. Это он сказал Энни Белл перед тем, как она прыгнула, но она не послушала. Он сам в это верил. Йен Брэдшоу не был религиозен. Он не ждал, что его призовут на тот свет и отведут к райским вратам. Он был прагматиком. Когда ты умираешь, то это конец, так что нужно наслаждаться каждым днем.

Зрелище того, как Энни Белл шагнула с крыши, сильно на него повлияло. Что могло происходить в голове этой женщины, что побудило ее дойти до края? Каждый раз, как он об этом думал, ему становилось дурно. Хоть он выпил не так много, как Том, он опьянел. Он был пьян и знал об этом, но в то же время мыслил ясно.

Он сидел дома на диване, когда услышал, как в замке повернулся ключ. Карен вернулась из спортзала.

― Как дела, малыш? ― спросила она, когда увидела, что он сидит там.

― Мне нужно поговорить с тобой, ― сказал он ей.

По его лицу Карен поняла, что он говорит серьезно.

― Что случилось?

Она оказалась рядом с ним, тревожась за него, но он не мог позволить отвлечь себя от цели.

― Ничего.

Отмахнулся мужчина.

― Неважно.

― Тогда о чем ты хотел поговорить?

― Об этом, ― сказал он, и она оглядела комнату в поисках подсказки.

― О чем?

― Об этом, ― сказал он. ― О нас, ― и, когда она все еще выглядела сбитой с толку, Йен пояснил: ― О тебе и мне, ― с неохотой он признался. ― Я этого не хочу.

***

Том был пьян в стельку. Хелен знала это, как и он.

― Упс, ― произнес он, когда споткнулся на пороге и упал на колени в коридоре. ― Извиняюсь.

Он, пошатываясь, встал на ноги, и поплелся в прихожую, а затем, буквально, упал на диван.

― Все нормально, я буду здесь, ― нечетко произнес он, так что, как минимум, избавил ее от необходимости делить с ним постель в таком состоянии.

― Ты в порядке?

Хелен выпила больше привычного, и Йен не отставал от нее, но Том сегодня выпил в два раза больше них обоих.

― Ты думаешь, я ужасный человек.

На его голос повлиял алкоголь, ему приходилось произносить слова медленно и тщательно, чтобы их еще можно было понять.

― Нет, Том, не думаю, ― заверила она его, ― правда, я так не считаю.

― Я не хотел убивать ее, ― сказал он, и у нее заболело за него сердце.

― Ты не убивал ее, ― твердо заявила ему Хелен, ― она сама себя убила. Энни не могла жить с тем, что совершила. Мне тоже плохо из-за этого, но она в ответе за это, а не мы.

Она взяла подушку и подложила ему под голову, позволив ему с благодарностью на нее упасть.

― Спасибо, ― поблагодарил он, выглядя невероятно уставшим.

Одновременно он закрыл глаза и протянул руку, чтобы взять ее руку в свою.

― Люблю тебя, ― мягко сказал Том, а затем сразу же уснул.

Хелен смотрела на спящую фигуру внизу и задавалась вопросом, правильно ли его расслышала. Он только что сказал...?

― Тоже тебя люблю, ― тихо сказала она ему, зная, что он не может ее услышать.

***

Брэдшоу не совсем хотел, чтобы это был разговор о расставании или разрыве отношений, чем это вскоре стало. Он просто хотел, притормозить развитие их отношений и не съезжаться, прежде чем они не проведут больше времени вместе, но вскоре стало очевидно, что, в представлении Карен, это было так «вместе-или-расстаемся», «люби-меня-или-уходи». К его удивлению, Брэдшоу это вполне устраивало.

Однако ему не нравилась их ссора, и он не хотел видеть ее расстроенной. На каком-то уровне, он понимал, что он плохо поступает со своей девушкой, о которой он уже начал думать, как о бывшей. Не было ничего приятного или достойного в том, как он сообщал ей об этом, когда она этого вообще не ожидала, но, определенно, это было намного лучше сделать сейчас, а не годы спустя, когда они оба окажутся в ловушке.

― Ну, спасибо тебе большое, ― сказала она ему, ― так значит, я заставляю тебя чувствовать себя в ловушке? Что мне теперь делать? ― завопила она, когда ссора уже была в разгаре. ― Я уже выехала со съемной квартиры! Все мои вещи упакованы или уже здесь. Куда я пойду?

― Может, к своим родителям?

От такого предложения у нее вырвался стон разочарования.

― Можешь оставаться здесь, сколько потребуется. Я буду спать на диване, ― он быстро добавил, ― очевидно.

― Не будь, черт возьми, тупым! ― закричала она. ― Я уезжаю к родителям и уезжаю прямо сейчас, засранец!

Брэдшоу испытал огромное облегчение, услышав это.

Она направилась к двери, а затем повернулась и наградила его испепеляющим взглядом.

― Если у тебя были сомнения, ты мог сказать мне о них раньше, ― закричала она на него, ― гребаный трус!

Брэдшоу пришлось признать, что насчет этого она права.

***

― Ты в порядке? ― спросила его Хелен, когда отодвинула шторы. Том начал щуриться от утреннего света, полившегося в окно, а затем застонал.

― Боже, моя голова.

Он приложил руку ко лбу.

― Сколько я выпил?

― Много, но это можно понять.

― Я не помню, как пришел домой, ― сказал он, ей пришлось предположить, что он не помнил, как сказал «люблю тебя», потому что говорил на пьяную голову, но от этого это становится больше правдой или меньше? Она прогнала эту мысль, прежде чем та окрепла.

― Сейчас я пойду на работу, но позже вернусь и принесу тебе фотографии, которые ты просил.

Тому удалось сесть. Он скривил лицо.

― Вся комната кружится.

Затем он, казалось, понял, что она сказала.

― Ты не считаешь, что мы нанесли достаточно вреда за одну неделю?

Она принялась его распекать.

― Нет, не считаю! Послушай меня. Я знаю, ты расстроен из-за того, что произошло с Энни Белл. Йен тоже, как и я, но это другое. Мы должны помочь тем девушкам в «Мидоулендс», а это значит, найти этого мужчину и остановить его. Так что тебе надо принять душ, приготовить кофе и собрать себя в кучку, потому что сегодня вечером мы снова пойдем искать Келли.

Том понял руку, чтобы ее утихомирить.

― Ты права, мне жаль. Я сейчас встану. Мне тоже нужно кое-чем заняться.

― Чем?

― Ну, для начала, мне нужно пойти и увидеться с Ричардом Беллом, ― сказал он, ― и я не очень-то хочу это делать.

***

Комендант уже проинформировал Ричарда Белла о суициде его жены, так что, по крайней мере, Тому не пришлось сообщать ему новости. Так как она сбросилась с высокого здания перед офицером полиции, тут было мало неясности. Том приехал в тюрьму в состоянии сильного беспокойства, которое только ухудшилось из-за его похмелья. Он был настолько шокирован из-за смерти Энни Белл, потому что, с какой стороны не покрути, по большей части это произошло из-за его действий. Единственным методом справиться с этим он считал алкогольное забытье. Оно прекрасно справлялось с этим вчера, но сейчас у него болел желудок, его подташнивало, а грохочущая головная боль, казалось, не собиралась утихать.

К тому времени, как Том приехал в Даремскую тюрьму, у Ричарда было уже несколько часов, чтобы осознать новости об Энни, но, когда он вошел в комнату, он не выглядел так, будто смирился с этим.

― Мне очень жаль вашу жену, ― сказал ему Том.

― Что вы ей сказали?

Лицо Белла было пепельно-белым и выглядело так, будто он в глубоком шоке. Воспринял ли он извинение Тома, как некую форму признания ответственности?

― Что вы сказали моей жене?

― Я рассказал ей о том, что мне удалось выяснить, вот и все, Ричард. Я сделал то, что вы просили меня сделать.

― Что вы ей сказали!

В этот раз он проревел эти слова.

― Эй! ― закричал тюремный охранник.

― Угомонись, Белл, ― предупредил он, но не принял никаких действий, предположительно, давая горюющему вдовцу небольшую поблажку из-за его потери.

― Правду. Я сказал ей правду. Я сказал вам, когда вы начали это, что я могу обнаружить нечто, что вы не захотите услышать.

Том поколебался, пока пытался подыскать верные слова, но выбрал более прямой подход.

― Она сделала это, Ричард. Энни убила Ребекку, и я могу доказать это.

Он принялся обо всем рассказывать не верящему мужчине. Белл молчал. Он просто слушал, но его лицо выражало недоверие.

― Я не могу это принять.

Он покачал головой.

― Вы говорите, что у вас все на записи?

Том кивнул.

― Мы можем это использовать. Я отдал свои записи сержанту Йену Брэдшоу. Я уверен, что они возобновят расследование вашего дела. Я думаю, Ричард, что этого может быть достаточно, чтобы вытащить вас отсюда.

Однозначно, это немного успокоило мужчину.

― Боже правый, ― пробормотал Белл и принялся плакать. Том не мог сказать от облегчения или от грусти, но затем Белл пробормотал: ― Какая разница?

― Какая разница? Я думал, вы этого хотите. Вас освободят. Вы снова увидитесь со своими дочерями...

― И как я объясню им, что их мать покончила с собой из-за меня, из-за того, что я сделал? Мне теперь все равно. Вы не понимаете? Это все моя вина. Ребекка умерла из-за меня. Энни мертва... из-за меня. О, Боже.

И он снова зарыдал.

Том не мог ничего придумать, чтобы утешить мужчину, так как понимал его чувства. Только вот вина Ричарда Белла была сильнее в разы, потому что на его руках были смерти двух женщин, а не одной.

Глава 49

Келли остановилась на ходу, когда увидела Хелен, стоящую на улице впереди нее.

― Я же сказала те, я не по девочкам.

― Пожалуйста, садись Келли, ― попросила Хелен. ― Мы можем помочь тебе, правда, можем.

Келли фыркнула.

― Да, верно.

Что бы ни произошло с момента их последнего разговора, казалось, что девушка передумала насчет сотрудничества.

― Ты хочешь помочь нам найти Диану? Я думала, она была твоей подругой.

― Она и сейчас моя подруга, ― уверенно ответила Келли.

― Тогда помоги нам найти ее, ― сказала Хелен, ― пожалуйста.

― Пошла ты, ― огрызнулась Келли и целенаправленно двинулась от Хелен.