С. Вы говорили о комиссии по делу 20 июля, в которой вы председательствовали. Не могли бы вы рассказать мне об этом заговоре в самых общих чертах? Я думаю, вы должны знать больше, чем кто бы то ни было, о том, что же на самом деле произошло. Например, некоторые из тех людей остались живы и явились к нам, предлагая свои услуги. Они могут стать заметными политическими фигурами в правительстве в нашей зоне, и мы хотели бы услышать ваше мнение о мотивах покушения и характерах тех или иных участников событий. Вы не могли бы изложить ваши общие замечания?

М. У меня больше материалов по 20 июля, чем вы могли бы представить. С чего вы хотите, чтобы я начал?

С. Просто общий обзор. Кто стоял за этим, в смысле за этим заговором. Участники, мотивы и так далее.

М. По мере того как война затягивалась, появлялось всё больше и больше недовольных. Началось с того, что многие сторонники левого крыла и интеллигенция не одобряли непривлекательные действия нового правительства. Ведь ранние СА {Штурмовые отряды} и нацисты были в основном из уличных головорезов и хулиганов, и их действия вызывали раздражение у многих людей. В конце концов Гитлер выкинул большинство самых оголтелых и попытался сделать своё правительство более приемлемым для среднего класса. Я думаю, в общих чертах он преуспел в этом, хотя интеллигенция и в особенности военные его терпеть не могли. Военные правили Германией даже после войны, и у них было… да и сейчас тоже… очень развито сознание своей касты. Они сбросили кайзера, когда им это понадобилось, они устраивали при каждой возможности путчи и хотели установить в республике своего рода формальное правительство, которое было бы целиком и полностью подчинено им. Беда была в том, что это формальное правительство было очень слабым и бездеятельным, и хотя армия, безусловно, руководила им, оно не пользовалось доверием общества и Германия попросту плыла по течению. Армии нужен был сильный лидер, который смог бы укрепить страну, но в то же время был бы у неё в подчинении. Они допустили ужасную ошибку, когда сделали ставку на Гитлера. Он не поддавался абсолютно никакому влиянию. Когда до них это дошло, они впали в ярость и решили от него избавиться. И ещё, разумеется, Гитлер был не из их класса. Они-то были главным образом землевладельцы, помещики из Восточной Пруссии, они все знали друг друга, все занимали до войны положение в обществе и почти целиком жили прошлым. Гитлера и его крикливых соратников по NSDAP они находили ужасными. Так что они вредили ему, как могли, и критиковали его на своих балах, обедах и охотничьих вечерах. Они никогда не доверяли Гитлеру, даже после того, как он сломал хребет радикальным движениям в Германии и значительно улучшил экономическое положение рабочих. Для них это абсолютно ничего не значило. Даже несмотря на то что Гитлер сражался на передовой во время войны и был удостоен двух Железных крестов, они не испытывали к нему ничего, кроме презрения. Так что пока они получали какие-то выгоды от его программ, таких, например, как наращивание военной мощи, они ограничивались простым недовольством. Некоторые штабные старые бабы, типа Гальдера и Бека, пытались препятствовать его программам, но всегда закулисно. Многие из них в Веймарский период работали в Советской России, и российский стиль начинал им нравиться. Очень неблагоприятная ситуация. Когда в 1933 году Гитлер пришёл к власти, это вызвало сильное раздражение у поляков, потому что Пилсудский {Юзеф Пилсудский (1867-1935), польский маршал, политический деятель и глава государства. В 1920 году воевал против Красной Армии и нанёс ей поражение.} понимал, что сильная Германия с одной стороны Польши и сильная Россия с другой сулят ему большие неприятности. Так что он планировал ударить по Германии, пока рейхсвер ещё относительно слаб, и надеялся спихнуть Гитлера. Думаю, поляки и сами не знали, кого они ненавидят больше: нас или русских. И вот в начале 1933 года, думаю, где-то в марте, поляки начали стягивать свои войска к границам Восточной Пруссии. По существу, мы тогда не имели возможности им противостоять, поэтому Гитлеру нужно было выиграть время. Поляки потребовали, чтобы Гитлер разорвал свои отношения с Россией, расторг договор с ней о военной взаимопомощи {Видимо, речь идёт о соглашениях РККА и рейхсвера, заключённых в 1926-1927 годах – Примеч. ред.} и подписал договор о военном сотрудничестве с ними. Гитлер был вынужден сделать это, но я знаю, что он так никогда и не забыл об этом эпизоде и впоследствии поляки дорого за него заплатили Высшее военное командование тоже злилось на Гитлера за то, что он разорвал их дружеские отношения с Россией. Они не могли или не хотели понять, что безопасность государства, их собственного государства, важнее, чем учебные манёвры в России. И теперь эти господа получили новый повод для ненависти к Гитлеру. Может, эти люди и были блестящими кадровыми офицерами, но они всегда оперировали только военными категориями, строго военными, и не принимали во внимание ничего другого. Многие из этих офицеров присоединились к заговору, когда война начала оборачиваться против них. Они были вполне довольны своим бездействием, пока Гитлер раздавал им маршальские жезлы и высокие ордена, но в конце концов им это приелось. И ещё, как я уже говорил, многие из старших, высшего ранга офицеров саботировали планы Гитлера. Должен сказать, что хоть я и не специалист в военном деле, но я видел, что часто Гитлер выказывал большую осведомлённость, чем они. Он издавал какой-нибудь приказ, а поскольку у некоторых генералов личность Гитлера вызывала отвращение, такой генерал старался весьма осторожно такой приказ не выполнить. Если случалось что-нибудь плохое, он и его друзья во всём обвиняли Гитлера И они очень часто лгали ему в глаза. Ни к чему хорошему это никогда не приводило. Дошло до того, что Гитлер распорядился стенографировать все свои совещания.

Он просто не мог верить собственным военным. Я слышал однажды, как один очень высокий армейский чин сказал: «Это война Гитлера. Если он её проиграет, это его вина». Представляете, услышать такое во время крупнейшей войны со смертельными врагами, которые стремятся уничтожить вашу страну! Многие из этих офицеров были замешаны в заговоре и хотели объединиться вместе с русскими против Запада. Допрашивая некоторых из них, я был поражён тем, что они не имели ни малейшего представления о сталинских преступных методах и даже не предполагали, что, едва они избавятся от Гитлера, Сталин уничтожит и их тоже.