– Славный такой старичок. Он хотел знать, приехала ли я на этой чудесной яхте, и я сказала, что да. А когда он демонстрировал мне, как быстро умеет плавать, то спросил, нет ли на борту симпатичного молодого человека с темными волосами. А потом показал мне ракушку и спросил меня, не думаю ли я, что она похожа на mano пега, "черную руку", символ assasino… Постой. Вот, она у меня с собой. Он сказал, что я могу подарить ее тебе, если захочу.

Мэдисон уставился на ракушку и стал белее мела.

– Сколько мы еще простоим в этом порту? - обратился он ко мне.

Я пожал плечами:

– Мы ведь путешествуем. Думаю, когда подвезут продукты, можно отплыть.

– Ты сам все время говорил об исследовании жизни бандитов, - заметила Крошка. - Я слышала, что король Марокко за пояс заткнет любого пройдоху. Поедем к нему?

– Это на противоположной стороне Атлантического океана, - отозвался я.

– Смит, - произнес Мэдисон, глядя на ракушку, при этом руки у него заметно дрожали. - Я знаю, что обязан вам по гроб жизни за то, что вы спасли меня в Нью-Йорке. Можете оказать мне еще одну услугу и немедленно выйти в море?

– В Марокко? - воскликнула Крошка. - Это ведь столица царства наркотиков!

– Я скажу капитану, - очень довольно ответил я. Мы будем плыть еще долго, а Мэдисон совершенно забыл о том, что когда-то собирался покинуть нас.

Мы отплыли около полуночи, пройдя по длинному узкому каналу. Волны слабо фосфоресцировали. Огни Бермудских островов остались позади, и перед нами простерся Атлантический океан, весь в распоряжении капитана Биттса. Да, путешествие обещало быть долгим и приятным.

Я поправлю здоровье и свое душевное состояние. Какое счастье, когда женщины не отравляют человеку жизнь! Ежедневные упражнения с ними совершенно меня измотали. Как будет здорово, если я больше ни разу в жизни не прикоснусь ни к одной женщине!

Баюкая эту сладкую мысль, я направился в спальню, разделся, плюхнулся в кровать и вытянулся в полный рост. Один, совершенно один.

И тут открылась дверь.

Раньше я не обращал на нее внимания. Наверное, она вела в соседнюю каюту.

Вошла Крошка!

– Эй! - в ужасе вскрикнул я. - Что ты здесь делаешь?

– А, - проговорила она, - главный стюард просто молодец. Он давно догадался, что я тебе вовсе не племянница. Сегодня он переселил меня в соседнюю каюту, чтобы я постоянно была у тебя под рукой. Экипаж всегда заботится об удобстве хозяина.

Крошка остановилась посреди комнаты и стала разворачивать полотенце, в которое была замотана.

– О-о-о! - в ужасе простонал я. - У тебя не хватит сил. Днем я видел, как ты входила в гостиницу с мужчиной!

– А, этот, - расхохоталась она. - Забавный дядька. Знаешь, ему принадлежат все гостиницы на Бермудах. Я набросилась на него, а он никак не мог начать (…). Ему понравилось, потому что я специалист в своем деле, но меня он только напрасно раззадорил.

С этими словами она бросила полотенце на пол. Потом сняла заколку с хвостика, тряхнула волосами и подошла к кровати.

– Двигайся поближе, - заявила она. - Ты же не думаешь, что сегодня ночью я собираюсь спать одна?

И Крошка залезла ко мне в кровать.

– Подожди, - сказал я. - А как же Мэдисон?

Крошка задорно рассмеялась:

– Мэдисон очень миленький мальчик. Но проблема в том, что он любит свою мать и не может даже подумать о том, чтобы изменить ей. При мысли о сексуальных отношениях с другими женщинами он просто в обморок падает.

– Врешь.

– Спроси его сам, - ответила она. - Он терпит меня только потому, что считает ребенком. Если бы Мэдисон был другим, что бы я тогда делала в твоей кровати, а, Инки?

Я тупо моргнул. В ее словах была логика. Потом мне пришла в голову другая идея.

– На корабле полно мужчин. Почему ты выбрала меня?

Она взглянула на меня своими глазищами:

– Инки, мы подходим друг другу. У тебя настолько шикарный инструмент, что его невозможно забыть. Я твердо решила быть тебе верной подругой. С экипажем я буду общаться только для того, чтобы не потерять квалификацию. А ты можешь располагать мной по утрам, днем и, само собой разумеется, всю ночь напролет. Ну как?

– Нет! - рявкнул я.

– Инки, тренер сегодня сказал мне, что ты опасаешься за мою жизнь. Поэтому, если тебе не нравится мое предложение, я брошусь за борт.

Я вздрогнул. Ее смерть повлечет за собой обвинение в убийстве.

– Нет, - произнес я.

– Что "нет"? - настаивала она. - Нет - за борт или нет - моему предложению?

– Нет - за борт, - ответил я.

– Так-то лучше. Ну а теперь, когда мы все выяснили, я вижу, что ты какой-то заторможенный. Поэтому я пойду в свою каюту, там у меня приготовлен бхонг, мы его зажжем и…

У меня помутилось в голове. За что мне такое наказание? Честно говоря, после всех этих баб у нас в квартире мне и глядеть на них не хотелось.

Крошка сунула бхонг мне в рот.

– Давай, старина, - заговорила она. - Держи его так, как я тебя научила. Ну-ка, еще затяжечку. Это панамская красная марихуана, она отлично действует. Я тоже затянусь.

Она выпустила дым прямо мне в лицо. Затем приподняла простыню и улыбнулась.

– Ну, так уже лучше, Инки.

Вверх поползли клубы дыма от марихуаны. Голос Крошки перекрыл шум моря:

– Ложись, и я покажу тебе, чему меня научили. Она мягко задвигалась под простыней.

– Вот этот маленький мускул может двигаться вот так…

Простыня интенсивно зашевелилась.

– Как здорово… Облака марихуаны.

– О-о-о-о-о! Инки!!!

Позже, когда у меня было время поразмышлять, я вспоминал эту ночь и в отчаянии думал, что если бы в эти часы я находился в нормальном состоянии, то заметил бы, как передо мной открылись двери ада.

Если бы я крикнул: "Нет!!!" Во всю мочь. Но я этого не сделал.

Марихуана лишает человека способности трезво мыслить.