- Все? - с горечью воскликнул Звездочет-Клоун. - Но надпись не стала яснее.

- По-моему, здесь все ясно, - возразила Сабира. - «Смеясь, будь мудрым». Не мешало бы кое-кому усвоить эту истину.

- Согласен, - мудрец не намерен был сейчас спорить. - Но кто такой Каппа и где находится пруд Тарусава? Я повидал много прудов за свою жизнь… - тут он спохватился и посмотрел на девочку Смешинку, но она была погружена в какие-то свои мысли и ничего не заметила. - Где же находится пруд Тарусава? И кто такой Каппа? - еще раз повторил он.

- Язык мой может описать Каппу, хотя я сама никогда не видела его, - сказала Сабира.

- Знаешь, а ты бы лучше не уходила, - улыбнулся Звездочет-Клоун.

- Нет! Я быстро иду к выходу. Но пока я ухожу, есть еще время… Каппа живет обычно в прудах и озерах. У него большие глаза, широкий рот, есть руки и ноги с перепонками между пальцами.

- Это же лягушка! - оживился Звездочет-Клоун.

- Что ты! Лягушку я тоже никогда не видела, но могу описать ее. Это отвратительное скользкое существо с выпученными глазами и прожорливой пастью. А Каппа прекрасен и трогателен. Его рот постоянно улыбается, но в выразительных глазах скользит грусть, легкая скорбь или тоска. Он маленький, но никто не смеет обидеть его, ибо все поднимаются на его защиту, и сам он вооружен оружием, которое называется юмор. Говорят, что злые бегут от него без оглядки, а добрые собираются вокруг Каппы и подолгу слушают веселые и поучительные рассказы, на которые он никогда не скупится. Они готовы слушать еще и еще, но приходит ночь, и Каппа тихо, без всплеска погружается в воду, направляясь к себе домой, где он отдыхает и раздумывает о том, что происходит на свете.

- Гм… - вздохнул Звездочет-Клоун. - Ты так описала Каппу, что мне очень захотелось познакомиться с ним. Но как найти пруд Тарусава?

- Этого я не знаю, - ответила Сабира.

- А может быть, ты вырастишь у себя еще один язык, который расскажет, как добраться до пруда Тарусава? Ведь пока ты уходишь, есть еще время.

Но Сабира опять надолго замолчала.

Утомленная событиями дня, девочка Смешинка вскоре заснула.

В открытую дверцу осторожно и бесшумно скользнули три тени. Они крались вдоль решетки - там, где потемнее, но когда оказались под ночесветкой, в тусклом свете что-то блеснуло. Передний держал гимнотиду! Вот они подкрались к кровати Смешинки…

- А вот и гости, - раздался из угла спокойный голос Звездочета-Клоуна, и три темные фигуры застыли от неожиданности. - Вы, кажется, испугались хозяев, гости?

- Не дождешься, чтобы мы испугались, - процедил один из гостей, многозначительно помахивая гимнотидой. - Выкладывай, что тебе надо.

- Видишь ли, тот, кто держит в руках нож, почему-то чувствует себя более уверенным перед тем, у кого ножа нет. Поэтому разговор между ними обычно какой-то неискренний, не задушевный.

- Ага! Может быть, ты хочешь сказать, что я трус? Так возьми нож, чтобы чувствовать себя уверенно.

Звездочет-Клоун небрежно принял от злоумышленника гимнотиду и, удобно расположившись в кресле, принялся подравнивать ею свои плавники.

- Но может быть, мы сначала разбудим хозяйку? - заметил он. - А то как-то неудобно… Вдруг она проснется и увидит, что здесь ведется беседа? И она захочет принять в ней участие.

- Нам не о чем с ней разговаривать!

- А мне показалось, что вы направлялись именно к ее постели.

- Да, направлялся! Но не для разговора.

- А зачем?

- Нам нужны ключи от клетки Храброго Ерша. И мы не уйдем без них!

- Тем более хозяйку надо разбудить, - невозмутимо продолжал Звездочет-Клоун. - Ведь нельзя брать что-то без ее разрешения.

И он, наклонившись, потормошил девочку. Она тотчас села, протирая глаза.

- Это же Бекасик, Барабулька и Бычок-цуцик! Здравствуйте, какое приятное пробуждение!

- Оно было бы не таким приятным, если бы я замешкался, - пробормотал Звездочет-Клоун. И громко сказал: - Эти приятные знакомцы пришли за ключами.

- От клетки Храброго Ерша? Но у меня нет этих ключей.

- Что?! - крикнул Бычок-цуцик. - Не хочешь отдать ключи?

- Но если их действительно нет! - Смешинка так искренне развела руками, что Бычок-цуцик растерялся. - Ведь я повесила на клетку узников старый замок, ключ от которого давно затерялся.

Бекасик, Барабулька и Бычок-цуцик переглянулись: они были в недоумении.

- Это… правда?

- Я подумала, что ночью Крылаткам или Храброму Ершу захочется, может быть, погулять по замку, и в клетке будет скучно. Вот и повесила такой замок. Они могут в любой момент открыть клетку и выйти наружу. Если не побоятся Сторожевых Скатов.

Друзья заулыбались. Они бросились к девочке Смешинке и принялись ее благодарить.

- Как вы попали в замок? - спросила Смешинка.

- А очень просто, - затараторила Барабулька, - по Темной трубе. Когда мы захватили город, то многие стали удирать по трубе в замок. Храбрый Ерш решил, что это удобный случай для того, чтобы проникнуть в замок и рассказать обо всем Великому Треххвосту.

- Зачем? - спросил Звездочет-Клоун.

- Он думал, что владыка ищет высшую справедливость и не знает о том, что творится в Коралловом городе. Храбрый Ерш боялся, что Лупибей обманет владыку, и тот двинет свое войско на город. «Я обо всем расскажу Великому Треххвосту, - мечтал он, - расскажу ему, в чем заключается высшая справедливость».

- Так думал Храбрый Ерш? - усмехнулся Звездочет-Клоун. - Эх, простак! Он считает, что зло хищника в его зубах, а оно гораздо глубже - в желудке. Вырви у Акулы зубы, она станет хвостом глушить рыбу и глотать ее не жуя. Впрочем, так делает, кажется, Акула-Лисица. Но почему Храбрый Ерш хотел казни Смешинки?

- Потому что жители города перестали его слушать: Смешинка научила их веселиться, плясать и смеяться. А Храбрый Ерш говорил всем, что смеяться рано, что на помощь Лупибею может прийти войско владыки и не оставить от города камня на камне.

- Так-так-так, - протянул Звездочет-Клоун. - Значит, вызволите из клетки Храброго Ерша, а потом опять будете просить Великого Треххвоста?

- Нет, Храбрый Ерш сказал, что обманулся. Больше он не верит владыке. Он понял, что свободу нужно завоевать, а не выпрашивать.

- Передайте Храброму Ершу и Крылаткам, чтобы они немедленно явились сюда, - приказала Смешинка.

- Ну? - не очень приветливо буркнул Храбрый Ерш, вваливаясь в клетку Смешинки. - Какой выход ты предлагаешь?

- Вот уже второй раз Смешинка вызволяет тебя из заточения, но так и не услышала слов благодарности, - укоризненно заметил Звездочет-Клоун.

- За что благодарить? - ощетинился бунтарь. - За преждевременный смех?

Смешинка подняла руку:

- Некогда спорить! Лучше хорошенько уясните себе то, что я скажу. Вы уже, наверное, поняли, что Звездочет-Клоун, все сделал для того, чтобы дать мне возможность стать советчиком Великого Треххвоста, захватить власть в замке, а значит, и всех спасти. Я заперла Спрутов и даже самого Лупибея в клетки, но ворота все-таки охраняются. Сейчас мы сядем в карету и отправимся туда. Если охраняющий ворота Осьминог не пропустит нас подобру-поздорову, придется его… припугнуть. Но впереди нас ждут еще многие препятствия. Нужно хорошенько подумать, как преодолеть их. Ведь теперь у нас нет пропуска Великого Треххвоста.

- Да, тяжелая задача… - призадумался даже Храбрый Ерш.

- Мы будем жалить каждого, кто попытается задержать нас! - заговорили Крылатки.

Звездочет-Клоун посмотрел на них неодобрительно:

- Нескольких Акул или Кальмаров вы действительно можете убрать с пути. Но что будем делать, когда перед нами встанет Стена Ядовитых Медуз, которым не страшны ваши уколы?

Долго и горячо обсуждали в клетке девочки Смешинки план побега. Вдруг в углу прозвучал голосок:

- Смешинка! Девочка Смешинка!

- Кто-то зовет меня… - насторожилась девочка.