- Кальмары - это не Медузы, - пробормотал Звездочет-Клоун, скептически осматривая раковину, которую подарили им музыканты из замка. - Их трудно чем-то пронять… Ну что ж. Храбрый Ерш, играть придется тебе, только не знаю, какую музыку…

Бунтарь взял раковину и приложил к губам:

- Духу у меня хватит!

- Погоди, - сказала Смешинка. - Они наказывали: играть только в Струях Кальмаров.

Ждать им пришлось недолго. Уже чувствовались водовороты и завихрения, и вот карета въехала в Струи Кальмаров. Тотчас она была опутана многочисленными щупальцами.

- Ага! - сказал Гигантский Кальмар Кракен. - Мы видим на передней Крылатке лишь знак советчика. А где пропуск Великого Треххвоста?

- Сейчас покажем тебе пропуск, - буркнул Храбрый Ерш, поднимая раковину. Он напыжился изо всех сил и…

Низкий басовитый рев разнесся далеко вокруг. Кальмары мгновенно стали белыми от ужаса - то был рев нападающего Кашалота. Все, как один, головоногие выстрелили чернильными бомбами, которые напоминали своих владельцев: маленькие кальмары выстрелили маленькими бомбами, большие - большими, а гигантские - огромными. Они надеялись, что Кашалот схватит одну, вторую бомбу, разозлится и уйдет на поверхность глотнуть свежего воздуха. Но нет - рев прозвучал с новой, устрашающей силой. И снова Кальмары выстрелили чернилами, прячась от врага. Правда, теперь бомбы оказались поменьше первых. Но рев раздавался снова и снова - шесть раз подряд. Это трубил в чудесную раковину Храбрый Ерш.

Вода кругом почернела. Шестые бомбочки были совсем маленькими - на них головоногие истратили последние чернила. Теперь Кальмары висели в кромешной тьме, совершенно обессиленные. Крылатки медленно пробирались вперед, то и дело задевая щупальца, но ни одно из них не шевелилось.

- Протрублю-ка я еще разок, - прозвучал голос Храброго Ерша. - Пугну их как следует, чтобы помнили.

- Не смей! - крикнула Сабира. - Иначе будет беда. Разве ты не знаешь, что на седьмой раз они впадут в бешенство и мгновенно бросятся на нас?

- Нет, не знаю… - пробормотал Храбрый Ерш.

- Они всегда бросаются на Кашалота, когда у них кончаются чернила для маскировки. Я не раз видела.

Когда карета оказалась в чистой воде, путешественники посмотрели друг на друга и рассмеялись: они стали чумазыми-чумазыми! Почернели Крылатки и карета, и спавший на дне кареты Язык, у которого изо рта при каждом выдохе выбивалась черная струйка. Но вот вода постепенно смыла чернила, и все снова приняло свой обычный вид, только казалось более ярким и свежим после тяжелого мрака, а вода вокруг синела, переливалась голубоватыми и зеленоватыми оттенками. У беглецов на душе тоже было радостно: позади два препятствия, все пока идет хорошо. Они шутили и смеялись, глядя на спавшего мертвецким сном Языка.

- Тише! - сказала вдруг Сабира. - Я слышу какой-то стук.

Все замолчали и прислушались. Действительно сзади раздавалось чуть слышное постукивание. Звездочет-Клоун сразу узнал:

- Это Морское Ухо!

Бросились осматривать карету, и на самом задке обнаружили прилепившуюся раковину.

- Ты чего здесь?

- Я просил, чтобы вы взяли меня с собой, но никто не слышал, - объяснило Морское Ухо. - Тогда я и соскользнул вниз и прилепился к карете.

- Ты любишь путешествовать?

- Люблю. И я хотел уехать подальше от замка. Спруты, как только находят Морское Ухо, так бьют в ухо. И вообще, они очень не любят нас, потому что мы разоблачаем их козни.

- Ну хорошо, оставайся. Ты хочешь что-то сказать?

- Да. За нами гонится Лупибей. Беглецы онемели.

- На чем он гонится? И Далеко ли?

- Он едет в громадной карете из раковины Тридакна. Вместе с ним еще пять Спрутов. В упряжке самые быстрые Меч-рыбы. Сейчас я послушаю еще и скажу, Далеко ли погоня.

Наступила тишина. Потом Морское Ухо сказало:

- Они остановились над «заболтанными» Медузами. Лупибей ругает медуз, но те не шевелятся… Вот он снова сел в карету, крикнул «Вперед!». Меч-рыбы со страшной скоростью мчатся за нами.

Беглецы переглянулись.

- Если нас задержат Крабы или Акулы… - проговорил Звездочет-Клоун. - А вот уже и поселок дозорных раков Альфеусов!

- Возьмите, возьмите кто-нибудь меня в рот, иначе я навсегда перестану слышать! - закричало Морское Ухо. - Скорее!

Звездочет-Клоун раскрыл рот - Морского Уха как не бывало. В это время первый рак, увидевший, что на Крылатках только знак советчика, поднял вверх толстую уродливую клешню и сильно щелкнул ею. Гулкий звук пронесся над морским дном. И тотчас множество Альфеусов выскочило из укрытий и защелкало своими клешнями. Казалось, тысячи камней оглушительно стучат друг о друга. В ушах у беглецов зазвенело и загудело.

Из-за угрюмых скал, быстро работая клешнями, стали подниматься Крабы-Стригуны. Они всплывали один за другим на равном расстоянии, словно привязанные, и образовали сплошную завесу, усеянную острыми клешнями, готовыми схватить каждого, кто попытается проникнуть сквозь нее.

- Откуда они взялись? - закричала Смешинка. - Ведь их не было, когда мы ехали в замок!

- Завеса поднимается только по сигналу раков Альфеусов, - объяснил Звездочет-Клоун. - А тогда Альфеусы молчали…

По дну к завесе ползли другие Крабы, надеясь поживиться тем, кто упадет на дно, сраженный острыми клешнями Стригунов.

Крылатки, подгоняемые Храбрым Ершом, смело мчались к завесе. Уже совсем близко смертоносные цепкие клешни, ясно видны красноватые неподвижные глаза Стригунов. Еще немного, еще…

Но вот Крылатки круто повернули перед самой завесой, и Храбрый Ерш, приподнявшись, швырнул прямо в Крабов мягкий комок, что подарили Смешинке в подземелье. Он был такой крошечный, этот комочек, по сравнению с необозримой Завесой, что беглецы слабо верили, будто он принесет какую-то пользу.

Ближайший Стригун быстро схватил комочек, который сразу же расплылся в темное облачко, и Краб беспомощно забарахтался в нем. На выручку ему бросились другие - в Крабовой Завесе не должно быть ни малейшей бреши. Но и они, попав в тонкую, едва заметную глазу сеть, немедленно запутывались клешнями и ногами. Биссусная пить оказалась необычайно прочной. Все новые и новые пленники попадали в сеть - под их тяжестью она стала постепенно опускаться на дно, захватывая с собой и тех, кто всплывал снизу на помощь попавшим в беду.

И вот перед беглецами снова чистая вода! А внизу на скалах шевелилась гора запутавшихся в сети Крабов, и каждый спешивший на помощь вояка оставался здесь. О том, чтобы задержать карету, никто и не помышлял: не до того было…

Звездочет-Клоун открыл рот и выпустил Морское Ухо.

- Теперь слушай, - сказал он.

- Лупибей находится в полосе чернил, - сообщило Морское Ухо. - Он уже догадался, в чем дело, и изо всех сил понукает свою упряжку. Вот он выбрался на чистую воду… Он совсем недалеко. Я слышу, как режут воду своими рылами Меч-рыбы.

- Даже если нас Акулы не задержат, то скоро настигнет Лупибей, - грустно сказала Смешинка.

- Тогда постараемся, чтобы Акулы задержали нас, - глубокомысленно заметил Звездочет-Клоун, поглядывая на губку, которую держала в руке девочка. Та удивилась:

- Зачем?

Но мудрец не ответил на ее вопрос:

- Как тебе сказали, в этой губке собраны запахи всех кушаний. Смешинка, смотри на меня: как только я махну тебе первый раз - ты чуть стисни губку, во второй раз - вполсилы, а в третий - дави что есть силы!

Акулы кровожадно зарычали, заметив, что на упряжке нет пропуска Великого Треххвоста. И Крылатки разом остановились перед их сердитыми мордами.

- Как смеете вы путешествовать без пропуска? - рявкнула Тигровая Акула, оскалив зубы. А лицемерный Морской Ангел вздохнул:

- Придется прервать вашу приятную прогулку…

- Пожалуйста, не задерживайте нас, - попросил Звездочет-Клоун плаксивым жалобным голосом. - За нами гонится Лупибей…

- Что он говорит! - загудели Акулы. - За ними гонится начальник стражи? Да мы просто обязаны задержать вас!